Вот и сегодня после вахты я был утомлен, но через два часа сна обрел хорошую форму.
Жизнь представляется мне в радужных тонах. Ничего, что столько времени мы не ходили по земле и отвыкли от людей. Меня не особенно страшит то, что я, возможно, утратил способность к общению. Сейчас я гоню подобные мысли и думаю только об успешном завершении экспедиции. Если я по кому и скучаю, так это по болгарам, а на родину мы вернемся не раньше, чем через два месяца.
У меня нет особого интереса к чужим землям. Окажись мы вдруг в порту, я (если бы мне представилась такая возможность) тут же вновь вышел бы в море, и выбрал бы путь подлиннее, направившись, скажем, к Огненной Земле или Паго-Паго.
25 ИЮНЯ, ЮЛИЯ Любчо и Ганчо
Сегодня я принялась штопать джинсы Дончо. Могу часами заниматься этим, не раздражаясь. Похоже, что человек в разных условиях по-разному реагирует на одни и те же раздражители. На суше — одно, а в море— другое. То, что в Софии нервирует меня, здесь даже успокаивает. Взрывы редки. В плавании мы значительно уравновешеннее, хотя уровень напряжения гораздо выше.
После штопки я нашла себе другое дело. Впрочем, для нашего теперешнего положения это не проблема: мы постоянно чем-нибудь заняты. Уборка — неиссякаемый источник деятельности. Мы поленились выбросить грязные вещи, и лодка безвозвратно потеряла свой лоск. Откуда еще появляется мусор, не знаю, но на палубе всегда неопрятно. И это несмотря на то, что тонны воды омывали ее.
Когда я поднимала доски, то увидела на одной надпись “Любчо”, а на другой — “Ганчо”. Я ощутила не только чувство радости, но и теплоту рук и сердец ребят, выводивших свои имена. Догадываются ли они, как нас это тронуло, как нам это помогает?
Так же согрела нас записка со словами “Счастливого плавания!”, которую я нашла в кармане своей куртки. Положили ее, вероятно, женщины, шившие наши костюмы.
В последние дни я часто развлекаю себя музыкой. Ловлю Париж и Лондон на коротких волнах. По приемнику узнаю и СМТ.[4] Сегодня я слушала Пассакалию до минор Баха. Среди ветра и волн это было истинным удовольствием. Если приставить транзистор к телу, то все у тебя внутри гудит и вибрирует. Наслаждалась я и “Фантастической симфонией” Берлиоза и многими хорошими джазовыми мелодиями. Сегодня у меня счастливый день. Только пожелаю что-нибудь услышать, как некоторое время спустя диктор объявляет, что будут передавать музыку автора, о котором я думала.
Мне удалось поймать на средних волнах и два радиомаяка с Антильских островов. Нет сомнений в том, что мы приближаемся. Хочу, чтобы мы добрались быстрее, но скорость лодки зависит от ветра.
25 ИЮНЯ, ДОНЧО Познай самого себя
Проблема ли голод? Третью экспедицию подряд я борюсь с ним, и всегда мне удается победить его. Юлии тоже. Мне представляется, что опасность голода преувеличена в литературе.
Мы питаемся по старой суточной норме: пять штук маслин, немного сухарей и каждые три дня праздничный компот из абрикосов.
В том состоянии, в котором я нахожусь, мне кажется, что я могу 15 дней ничего не брать в рот. Не переоцениваю ли я себя? Нет. Это не повышенное самомнение, а объективная точка зрения, основывающаяся на результатах некоторых наших экспериментов. Повторяю, человек обладает огромными резервами, физическими и психическими. Если не будет растрачивать напрасно свою нервную энергию, если не поддастся панике, его возможности невероятны.
Мы, городские люди, многое забыли. Да и редко нам приходится прилагать максимум усилий, напрягаться. В Софии трудно даже вообразить себе, что могут создаться такие условия, при которых человек вынужден будет остаться голодным.
Голод начинает меня мучить по-настоящему, и перед моими глазами заманчиво проплывают ломтики колбасы, бифштексы и бутылки с вином. Думаю, что так происходит со всеми. Но этот кризис обманчив, и длится он до следующего дня. Затем влечение к пище ослабевает. Самые трудные дни при голодании — третий и девятый.
Большое внимание следует уделять сроку хранения и вкусовым качествам консервов. Особенно важно второе. В двух экспедициях мы недооценили это обстоятельство, что привело к дополнительным осложнениям.
Планктон, которым мы питаемся, отвратителен, консервы тоже. Не хватает только того, чтобы банки начали взрываться и запахло тухлятиной. Не знаю, по каким соображениям, но не хочу их выбрасывать. Было бы правильнее избавиться от них и оставить одну-две банки для анализа в Софии.
Голодной куме все хлеб на уме
В следующий раз попрошусь на консервную фабрику и буду сам запечатывать приготовленные мною лично консервы для Тихого океана. В них войдут мои любимые болгарские кушанья:
— голубцы с виноградными листьями — наиболее ценимое мною лакомство;
— тушеная телятина — хорошо прокопченная;
— кебаб из телятины с винным соусом — по рецепту мамы;
— телячий тас-кебаб;
— вареная телятина;
— свинина с луком-пореем — впрочем, от нее можно отказаться, это еда не для тропиков;
— картофельное пюре — прекрасный гарнир, который украсит наши обеды;
— пюре из шпината — вкус его своеобразен, к тому же в нем немало витаминов.
Все будет приготовлено на масле, но в малых дозах. Жиры в тропиках не идут. Пива мы не возьмем, потому что его трудно хранить. В этом отношении хороша горнобанская минеральная вода, несколько ящиков которой мы и прихватим с собой. Кроме того, она отличается богатым содержанием солей, которые необходимы для организма в теплую погоду. По этой причине полезны и маслины, и во всех последующих экспедициях они будут одним из основных наших продуктов.
Влажность увеличивается. Удивляюсь, что замечаю это, ведь мы к ней давно привыкли.
Чувствую себя отлично. Душой и телом. Симптомов ослабления и истощения в счет не беру. Их проявление вполне естественно для экстремальных условий плавания. Сплю хорошо. Ночью отдыхаю.
Солнце сегодня печет не так сильно. Похолодало. Можно расслабиться.
Юлия тоже чувствует себя хорошо. Проявляет удивительное спокойствие. Трудно вообразить себе лучшего спутника, чем она. Люблю ее и восхищаюсь ею. Она вобрала в себя все возможные достоинства: ум, быстроту, остроумие, доброту, непретенциозность, волю, выносливость и смелость. В общем, человек без недостатков.
Почему я в таком порядке перечислил ее качества? Сделал я это подсознательно, не ставя перед собой задачу выделять их по степени важности. Но все же примечательно, почему именно ум я поставил па первое место. Так ли уж он необходим, чтобы переплыть океан? Не поставил бы я на первое место волю, выносливость и быстроту, если бы разыгралась большая буря? Даже в этом перечислении сказывается то, что мы дали себе отдохнуть.
