Для пропагандистского «оправдания» собственных варварских действий фашистские агрессоры воспользовались тем обстоятельством, что (в противоположность Советскому Союзу, который вел войну в полном соответствии с нормами международного права) Англия и США в ответ на преступные налеты геринговской авиации бомбили гражданское население германских городов. Поэтому нацисты окрестили свои самолеты-снаряды и ракеты массового уничтожения, как уже говорилось выше, «оружием возмездия».
Нечего и говорить, что обстрел гражданского населения Англии, а также подвергшейся вторжению гитлеровцев нейтральной Бельгии ракетами был бесчеловечным актом, грубо попиравшим нормы международного права. Гитлеровцы нагло нарушали общепринятый принцип этого права, согласно которому военные действия могут быть направлены только против вооруженных сил противника или же иных военных объектов, но отнюдь не против беззащитных детей, женщин и стариков. Фашистская Германия безжалостно истребляла гражданское население стран антигитлеровской коалиции, не останавливаясь ни перед какими зверствами.
Гитлер и его генералы хорошо понимали, что их ракеты технически несовершенны и потому обладают весьма малой точностью попадания. Потому они и предназначались в первую очередь именно для терроризирования населения стран, воевавших против нацистской Германии. Это подтверждает такой матерый военный преступник, как бывший гитлеровский генерал-лейтенант Ганс Шпейдель60. 17 июня 1944 года он присутствовал на совещании, которое Гитлер провел с командованием Западного фронта в своей ставке «W II», находившейся в оккупированной Франции, в районе Марживаля. Шпейдель писал впоследствии об этом совещании:
«Вопреки... оценке сил противника и с каждым днем падавшей боеспособности (фашистских войск. – Ю. М.) Гитлер не видел реального положения вещей и с какой-то причудливой смесью цинизма и ложной интуиции, поддаваясь самовнушению, нескончаемым потоком слов пророчествовал насчет «решающего исход войны воздействия» на Англию «оружия Фау»... Он прервал совещание и лично продиктовал представителю имперского шефа печати предназначенное для радио и прессы сообщение о первом применении «оружия Фау»... Однако вызванный на совещание командующий частями «Фау» генерал артиллерии Хайнеман вынужден был указать на слишком сильно отклоняющееся от расчетного рассеивание снарядов (15—18 километров) и на связанную с этим опасность для собственных войск. Целенаправленное применение оружия «Фау» против (англо-американских. – Ю. М.) армий вторжения на континенте при данных технических условиях было невозможно. Применение же этого оружия для обстрела расположенных в Южной Англии портов, откуда поступали людские и материальные резервы для войск вторжения, Гитлер отверг на том основании, что он хочет подвергнуть обстрелу Лондон, дабы заставить англичан «желать мира»... Гитлер говорил также и об... усилении применения «оружия Фау»»61.
Шпейдель делает два признания. Первое: новое оружие заведомо являлось средством уничтожения гражданского населения, а также материальных ценностей невоенного характера, и руководящие нацистские круги прекрасно отдавали себе в этом отчет. Второе: все участвовавшие в совещании генералы и офицеры гитлеровского вермахта, хорошо знавшие о непригодности этого оружия для поражения военных объектов, несут ответственность за его применение против гражданского населения. В этих преступных действиях важную руководящую роль играл и штурмбанфюрер СС Вернер фон Браун.
Число жертв нацистских бандитов множилось с каждым днем. Игроки ва-банк, карта которых оказалась бита, пытались пресловутым «чудо-оружием» оказать моральное давление на своих западных противников, удержать за собой последних колеблющихся союзников и обмануть немецкий народ, чтобы побудить его «выстоять», заставить и дальше проливать кровь ради спасения преступной гитлеровской клики.
Одновременно фашистская пропаганда повела «психологическое» наступление на высадившиеся в Северной Франции английские и американские войска, забрасывая их сотнями тысяч листовок следующего содержания:
«Солдаты союзных войск!
Вы угодили в западню. Если б это не было так, судите сами, зачем бы мы после вашей высадки стали ждать десять дней, прежде чем применить наше секретное оружие? Теперь вы сражаетесь на узкой полоске суши, площадь которой заранее была определена нами. Тем временем наши самолеты-роботы, летящие на небольшой высоте, сеют смерть и опустошение в городах и гаванях, из которых вы получаете боеприпасы, продовольствие и снаряжение. Ваши коммуникации перерезаны. В результате разрушений и паники, царящих на ваших базах, ваши суда, в том числе и санитарные, не могут выйти в море, а это значит, что вскоре у вас не будет ни оружия, ни боеприпасов. От вас самих зависит найти пути и способы выйти из этой западни. Поразмыслите об этом!»62.
Но как ни изощрялись Геббельс и его подручные, подобные листовки не оказали парализующего воздействия, на которое рассчитывали, «мастера» «психологической войны». Наоборот, сознание того, что нацисты подвергают их семьи и соотечественников террористическому обстрелу ракетами, еще более усиливало боевой дух и решимость солдат английских экспедиционных войск скорее покончить с коричневыми варварами.
Геббельсовская пропагандистская свора заполнила своими писаниями страницы газет фашистской Германии и ее вассалов. Особое значение колченогий придавал использованию нацистских печатных органов за границей, чтобы создать там прогитлеровские настроения. К этому грязному делу шеф нацистской пропаганды привлек и нынешнего видного деятеля аденауэровского христианско-демократического союза Эрнста Леммера63, которому было поручено заняться издававшейся в Венгрии газетой «Пештер ллойд». 20 июня 1944 года Леммер поместил в ней свою статью под заголовком «Секретное оружие имеет наступательный характер». «Является ли оно первой главой битвы за Англию?.. – вопрошал Леммер. – Теперь уже нельзя считать бахвальством заявление компетентных германских органов, что применение... нового немецкого оружия было лишь началом и следует считаться с предстоящим расширением его использования... Речь идет, таким образом, – продолжал нацистский пропагандист, – отнюдь не об единичных и ограниченных во времени действиях... Поскольку такие высказывания делаются германскими военными кругами, можно полагать, что ожидается косвенное воздействие на ход боев с (англо-американскими. – Ю. М.) войсками вторжения. Уже поступили первые сообщения о том, что планомерному обстрелу подвергаются не только Лондон и южноанглийские города, но и особенно порты и базы снабжения, расположенные на южном побережье Англии».
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
