же решил, что стоит тебе помочь. Я согласен принять участие в этом безумии. Только ради тебя! — поспешно добавил я, парируя его восторженную реакцию. — Но ты, как и обещал, вступишь в секцию футбола.
Не, ну а чего, я один что ли тут меняться должен в радужную сторону?
— Уговор есть уговор, — нехотя признал Дэнчик. — Ладно, может, я еще и сгожусь на что. Мне же сейчас семнадцать. Кости еще молодые, крепкие. Только не думай, что, если мы выберемся назад, я как-то поменяю свое отношение.
Безусловно, предпринятая мною ревизия всех ценностей, составлявших мой арсенал, не могла не пройтись незамеченной. Меня буквально выворачивало наизнанку. Надеюсь, что на гордости это никак не отразится.
— Спасибо, дружище, — искренне улыбнулся Дэн.
Ладно, хрен с вами. Эта улыбка того стоила.
В дверь постучали. Следом за стуком в проеме возникло лицо Ольги.
— Осваиваетесь, хлопцы?
— Ага, помаленьку, — ответил я. — Ольга Дмитриевна, мы, вообще-то, спать собирались…
— Я быстро, — перебила меня Ольга. — Вы хоть и старший отряд, я все понимаю, что отбой для вас не писан, но советую все же не засиживаться допоздна. Подъем у нас, как обычно, в восемь утра, после следует зарядка. И даже не думайте отлынивать, ваши родители мне лично говорили, что никаких причин не являться на нее у вас нет.
Кошмар, а так хотелось.
— Завтра у вас будет насыщенный день, вам двоим надо будет заполнить обходной лист. До обеда должны будете управиться. Дальше вместе с остальным отрядом по расписанию. Все понятно?
— Более чем, Ольга Дмитриевна, — улыбнулся я. — Спокойной Вам ночи.
— Спокойной ночи, мальчики!
Вожатая удалилась. Ну а нам лишь оставалось последовать ее совету. Тем паче, что спать так-то нефигово хотелось.
Пару раз затянувшись электроникой, закусив все это дело с боем добытой булкой, и пожелав Дэнчику спокойной ночи, я вновь воткнул наушники и остался наедине с музыкой.
«This world will never be what I expected, and if I don’t belong, who would have guessed it? I will not leave alone everything that I own to make you feel like it’s not too late, it’s never too late…»
Эх, матерь божья. Спасибо тебе, все же, за Грейсов.
Увидимся завтра!
Комментарий к ДЕНЬ 1. КУРС ЮНЫХ МЕДВЕЖАТНИКОВ
Ну, вот и закончился первый день) Думаю, вы уже примерно понимаете, что из себя будет представлять фик, и в каком направлении он будет двигаться. Надеюсь, что он оставит после себя исключительно приятные впечатления. К написанию второго дня вернусь после небольшого перерыва, плюс-минус неделька, не больше)
Не забывайте писать комментарии, ставить лайки, указывать на недостатки, подчеркивать плюсы, может даже делиться какими-нибудь идеями того, как можно дополнительно разнообразить дальнейший сюжет) Любой ваш отклик — та движущая сила, которая очень помогает мне в процессе написания.
Увидимся во втором дне:)
========== ДЕНЬ 2. БРЕМЯ ОБРАЗЦОВОГО ПИОНЕРА ==========
У меня всегда была такая не то, чтобы особенность, просто так уж сложилось, что на новых местах я всегда рано просыпаюсь. Вне зависимости от того, во сколько я уснул, и в каком состоянии. Меня будит мой внутренний интерес к дальнейшей жизни в условиях смены обстановки. Мда, мудрено я высказался. Просто не знаю, как еще это описать. Вот и сегодня меня черти драли чуть ли не в половину восьмого утра по местному времени, за полчаса до официального подъема. Открыл глаза я не то, чтобы прям с неохотой, все же, как я уже отметил, здравый интерес к предстоящей новой жизни брал верх над желанием еще поваляться. Просто я до сих пор не мог поверить в то, что это вот все происходит в принципе. Даже засыпал я с толикой надежды на то, что я вновь проснусь зимой, скрючившись в неестественной позе на сидении автобуса. Но нет, факт нашего с Дэнчиком перемещения закрепился в подсознании окончательно и бесповоротно.
Тот еще, кстати, беззаботно дремал, пуская слюни в казенную подушку. Будить, не будить? А, хай с ним, пусть спит. А то не хватало еще, чтобы меня в такое распрекрасное утро кто-то проклял. В крайнем случае — Ольга разбудит. А там дальше у него должна как-то среагировать старая армейская привычка вскакивать по команде старшего. И строем в направлении туалета. Ух, слава Богу, что мне удалось избежать сего издевательства над здравым смыслом.
Сообразив с умывательными принадлежностями, в частности, о том, что такую простую и житейскую мелочь, как зубная паста, здесь заменяет невиданный мною доселе зубной порошок, что это вообще такое есть и как им пользоваться, дабы не выглядеть жалкой пародией на мартышку с очками, я выполз навстречу улыбающемуся во все сколько-то там лучей солнышку. Потянувшись, вставил уши в уши и погнал навстречу водным процедурам.
«You need to get this straight — I will never cooperate with you. You try to control me, and the pain I feel seems to make you happy…»
Мое размеренное шествие к умывальникам было прервано миниатюрной рыжей ракетой. Не успел я до конца сообразить, чего, собственно говоря, происходит, как с другой стороны меня, без особых церемоний еще и нагло пихнув, обогнула вторая такая же ракета, с уже большей мощностью, подкрепленной пучком крапивы. Двачевская что-то яростно кричала подруге, пока та, непрерывно заливаясь смехом, то давала ей возможность сократить расстояние, то в последний момент снова отбегала. Я даже рискнул вынуть один наушник — любопытство, все же, страшная вещь. Чем таким умудрилась насолить Ульянка своему наставнику по устройству лагерных бедствий, что та аж с крапивой за ней бегать начала?
— Алиска-трусишка, сколопендру испугалась и от страха… — ясно, слушаем музыку дальше.
Не обращая внимания на рыжих, я постарался продвинуться к умывальникам чуть ближе, но бешеная Ульянка внезапно резко изменила курс, направляясь уже в мою сторону. Ехидно улыбнувшись моему слегка прифигевшему взгляду, девчушка, используя мою правую руку как опору, круто развернулась в последний момент, прежде чем Алиса смогла бы до нее дотянуться. Не ожидавшей такой прыти Двачевской пришлось резко дать по торзмозам, отчего наши лица снова оказались в считанных сантиметрах друг от друга. Впрочем, в этот раз, слава Богу, без обнимашек. Стараясь пропустить ее от греха подальше, я сделал шаг вбок, но рыжая, на мою беду, шагнула в ту же сторону. Уже по инерции мы одновременно постарались вновь пропустить друг друга, но снова оказались лицом к лицу. Получился экспромтный танец без непосредственного тактильного контакта.
— Да пропусти ты, олух царя небесного! — крик Двачевской умудрился даже оказаться громче игравших на максимум Three Days
