Глава 18. Рождение героя
Аркадию в эту ночь не спалось. Было душно в спальне и муторно на душе. Когда дело дошло до отъезда, уезжать никуда не хотелось. А тут еще и предсказание старой ведьмы о грядущем переломном моменте его жизни, который он, возможно, не переживет. Дурные мысли просто измучили его. Так и не достигнув пенат Морфея, Аркадий откинул одеяло и, кряхтя как старый дед, поднялся с кровати. Не спеша оделся и пошел подышать свежим воздухом.
Открытое пространство встретило барона свежестью и ощущением усиливающейся тревоги. Вместо положенных часовых была пустота. Аркадий вознамерился было возмутиться, но тут его взгляд наткнулся на темные силуэты, мелькающие в практически непроглядной тьме.
— Тревога!!! — Что есть мочи заорал Аркадий и кинулся внутрь замка. Там и спящих предупредить возможно и вооружиться. — Рота подъем!!! — Дурным голосом верещал Аркаша, вдруг вспомнивший этот клич, хотя по состоянию здоровья никогда не служил.
Замок загудел как рассерженный улей, а спустя всего минуту по коридорам забегали люди. Одни хватались за оружие и собирались вокруг своего господина, другие запирали все возможные двери в кладовках и комнатах, при этом не забывая укрыть в самых надежных местах женщин, стариков и детей. То есть, почти все население замка.
Аркадий поинтересовался у заспанных слуг, не видели ли они доблестных гномов? Их могучие топоры могли бы пригодиться при обороне замка. На что получил весьма неожиданный ответ. Гномы среагировали на тревогу сразу. Быстро собрались и вооружились. Только побежали не на передовую, а в самый дальний угол замка и забились в самую защищенную башню. Ну и ну!
В то же время среди защитников замка всколыхнулось положительное оживление. Во всем оружии явились сэр Тревор и Рагран. Они тут же взяли командование небольшим воинством в свои руки и повели их защищать замок. Аркадий же, раздавал последние указания управляющему и верному Трошке, после чего также поспешил на помощь своим людям.
Двор замка встретил Аркадия все то же предрассветной темнотой, едва разгоняемой чадащим светом факелов. А еще во дворе замка шло настоящее сражение. Огромное количество нападающих черными тенями кружилось вокруг небольшой кучки защитников и прижимало их к одной из внутренних стен бастиона. Аркадий поспешил в самую гущу сражения, где столпами обороны выступали Тревор, Рагран и орчонок Урмах, который, несмотря на довольно юный возраст, сражался как настоящий воин.
Уже потом, вспоминая и анализируя эту битву, Аркадий все прикидывал в уме, как же так получилось, что опытные воины Тревор и Рагран умудрились так глупо подставиться? Казалось бы, проникли враги за стены крепости, но крепость на то и крепость, чтобы можно было оборонять каждый ее участок, даже если стена и двор захвачены. Займи оборону в узком коридоре и попробуй тебя оттуда выковырять! Но командиры обороны откровенно облажались. И что стало причиной их провальной тактики, для Аркадия осталось загадкой. Потому как дальше случилось такое, что было не до глупых вопросов участникам минувшей битвы за замок.
Выхватив сверкающий клинок и издав воодушевляющий крик, больше похожий на дикий клекот, Аркадий устремился на помощь своим воинам. Но едва он преодолел треть двора, как его остановил громовой крик сэра Тревора:
— Господин, стойте! Вам нужно спасаться! Это люди графа Оргайла, я узнал одного из них! Они пришли за вашей жизнью!!!
Аркадий замер лишь на секунду, чтобы осознать, что дядя решился на крайние меры. Не успев даже сообразить, что делать дальше, парень был отброшен назад ударом арбалетного болта, впившегося в его предплечье. Упав на спину, Аркадий дико заорал. Боль была невыносимой! Более того, она жарким пламенем начала растекаться по телу. Аркадий явственно почувствовал, как его ярко-красная кровь толчками покидает тело. Кое как приняв вертикальное положение, он бросился бежать. За ним тут же устремилось не меньше десятка врагов.
