— Смотри на меня старик, — шипит Ромус, надавливая все сильнее. — Сейчас я убью тебя, заберу кольцо и наконец заставлю тех, кто прячется за стенами крепости изнемогать он пожирающей изнутри ярости!
Сирены громче завыли из-за стен Олимпуса. Надеюсь, без причины…
— Потом купидоны перебьют друг друга… — продолжал убийца. — А когда останется последний…Я приду, и убью его лично!
Видно, как жажда все сильнее завладевает телом Архиуса. Руки, которыми он сдерживает клинки начинают дрожать. Но он делает усилие, чтобы подальше от себя убрать кинжалы, затем резко отпускает их и одновременно уклоняется в сторону. Клинки Ромуса вонзаются в землю.
Старый маг пользуется моментом и локтем бьет противнику в лицо. Раздается хруст. Сломал скуловую кость?
В следующий момент вижу, как Кольцо Света мелькает в свободной руке Архиуса. Воспользовавшись моментом, он надевает его на палец. Жажда мгновенно проходит и скиталец, за которого я болею, кинетическим взрывом подкидывает противника на несколько метров вверх. Тут же совершает несколько кувырков в сторону и когда Ромус ударяется о землю, Архиус уже поднимается на ноги в нескольких метрах от него.
Елки-палки! Почему он сразу не надел кольцо? Заставил понервничать. Теперь его рука чернеет. Сразу видно, что в дело пошла темная магия… С этого момента точно кто-то из бьющихся скитальцев должен отдать свою душу. Возможно, Архиус все-таки держал в голове тот вариант, что в этой схватке не умрет никто? Что ж. Теперь такого варианта не осталось. Сейчас все силы есть у старого мага на то, чтобы победить Гнев. Посмотрим на что способен волшебник…
Маг и убийца идут по кругу против часовой стрелки. Никто не нападает. Каждый из них ждет, когда это сделает другой.
— А колечко-то может… — Ромус широко улыбается. — Вы даже представления не имеете об истинной силе перстня. А если бы знали…
Архиус резко бьет посохом по земле и Вестник Смерти оказывается в ловушке из огня. Пламя, вырвавшееся из самых недр земли, поднимается высоко в небо и лишь щит убийцы спасает его.
Ромус выпрыгивает из огненного столба, весь светясь красным треснутым щитом, но зависает в воздухе. В недоумении озирается. Поднимает глаза, наполненные тьмой, на Архиуса. Маг стоит с открытой в его сторону ладонью. Ректор протягивает другую руку в мою сторону.
— Меч! — кричит он.
Я достаю клинок из ножен, и он тут же вырывается из моей ладони и влетает в ладонь старого мага. Левой рукой ректор делает резкое движение на себя, и тело Ромуса со всей скоростью летит на направленное на него острие меча.
В последний момент. Перед тем, как убийца напоролся на клинок, тень успевает вырваться из груди сосуда и визжа на весь пустырь зависает в воздухе. Снова красные глаза. Последнее, что я вижу, это как Архиус пронзает Ромуса насквозь, а Вестник Смерти срывается с места и летит в мою сторону.
Тьма застилает глаза. Мое сознание, сидящее в теле Кайлана Роуза, как будто резко заснуло. Но я продолжаю слышать звуки.
— Неплохо! Очень неплохо старик! — я узнаю свой собственный голос, но не в силах больше управлять им.
Ни тело, ни язык, ни зрение. Ничего больше неподвластно мне! Чужак использовал другой сосуд. Мое тело. И теперь переворачивает ход боя с ног на голову. И…неужели сегодня кто-то из нас умрет? Я или Архиус…
— Освободи его тело! — шипит голос ректора.
— Освободить тело? — ерничает вестник. — К чему же? Ведь прямо сейчас мы с тобой можем разыграть самый трагичный момент в истории вашего захудалого мирка. Ох! Сколько в этой голове информации! Ты даже не представляешь…дедушка.
Кажется я слышу, как Архиус скрепит зубами. Знаю, что убить меня ради всех остальных он сможет. Только вот медлит. С силой кольца он сделает это легко. Из вооружения у Вестника Смерти остался только обрез и кинжал. На одних микстурах тело Кайлана Роуза долго не продержится в таком поединке.
— Я готов поменять условия, — старый маг тяжело дышит. — Отпусти мальчика и позволю тебе выжить. Сейчас.
