Глава 3
Вкус армейской баланды
Капитан отнюдь не преувеличивал, расписывая ополченцам их ближайшее будущее.
Хотя заходить так далеко все же не стоит… Началось все тихо и мирно: получив обмундирование на складе и поужинав в столовой, новоявленные солдаты легли спать.
А вот рано утром, по первому крику петуха, все это и началось…
– Р-рот-та! Па-а-адъем!!! – бешеный крик капитана заставил всех буквально взлететь с коек.
Просторное помещение казармы мгновенно заполнилось влажными шлепками и недовольным шипением – каменный пол за ночь успел очень сильно охладиться. Во всяком случае, для голых ног это было отнюдь не ласковым касанием.
Авид стоял и терпеливо ждал, пока заспанные бойцы соизволят встать.
– Плохо! Очень плохо! Вы даже не салажье! Даже кусок дерьма гораздо расторопнее вас! По нормативам, подъем, одевание и заправка постели – сорок пять секунд!! А вы только вставали две минуты! Пробуем сначала. Рота – отбой!!
Для несчастных парней это показалось подарком небес – повалившись на постели, все мгновенно сомкнули глаза. Послышался храп.
– Р-рот-та! Подъем!!
Снова запарка – правда, на этот раз все же поднялись быстрее. Некоторые даже успели натянуть на себя одежду.
– Плохо! Все равно! Ладно. Если вы думаете, что мы так и будем страдать дурью целый день – ошибаетесь. Выходи наружу и строй-сь!
Погода была прохладной, хотя солнце блистало, и небо было чистым – ветер дул холодный, пронизывающий до самых костей. Некоторые из особо сонных солдат, видно, дрожали.
– Что, салажье, холодно? Ничего, сейчас согреетесь. За мной, бегом, марш!
Ариохский замок был заложен по чертежам, одобренным лично Симоном Свирепым Ордуэном. Именно поэтому в задней его части было громадных размеров поле, служившее полигоном. Именно туда капитан Авид и направил стопы как свои, так и девяноста солдат.
– Уф, значит, ух, так! – Мерно топая сапогами, капитан бежал к одному концу поля. При этом умудряясь отдавать приказания ополченцам: – Сейчас бежим за мной. Остановитесь, только когда я прикажу! Уф…
В дальнейшем блаженную тишину утра, подчеркиваемую ласковым щебетанием птиц, нарушала монотонная мелодия – топот кованых сапог.
Первый круг выдержали почти все, хотя особо одаренные уже начали болезненно прижимать руки к бокам.
На втором круге много кто уже просто отставал в конец шеренги.
А вот третий круг являлся отличным уроком всем тем, кто по какой-либо причине поленился или намотать портянки, или выклянчить на складе нормальную обмундировку.
– Значит, так, подходим по очереди, получаем шмутки и отходим в сторонку!
Альфаран молчаливо попинывал деревянный косяк двери – в очереди он стоял далеко не первым. Может, это и к лучшему – хватало времени, чтобы вспомнить наставления Хафа и Ратмира.
Первый клятвенно доказывал, все складовщики, сволочи, падлы, твари и, вообще, их таких-рассяких надо заживо сжигать! Вести себя с ними надо пожестче, а то выдадут дырявый мундир да гнилые портянки – потом покупай из собственного кармана!
Второй же… ну, Ратмир утверждал, что ничего такого нет. Выдадут все нормально, ему вот, например….
Правда, Альфаран все же склонялся к позиции Хафа. Ибо выдать Ратмиру плохое обмундирование мог лишь самоубийца, желающий как можно извращеннее и нестандартнее свести счеты с жизнью.
Поэтому надо держать ухо востро. А то впарят что попало, а напишут, что портянки были из шелка, а мундир расшит золотом… Отдувайся потом!
Ведь на самом-то деле – складовщик, он же как хомяк. Все под себя и для себя. Ведь если написать, что выдал такому-то такому-то новый комплект обмундирования, а на самом деле выдать ему тряпки из старого запаса – новые вещи можно продать! Тарий тенгий бережет, как-никак!
Дион был из таких. За всю свою 43-летнюю жизнь он накопил внушительный сундучок монет, который позволил его сыну открыть процветающий постоялый двор в районе рынка, а дочке – пойти учиться на писаря. Малышка с детства любила читать и писать.
Конечно, на простой оклад начальника склада такое сделать вряд ли удалось бы, однако, как говорилось выше, он ухитрялся делать деньги буквально из воздуха! К примеру, рядовому Титраму выдается комплект портянок, чтобы раздал всей роте. Портянок нечетное количество и гораздо меньше, чем солдат. Однако у складовщика стоит свидетель, готовый подтвердить, что Титрам все проверил и согласился нести портянки в роту. А значит, вывод прост – Титрам наплевал на товарищей и продал энное количество портянок куда-то налево. Ну, или сменял на пиво. С мундирами все еще хлеще – вместо новенького салаге выдается старый, латаный-перелатаный. Нет, конечно, салага протестует, однако Дион доверительно шепчет: «А ты знаешь, что этот мундир самому Вассу принадлежал? Чемпион – все нормативы сдал лучше всех! Да ты мне доплатить за то, что я тебе такую вещь выдал, должен!» И это при том, что мундир раньше с гордостью носил какой-то сортирный чистильщик. Тонкое такое, изощренное издевательство.
В данный момент он нисколько не отходил от своего принципа, впаривая солдатам паршивые сапоги, полурваные портянки и латаные-перелатаные мундиры… Хорошо еще, что на оружейном складе был другой начальник! А то бы Дион деревянное оружие выдавал.
– Бери, бери, не жалуйся! Другого нет! – Он как раз увещевал очередного солдата, тишком ногою заталкивая между ящиками толстую стопку белоснежных новых портянок. – И вообще, сейчас это отберу, будешь на свои деньги покупать!
Конечно же, рядовой не знал, что складовщик обязан выдать ему все, что надо. А потому взял желтые очень тонкие тряпочки и ушел.
В следующий момент Дион недовольно вздрогнул, ибо таких рож на своем веку он еще не видел. Узкое лицо, увенчанное ежиком черных коротко стриженных волос, было изуродовано – бельмастый глаз мутно-белого цвета, лицо перечеркивал красноватый шрам, шедший ото лба аж до подбородка.
Альфаран ухмыльнулся (Дион вздрогнул еще сильнее):
– Что пялишься? Не в приюте комедиантов сидишь! Давай одежку с сапогами, и я пошел!
Тот вымученно улыбнулся и подумал, что такой харе надо выдать что похуже… просто так, из чувства вредности. Ну и чтобы место свое знал, конечно же.
– Держи, боец! – Он снова улыбнулся и взял с ящика старый-престарый сверток. – Вот, одна из лучших! Проходи, не задерживай!
Альфаран, в свою очередь, ухмыльнулся, чтобы сделать без того непривлекательную рожу как можно более непривлекательной.
– Не-е-е-е… Погоди. Сейчас гляну, и если все нормально, то уйду. А то после драки кулаками не машут.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
