– Господин, я не нашла на складе мазь из сока зелёных дендроинов. Вы не знаете куда она запропастилась? – пожаловалась она.
– А тебе она зачем? Зацепило осколком ловушки? – полюбопытствовал директор. Девушка в ответ пожала плечами и печально склонила голову, словно с неохотой признавая факт. И только когда она повернулась к ящеру и своему начальнику левой стороной и отвела огненные пряди волос, наблюдающие увидели багровый кровоточащий шрам у виска, кровь бежала по щеке и шее, испачкала воротник платья, увязла и ссохлась в рыжих кудрях.
– О, Боже! Что же ты сразу не сказала, Иона? Я мигом! – взбудоражился директор и ринулся к двери, на склад.
Поняв, что он причинил муки и изувечил это очаровательное существо, ящер почувствовал себя настоящей скотиной. Рана притягивала его взгляд и защемляла дыхание. Девушка легонько коснулась её пальцами и тут же отдёрнула их, сморщившись и тихонько простонав сквозь зубы. Этот стон засверлил сердце чудовища. Он бы сейчас с удовольствием провалился бы под землю. Монстр мечтал, чтобы на него с неба упал камень величиной с арбуз и врезал бы ему за все заслуги, а она посмотрела бы на чужие страдания, и ей может сделалось бы не так больно.
– Это всё из-за меня. Что же я, кретин, натворил! – обругал себя ящер, которому стало неловко даже говорить своим грубым голосом при ней.
– Забудьте. Никто не мог ничего предугадать. Судьба…
«В гробу я видал эту Судьбу!» – не сдержался ящер в мыслях, услышав имя виновницы всего этого хаоса.
– Да и нет здесь ничего серьёзного, обычая царапина, – утешала девушка горевшего стыдом монстра. – Мазь зелёных дендроинов очень целебна. К утру от раны и пятнышка не останется.
Директор возвратился к ним с лечебным средством. На ладони его лежала шайбообразный флакон. Новоиспечённый врач встал рядом с помощницей и снял крышечку.
– Процедура неприятная. Собери всё своё мужество, Иона. Сейчас будет щипать.
Нет! Ящер такого зрелища просто не вытерпит… если только закрыть глаза и заткнуть уши. Он против себя влез в просторы собственной фантазии и… Нет! Немыслимо.
Директор насадил на кончик пальца горошинку зеленовато-молочного крема. Взор рептилии, наполненный кошмаром вклинился в алую травму…
И… О, чудо! Она начала стремительно заживать! Человек-кабан застыл на месте, заворожено глядя на небывалое. Он заметил, как зрачки ящера сияли фиолетовым цветом. Ему стало ясно: источником исцеляющего волшебства являлся их гость.
– В чём дело? – с долькой страха прошептала пациентка, увидев замешательство директора. Тот подрагивающей рукой указал на её висок. Она дотронулась до него и не ощутила боли. Совершенно гладкая и здоровая кожа! Все перевели взгляд на рептилию, у которой ещё жило свечение. Немая картина длилась до тех пор, пока оно не потухло.
– Я не верю… – только и смог прошелестеть директор.
Ящер, тоже впечатлённый происшедшим, не сообразил, что сам его и организовал.
– Почему вы на меня так смотрите? – выговорил он заплетающимся языком.
– Как вы это сделали!? – ошеломлённо задал встречный вопрос неудавшийся доктор.
– Я??? Вы ошибаетесь. Я не…
– Это были вы, – настойчиво перебил директор. – Волна магии исходила от вас.
И вновь воцарилась тишина. Ящер даже на знал, как ему относиться к случившемуся, но тем не менее он вынужден был согласиться с директором.
«Моё нынешнее тело мной не до конца изучено. Неизвестно, на что оно ещё способно… В уме не укладывается, какая сила превратила меня в зверя, которого весь город не в состоянии изловить», – подумал ящер с грустью.
– Ни одно существо в мире не умеет делать такого, – сказала девушка. – Кто вы? К какой расе принадлежите?
Вопрос был явно монстру не по зубам, точнее не по мозгам. Информации на этот счёт у него не имелось, а потому он ответил честно:
– Я не знаю. Когда-то был человеком, а теперь…
Наступила безмолвная минута размышлений. Мысли рептилии двигались по конкретному пессимистическому пути. За этот сумасбродный день произошло уйма переломных событий, потрясений, расстройств, физических и душевных нагрузок, что не выдержал бы и взрослый. Ему помог лишь облик ящера. Скорее всего, он примет предложение директора, возьмёт комнату, пускай оно и не исключает западни. Возможно завтра он проснётся в сырой, холодной, кишащей пауками и крысами темнице, после чего будет отослан в ту самую тюрьму алларов. Он был готов на всё ради сна.
– Хорошо, я согласен. Но пожалуйста, давайте все ваши расспросы отложим до утра, – поставил условие монстр.
– Конечно, конечно! – закивал директор, осчастливленный ответом ящера. – Я провожу вас в вашу комнату прямо сейчас.
И он пробубнил короткое заклинание, резко направив указательный палец в угол помещения. Скрытая в полу дверь откликнулась на зов своим поднятием, плавно и без скрипа петель.
Директор, начав спуск по лестнице, позвал ящера:
– Монстр стал продвигаться вниз по тесному и неосвещённому коридору, а девушка осталась наверху наводить порядок к визиту посетителей. Когда они опустились с головой, дверь закрылась, и их окутал мрак. Рептилия замерла, боясь идти в неизвестность или наткнуться на впереди идущего. Но заслышав удаляющийся стук его обуви, он стал делать несмелые шаги, упираясь ладонями в стены.
Постепенно из сплошного чёрного экрана выделялись непонятные мутно-зелёные очертания. Их количество увеличивалось, они приобретали определённый смысл: вот каменные стены, ступеньки, спина директора… Он видел всё, только в зелёном свете!
– Смелее. Здесь хоть и темень, как в склепе, но вы идите прямо, – советовал проводник, однако в этом ящер уже не нуждался. Кажется, рассекретилась новая способность – ночное зрение. Да, он действительно мало чего знает о себе.
Директор прекратил шествие у очередной двери, раздался скрежет: были применены ключи.
– Заходите, – пригласил человек-кабан и, толкнув дверь, проник в своё подземное жильё, где свет тоже отсутствовал. Они стояли в фойе, не очень просторном и роскошном, оно было обогащено всевозможными ящиками, бочками, вёдрами, стульями, рулонами тканей и ковров, короче говоря совмещало в себе кладовую. Ну и какое же фойе без вешалок с одеждой, которой тут было столько, будто хозяин собрался основать дома бутик. По обеим сторонам комнаты красовались в большинстве халаты, аналогичные наряду директора, разнообразие вносили лишь иные наборы цветов. Это же касалось дивизии пар сапог, формы которых были нестандартны для людей, что и понятно, ведь кабаны – создания копытные. Между нагромождениями вещей ветвились три узкие лазейки, каждая из которых оканчивалась дверью в виде арки. На правой клеилась надпись: «Кухня», на левой – «Гостиная», а на средней – «Спальная комната».
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