— Выжить? Мне? — усмехается Гнев. — Я полагаю, ты не понимаешь, зачем я пришел в этот мир. И явно не для того, чтобы бежать. Ну, давай. Убей своего внука!
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Тишина. Что-то происходит? Или они опять смотрят друг на друга, пытаясь оказаться хитрее. Но какие у Архиуса шансы достать меня? Ровным счетом никаких. Вестник не уступит единственный доступный сосуд…
Тишина продолжает резать слух. Но только та, которая здесь. Лязг мечей, грохот, сирена в Олимпусе — все это доносится до меня как бы издалека.
— Возьми мое тело, — вдруг предлагает волшебник.
— Что? — удивляется Гнев.
— Возьми мое тело. Оно сильнее. Кольцо тоже у меня. Не придется драться…
Архиус! Что ты делаешь?! Нельзя отдавать артефакт вестнику. Если он получит кольцо — мы проиграли! Он заставит всех купидонов испытывать ярость, как только получит желаемое. Лучше прикончи меня. Если другого выбора нет!
— Ты же понимаешь, что как только я получу кольцо, то перебью вас всех? — ехидно спрашивает мой собственный голос.
— Обещай сохранить жизнь мальчику, — властным тоном требует старый маг.
— Какая жертвенность. И ради того, кто… — вестник недоговорил мысль. — Хотя это будет лишняя информация. Сейчас. Пожалуй, я расскажу все, как только завладею твоим телом. Снимай кольцо. Пока оно на тебе, я не могу…
Внезапно зрение вернулось. Вижу, как черная тень мчится в сторону Архиуса. Маг тут же взмахивает посохом и сильный вихрь, возникший из неоткуда закручивает сущность. Черный дым зависает в воздухе все сильнее закручиваясь в воронке. Я опускаю взгляд на руки, держащие поводья. Да. Пальцами шевелю я. Значит я больше не одержим.
Пронзительное визжание накрывает пустырь, где сражается скиталец с чужаком. Обрывки старых газет, пластиковые стаканы и другой мусор вместе с вестником поднимаются в воздух.
— Кинжал! — кричит Архиус и бросает на меня взгляд.
Левая рука, которой он держит посох уже совсем почернела.
Я быстро достаю кинжал и кидаю его в сторону ректора. Клинок впивается в землю. Архиус, все еще удерживая существо в ловушке, встает на одно колено и свободную руку прикладывает к животу лежащего в крови Ромуса.
Яркое свечение. Я вижу, как чернота подползает к шее Архиуса и в тот же миг, замечаю, что рана убитого телохранителя короля затягивается. В следующую секунду Ромус набирает полные легкие воздуха и открывает глаза. Бледные. Лишенные жизни зрачки.
Некромантия! Вот кто тоже обладает этим даром, но не применял его. До сегодняшнего дня.
Гнев срывается с места, и контролируемый силой старого скитальца воссоединяется со своим прежним сосудом. Едва в глазах Ромуса появляется тьма, Архиус хватает кинжал, вырывает его из земли и ударяет лезвием по горлу внука Таариса.
Очередной вопль не звучит до конца. Как только старый маг подносит печать на кольце ближе к шее поверженного, тьма из резанной раны растекается по воздуху густым дымом и артефакт медленно засасывает ее.
Так продолжается некоторое время. Густой дым с каждой секундой превращается в едва заметный пар. Тем временем почерневшая рука Архиуса возвращает себе здоровый оттенок.
Кажется все. Ректор рукавом стирает испарину со своего лба и поднимается на ноги.
— Все кончено? — спрашиваю я, остерегаясь в любой момент вновь потерять контроль над своим телом.
— Почти… — хриплым голосом отвечает Архиус, достает микстуру и выпивает ее.
Затем снимает кольцо и кидает перстень мне. Я ловлю и сморю на печать. Как будто ничего и не произошло. Ни одной лишней царапины не добавилось.
— Зачем? — я удивленно поднимаю брови.
— Носи его и не снимай, — приказным тоном произносит старик. — Ни один Вестник Смерти больше не должен использовать твое тело!
Злится. Понятно. Рисковать бы не пришлось, если бы я послушался и остался в крепости. А так единственный родной человек во всем мире заставил его знатно понервничать. Понимаю. Не буду лезть на рожон. Он остынет через какое-то время. Главное, что все кончилось.