Несмотря на боль, барон де Габрин все же сообразил, что бежать в жилые помещения замка нельзя — могут пострадать невинные. Тогда, недолго думая, он бросился к фамильной усыпальнице, которая как раз оказалась на пути его стремительного бегства. В темных и мрачных коридорах семейной крипты у него есть хоть какой-то шанс затеряться и перевести дух, дабы сообразить, что делать дальше.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
С невиданной для себя прытью, придерживая одной рукой кровоточащую рану с торчащей в ней болтом, Аркадий устремился к намеченной цели. Крипта встретила парня безмолвием и мрачной темнотой. В другое время Аркадий бы побоялся гулять здесь без света, но сейчас речь шла о его жизни — о других страхах можно было забыть на время.
Ориентируясь почти на ощупь, Аркаша пролетел несколько десятков шагов внутри крипты на одном дыхании. На мгновение остановился. Требовалось перевести дух и прислушаться. Несколько ударов сердца и Аркадий понял, что преследователи его не потеряли. Целая толпа ворвалась в крипту и замерла у входа. Послышались запыхавшиеся голоса:
— Зажигай факелы. Без них мы этого засранца здесь не найдем.
Мысли парня заметались как крыса, загнанная в угол. Совсем скоро он сам станет как эта крыса. Его обязательно найдут. Оставалась лишь надежда, что его всего лишь возьмут в плен или хотя бы убьют быстро.
— Старшой, можно я ему лично яйца отрежу? — Спросил один из преследователей в темноте. — Жуть как хочется над дворянчиком поиздеваться. Все одно его удавить придется…
Аркадия как ушатом холодной воды окатили. Почти не разбирая дороги, он помчался по темному коридору подальше от ночных татей. Тут же в голову пришла мысль, что он не сможет дать бандитам ни отпора, ни самоубиться — после попадания в него арбалетным болтом, он тупо выронил свое оружие. А свой кинжал он оставил в собственных покоях, так как впопыхах о нем даже не подумал.
Петляя по узким коридорам Аркадий лихорадочно искал выход из ситуации и не находил его. Но тут в его мозгу, как яркая лампочка, загорелась идея: нужно бежать в самую глубь крипты, к могиле первого де Габрина. Там либо спрятаться за Громовержцем, который, возможно, не даст приблизиться врагам или в последний момент самому схватиться за легендарный меч и погибнуть во вспышке молний.
Цель была выбрана, а вот сил уже не оставалось. Он потерял слишком много крови и вот-вот мог тупо потерять сознание. Но тут, где-то позади него, вновь раздался топот десятков ног и озлобленные выкрики:
— Смотрите, он сюда пошел! Вот его кровь. Никуда он от нас не денется! Прибавим ходу! Вынем ему ребра, обжарим на костре и заставим съесть.
Выкрики преследователей как ничто другое придали сил Аркадию. Бросив остатки сил на бег, он помчался дальше. Ему показалось даже, что он стал немного видеть в темноте. Хоть это казалось и невероятным. Вот и знакомый постамент с фигурой основателя рода. Вот и гробница с легендарным Громовержцем на могильной плите.
Боль в плече стала совсем не выносимой. Терпение парня кончилось едва начавшись. Он в принципе не выносил боли и хватался за обезболивающие таблетки даже после укуса комара. А тут такое! И Аркадий решился. Он умрет здесь и сейчас. Как, впрочем, и предсказала старая ведьма. На краю сознания мелькало лишь сожаление, что большинство его людей погибнут, сражаясь за самого никчемного барона на свете, а он даже не сможет сказать им «спасибо». Решительный шаг вперед, и ослепительная вспышка света от резанувшей пространство молнии озарила все окружающее пространство, поглотив и самого Аркадия.
Преследователи были распалены погоней дальше некуда. Они боялись лишь одного, что барончик помрет раньше, чем они настигнут его. Крови на полу становилось все больше, а это значит, что из парня уже вытекло ее как со здоровенного племенного быка. Нужно было спешить. Они уже были на финишной прямой, когда ярчайшая вспышка света на краткий миг заполонила все пространство крипты и ослепила все воинство людей, нанятых графом Оргайлом де Габрином.
