— Да, второй раз за этот день. — Нэш усмехнулся. — Что-то в последнее время мой младший брат стал чертовски обидчивым.
— С кем поведешься, — лукаво предположила Криста, — После всех неприятностей, которые Хэл мне доставил, нынешняя ситуация мне даже нравится. — Нэш усмехнулся, сажая Кристу верхом на себя. — А мне гораздо больше нравится вот это.
— Хэл сегодня не приедет? — рассеянно прошептала Криста.
— Хэл? Кто такой Хэл?
Губы Нэша накрыли рот Кристы, и он забыл обо всем на свете.
Андреа проснулась под усилившийся шум дождя. Стук капель отдавался в ее голове, как барабанная дробь. Когда девушка попыталась перевернуться на бок, желудок протестующе заурчал. Она со стоном пододвинулась к краю кровати. У нее болела каждая мышца, каждая косточка, накануне пострадавшая от копыт взбесившихся коров. Но долг превыше всего: перед отходом в церковь нужно приготовить завтрак.
В комнату донесся запах пищи, девушка почувствовала тошноту и головокружение, но мужественно попыталась встать на ноги. Мелькнула мысль, на то, чтобы прийти в себя, понадобится, наверное, не меньше недели, и неделька предстоит непростая.
Андреа огляделась в поисках одежды. Все еще туго соображая, что к чему, она выбралась из кровати и подошла к большому зеркалу, висевшему у двери.
Ну и видок!
К тому же у нее, кажется, провалы в памяти. Она помнила ощущение веселья и легкости, вызванное коктейлем, вспоминалось, что они с Хэлом играли в карты, причем она немилосердно мухлевала, потом началась буря… вспомнились руки и губы Хэла, неутолимый жар, который они разбудили в ее теле… а дальше провал, пустота.
Андрее сглотнула. Во рту был мерзкий привкус. Глядя в зеркало, она увидела, что густо покраснела.
Боже праведный, что же она натворила?
Девушка отвернулась от зеркала, охваченная паникой. Одежда оказалась на стуле, стоявшем возле письменного стола. Схватив ее, Андреа начала поспешно одеваться. Тело плохо ее слушалось, и она с трудом попала дрожащей ногой в штанину потертых джинсов. Мозг лихорадочно работал, пытаясь выстроить по порядку события прошедшего вечера. К сожалению, ничего не получалось: воспоминания обрывались на том месте, когда опытные руки Хэла стали ласкать ее тело. Она очень отчетливо помнила острое наслаждение от его обжигающих прикосновений, помнила сладкое покалывание во всем теле… и все, остаток ночи превратился в сплошное темное пятно.
Девушку больше всего смущало не то обстоятельство, что с ней — как она теперь почти не сомневалась — произошло самое худшее, а то, что она совершенно ничего не помнила. Это было унизительнее всего.
Она поплелась вниз, не зная, как сможет посмотреть в глаза Хэлу. Он теперь знал о ней такое, чего она сама о себе не знает. Может быть, она вела себя, как одна из фанаток родео, которые бегают за ним толпами?
О Господи, она, должно быть, лишний раз подтвердила циничное высказывание Хэла, что женщин интересует только его тело, или банковский счет, или и то и другое сразу!
Ей не верилось, что после случая, происшедшего четыре года назад, она позволила мужчине… Кадры того, что она все-таки помнила, пронеслись в голове, как во время ускоренного просмотра кинопленки и у девушки перехватило дыхание. Андреа судорожно втянула воздух и вцепилась в перила, чтобы не упасть.
Во всем виноват проклятый коктейль, решила она, это из-за него у нее возникло ощущение какого-то бесшабашного веселья.
— Прекрасно, Флетчер, с одним вопросом мы разобрались. Теперь мы знаем, почему ты изменила собственным принципам да и здравому смыслу, — бормотала себе под нос Андреа, спускаясь по лестнице. — Остается один маленький вопрос: получила ли ты удовольствие от интимной близости, которой избегала все эти годы? Было бы чертовски неплохо это вспомнить.
В. дверях кухни девушка помедлила. Хэл проворно сновал между плитой и раковиной. На столе уже дымилась в тарелке горка свежих оладий, а на сковородке шипели ломтики бекона. Ну и ну, знаменитый ковбой возится на кухне! От изумления Андреа покачала головой — осторожно, потому что голова все еще гудела, как чугунный котел.
Хэл покосился в ее сторону, улыбнулся, и девушка тут же покраснела, как помидор. Если она ничего не путает, за прошедшую ночь их отношения коренным образом изменились, и это её так смущало, что не передать словами.
— С днем рождения! — сказал Хэл с усмешкой, значение которой Андреа не могла объяснить.
Девушка чувствовала, что должна что-то ответить, но проклятые голосовые связки совсем опухли от выпитого накануне. Наконец она пролепетала:
— Вчерашний праздник удался?
Хэл отложил в сторону деревянную лопатку и подошел к Андреа, все еще улыбаясь.
— Сдается мне, из событий вчерашнего вечера ты мало что помнишь.
Девушка без сил рухнула на стул, как мешок с костями, и убрала с лица растрепанные волосы. Словно по волшебству перед ней появилась чашечка кофе.
— Спасибо. Джейсон уже встал?
— Я его еще не видел, перед твоим приходом как раз собирался позвать вас обоих завтракать.
Когда Хэл отвернулся, Андреа схватила его за руку. Ковбой покосился на ее пальцы, обхватившие его локоть, и черная бровь удивленно выгнулась. По его кривой ухмылке Андреа поняла, что Хэл усмотрел в ее жесте символическое значение: за все время их знакомства она впервые прикоснулась к нему по собственной инициативе — не важно, с какой целью, — хотя вполне могла бы обойтись одними словами. По-видимому, за прошедшую ночь Андреа настолько освоилась, что могла теперь прикасаться к нему, не задумываясь.
Андреа и сама сразу догадалась, какой смысл можно вложить в ее прикосновение. Она с трудом сглотнула и отдернула руку.
— Можно мне с тобой поговорить, пока на пришел Джейсон? — спросила девушка.
Хэл оперся о стол.
— Возникли проблемы, Флетч?
Андреа обхватила чашку обеими руками и осторожно поднесла к губам.
— Пока не знаю. Может, ты как раз объяснишь, возникли у меня проблемы или нет.
Сверкающие обсидиановые глаза впились в ее лицо, и она поежилась, чувствуя себя неуютно под их пристальным взглядом.
— Много ли ты помнишь, именинница? — спросил Хэл, сопровождая свои слова многозначительной дьявольской усмешкой.
— Черт возьми, я и так чувствую себя не в своей тарелке, не смущай меня еще больше!
— Как обманывала меня в покер, помнишь? — Андреа кивнула:
— У меня в рукаве побывали поочередно все четыре туза.
— А помнишь, как ты волновалась за Джейсона, сможет ли он благополучно добраться домой?
Она снова кивнула.
— Помнишь, как попросила обнять тебя, а потом поцеловала так, что у меня дух захватило?
