когда с человеком которого знаешь… происходит что-то подобное. Да даже когда обстоятельства не такие жуткие, тоже. А тут просто из головы не идет. Кошмар!… Извините, я Вас заболтала совсем…
Молодой Следователь энергично замотал головой.
– Нет, нет. Люди редко «раскрываются», – он немного смущенно улыбнулся. – Есть те, кто очень много говорит, но совершенно по другим причинам. Очень редко встречаешь в нашей работе, чтобы человек высказывал свои истинные чувства. Думаю, я узнал Ольгу Самохину гораздо лучше, благодаря нашей с Вами беседе. Елена Федоровна, а на той вечеринке Вы ничего необычного не заметили в поведении Ольги.
– Нет. Мы пообщались только когда приехали. Ольга встретила нас. Она была веселая. Эффектная, как всегда, жизнерадостная… Потом я видела ее только мельком, среди гостей. Но она была очень оживленная, как мне показалось. Все время улыбалась. Потом мы уехали. Арина устала, и мы поехали домой. Довольно рано. Часов в десять.
– Спасибо, что побеседовали и ответили на вопросы. Эй, пока! – следователь расплывшись в своей обаятельно-мальчишеской улыбке помахал девочке, которая во время их разговора качалась на качелях. К Лениному изумлению, малышка разжала пальцы одной руки и отпустив металлическую трубу на которой держались качели помахала в ответ.
– Вы первый, кому она ответила, – с удивленным потрясением сказала Лена.
– Ого! Здорово! Наверное она поверила, что я хороший, – он рассмеялся. – Может сказываются мамины гены. Ее тоже дети очень любят.
– Удачи Вам, – сказала Лена.
– Спасибо! И Вам тоже. Пока, малышка!
Зара провожала взглядом молодого мужчину чем-то напоминавшего ей Ри. Они были примерно одного возраста. И хоть внешнего сходства не было, но улыбка, взгляд, и какая-то веселая бесшабашность были невероятно похожи. И еще было какое-то ощущение надежности. Когда мужчина помахал, Зара сильнее чем когда бы то ни было пожалела, что она не может понимать речь тех кто живет в мире, в котором она очутилась. Если бы она могла обьясняться с теми кто живет здесь, именно этому человеку она бы рассказала все о себе. И о Ри. Вдруг он помог бы ей его отыскать . По крайней мере он бы точно попытался…
Вздохнув, Зара наблюдала за полупрозрачным красным облачком покачивающимся над головой незнакомца. И то, что он как и ее брат умел радоваться жизни, просто потому что она есть, делало их еще более похожими.
Глава 25
Девушка заправила светлую прядь волос за маленькое розовое ушко. Взгляд серых глаз был скучающим. Очертания губ, с явно состоявшимся знакомством между ними и ботоксом изогнулись в не менее явном недовольстве.
– Ну я же уже отвечала на вопросы! Ну сколько можно?! Вы думаете у меня других дел нет? У меня сьемка через час, нужно настроиться, войти в образ…
Афанасий Евгеньевич мысленно закатил глаза. «Надавать бы тебе по твоим накачанным губищам». Цаца занятая нашлась. А он, значит, ради развлечения перся через пол Москвы. Чтобы лишний раз лицезреть эту актрису всех времен и народов.
– Светлана Андреевна, если бы Вы в прошлый раз рассказали правду, ни Вам, ни мне не пришлось бы снова тратить время.
Скучающий взгляд сменился на негодующий.
– Если Вы так спешите, я могу отложить беседу и пригласить Вас к себе в Управление. В официальном порядке, так сказать.
– Нет! Не нужно. Можем поговорить сейчас раз уж Вы приехали. – Девушка изобразила благосклонную улыбку. – Это ведь, наверное не слишком долго.
Проигнорировав вопрос Афанасий Евгеньевич положил перед любительницей поломаться лист бумаги с отпечатанным на нем текстом.
– Это запись разговора с еще одной гостьей той самой вечеринки, о которой мы говорили в прошлый раз. – Следователь мстительно ухмыльнулся. – Помня, как неохотно Вы отвечали на вопросы, я попросил у дамы, сообщившей мне весьма любопытные сведения, позволения задокументировать все сказанное ею в письменном виде. И она любезно согласилась.
Блондинка надула губы. Но актерский талант был слабоват. Недовольство и возмущение были явно «напоказ». Во взгляде было все усиливающее беспокойство, а судя по тому, какую нарочито непринужденную позу заняла девушка, она по настоящему сильно нервничала.
«Так тебе и надо, кукла крашеная», – злорадно подумал следователь. Эта невесть что вообразившая о себе особа в прошлую их встречу всю душу из него вынула своим жеманным нытьем и капризами. Ни в какой образ ей входить не нужно, она из образа и не выходит, судя по всему.
– Итак, Светлана Андреевна, дама, чьи показания лежат перед Вами, рассказала о довольно занимательном эпизоде того вечера. И, заметьте, у меня нет никаких оснований не доверять ее словам.
Актриса фыркнула, но промолчала.
– Женщина, а она довольно пожилая женщина, отдыхала от шумного гуляния на одном из диванов расположенных возле дверей ведущих на открытую площадку. И она видела Вас в компании с Игорем Башлиным , когда вы выходили на площадку, как раз через ближайшую к ней дверь. Она еще попросила у Вас автограф. Припоминаете? А Вы, как всегда, были чрезвычайно заняты и отмахнулись от назойливой почитательницы Вашего актерского дарования, – лицо следователя выражало смесь злорадства и презрения. – Видно, фанаты Вас совсем достали, также как и сотрудники правоохранительных органов.
Афанасий Евгеньевич расплылся в насмешливой улыбке. Лицо у молодой женщины было злое-презлое.
– Да, дамы в возрасте очень любят запоминать подобные подробности, особенно, когда им грубо отвечают, – ухмыльнулся Афанасий Евгеньевич. – Через несколько минут мимо дамы прошла Ольга Самохина. Она тоже вышла на площадку, через ту же самую дверь. Дама говорит, что сразу после этого услышала со стороны площадки громкий женский голос. Женщина кричала и была очень сильно возмущена, судя по интонации. Затем, с площадки вышли Вы и быстро прошли через зал в сторону бара. Оставшиеся на балконе Ольга Самозина и Игорь Башлин еще некоторое время пробыли там, общаясь на сильно повышенных тонах. Затем с площадки выбежала Ольга Самохина… Ну дальше, думаю, уже не существенно для Вас. Тем более, Вы же спешите. – последовала еще одна насмешливая улыбка.
– И что это доказывает?
– вскидывая голову вверх, так что нос задрался к потолку, с нервозным возмущением сказала актриса.
Афанасий Евгеньевич пожал плечами.
– Ничего, кроме того, что Вы мне солгали в прошлый раз. Разыграв целый спектакль, вы в конце концов заявили, что Ольга Самохина пригласила вас и еще пару Ваших коллег на вечер, и что вы пообщались с ней когда пришли, и потом еще раз, когда вместе выпили по бокалу шампанского. И больше вы не разговаривали и Ольгу Самохину не видели. Почему-то Вы решили не сообщать о сцене разыгравшейся на открытой площадке.
– Да не было никакой сцены! – взвизгнула
