тут такое выросло. Огурец – не огурец, кабачок – не кабачок. Интересуюсь, я, значит, этим растением.
– Да мы сами интересуемся, – улыбнулась Таня, – из-за этого и пришли. Я в сарае семена нашла, и они мне показались странными. Вроде столько лет пролежали, а не высохли, и вид у них был какой-то… Вот я и решила посмотреть, что это. Вчера посадила…
– Вчера??? – леший от удивления открыл рот, – Вот это дааа.
– А ты что, так не умеешь? – теперь удивилась Даша.
– Уметь-то умею, но не вот так… Былинку, какую, вырастить, или ростки вытянуть, это мы можем… Это мы быстро, но чтобы вот так целый лес, не, так не могу.
– Да это и не лес вроде, – Даша стояла и рассматривала растения, – это твой, старый лес, оплетенный какой-то лианой, а где леса не было, она по земле поползла. Слушайте, да чего голову ломать, интернет нам в помощь. Девушка достала телефон, сфотографировала таинственные растения и загрузила фотку в Яндекс поисковик. Леший с интересом рассматривал таинственную коробочку и как Даша шустро водила по ней пальчиком.
– Ого, как интересно, – хмыкнула она через какое-то время, – могу ответить на один вопрос, это – кабачок! Но называется огурец, – хихикнула Даша, – индийский или вьетнамский, кто как придумает.
– А это не опасно? – встревожился хозяин леса.
– Пишут, что нет, очень даже съедобный овощ. Можно даже есть сырым, если побеги молодые. Тань, глянь, побеги там молодые?
Таня начала рассматривать растение, поднимать листья и изучать длинные тонкие плоды.
– А знаете, что здесь написано? Можно отрезать половину, а остальное будет дальше расти. Прикольно, да?
– Ну ладно, коль такая полезная штука, пущай растет, – согласился леший, – пришлю сюда ребятишек, пусть полакомятся.
– Ребятишек? – удивилась Таня.
– Конечно, чего ты удивилась? У меня в лесу их много и все лохматые, – усмехнулся Леший и подмигнул девушкам.
– Эээ, только пусть вот эти кабачки едят, остальное не трогают, а то мало ли чего, – забеспокоилась Даша, и добавила, – и это, пусть не до конца догрызают. Им же лучше будет. Хорошо?
– Добрая ты душа, – леший с улыбкой посмотрел на девушку, – хорошо, обязательно скажу.
Вдруг он задумчиво посмотрел на Таню:
– Вижу, тревожит тебя что-то. Спросить что-то хочешь, а не решаешься, что случилось?
– Да я на счет Варвары… В розыск её объявили, к Даше приставать сейчас начнут, на поиски приглашать. Вернее, её уже звали, а она отказалась.
– Ну, так и что? – не понял леший, да признаться честно, Даша и сама не поняла, к чему это Таня вела.
– Да я к тому, что, может, она уже готовая, так пусть её Даша найдёт, и от неё отстанут.
– А забирайте, – как-то очень легко согласился хозяин леса, – надоела она мне уже. Не люблю крикливых сумасшедших, с ними играть уже не интересно. Их пугаешь, а они не пугаются, их в болото заводишь, а они камыши тягают и смеются. Ты как соберешься её искать, мне знак подай, я тебе тропинку проведу.
– Угу, спасибо большое, а она что, совсем того? – поинтересовалась Даша.
– Совсем, и уже, скорее всего, не оклемается.
– Ничего себе, и что же такое ты ей показал, что у неё так быстро башню снесло?
– Башню?
– Ну, голову, – Даша покрутила у виска пальцем.
– Да ничего не показал, сама всё увидела. Я, как в лес её загнал, из-под каждого пенечка полезли души ею загубленные. Она как испугалась, как заголосила… Так до самой полночи и бродила не затыкаясь. Мне надоело это дело, вышел я, цыкнул на неё. Лес шума не любит, звери пугаются, так она совсем ополоумела.
– Что, так тебя испугалась? – удивилась Таня.
Для неё леший был вовсе не страшный, чудаковатого вида, милый и добрый старичок.
– Так я же не в таком виде ей явился, – усмехнулся Леший, – я же, как положено, там, глаза горящие, волчий вой, когти, клыки… Она так заверещала, аж ухи заложило. Глаза у неё сначала выпучились, рот перекосился, она креститься стала и орать, как бешеная, что в бога теперь верует и людей обманывать не будет, да мне-то что… Каждый верует в своих богов. А потом как-то сразу глаза пустыми стали, как неживые и ничего в них уже нельзя было увидеть. Ну, думаю, спятила девка совсем, так, для острастки завыл ещё разок по-волчьи, а она как давай хохотать, аж меня жуть разобрала. Плюнул я на это дело, увел её подальше в болото, пусть с ней теперь водяной мается.
– Так она же утонет, – ахнула Таня.
– Не, девица, оно не тонет.
– Оно это кто? – не поняла Таня.
Даша с лешим переглянулись и заулыбались.
– Ааа, поняла, – сказала Таня, махнув рукой, и захохотала.
– Ох, дедушка, – сказала Даша, – ты доиграешься когда-нибудь, обидится на тебя водяной и затопит все твои леса.
– Что ты, – замахал на нее руками хозяин леса, – типун тебе на язык. Да и не дело из-за какого-то крикливого человечка нам, нечисти, ругаться, столько лет жили в мире и согласии.
У Даши вдруг зазвонил телефон. Девушка посмотрела, кто звонит, и показала Тане.
– Ну вот, вспомни, оно и приплывет, – сказала та, увидев на экране имя Пашки.
– Дедушка, придётся дамочку из леса забирать, а то покою не дадут, весь лес как слоны затопчут. Откуда мне лучше путь за Варварой начинать, чтоб по-тихому, без свидетелей и быстро? – спросила Даша хозяина леса, – Уж очень не хочется долго с ней возиться, – призналась честно девушка.
– А ступай на то место, где всё началось, я к тебе поближе ее подгоню.
– Спасибо тебе большущее, – Даша от души низко поклонилась лешему.
Тот отвесил такой же поклон и исчез, а девушка ответила на непрерывный звонок полицейского:
– Да!
– Даш, ты оказалась неправа, – торжественно произнёс он.
– Я знаю, – совершенно спокойно ответила девушка, – а также я знаю, где её искать. Сможешь через полчаса подъехать к нам?
– Да я через пятнадцать минут прилечу, – обрадовался Пашка.
– Ну, ты-то может, и прилетишь, да только меня ещё дома не будет. Я сказала через полчаса, – резко, не терпящим возражения тоном ответила Даша.
Она выключила телефон, и посмотрела на Таню.
– Ну, чего стоишь? Пошли, защитница ясновидящих.
Девушки пошли, не торопясь, к деревне. Дорога начала раскисать от дождя и становилось скользко. Даша аккуратно поддерживала подругу под руку и не спускала глаз с дороги.
– Интересно, – сказала задумчиво Таня, когда в очередной раз поскользнулась, – почему мы зовем лешего на «ты», а он совсем не обижается? Он же древнейшее создание, ему фиг знает, сколько лет от сотворения мира.
– Это всё, что тебя сейчас заботит? – улыбнулась Даша, – Ты лучше под ноги смотри, а
