Я не возражала, снова удивившись его прекрасному вкусу: серый костюм был не совсем деловым, скорее это вечерний вариант, но все же вещь строгая. Сапфиры сюда подходили необыкновенно. Даже в таком разбитом состоянии, одевшись как велел муж, я выглядела свежо.
Дюваль пригласил нас в весьма изысканное заведение. Мы подъехали минута в минуту, и метрдотель провел нас к столику мсье банкира Сержа Дюваля.
Он поднялся нам навстречу, и мне показалось, что в зале выключили свет — таким он выглядел огромным. Над моей рукой Дюваль склонился вдвое, но не позволил себе поднять мою руку выше того, как подняла ее я. Зато он позволил себе, целуя, лизнуть кончиком языка кожу. Я вздрогнула. Он поднял голову и медленно, не отрывая взгляда от моих перепуганных глаз, разогнулся. Мир, когда я обернулась на него, любовался носками своих начищенных ботинок.
— Мадам, я так мечтал о встрече с вами, — замурлыкал Дюваль. — Вот только представлял себе даму покрупнее, мне под стать. — Он улыбнулся, приглашая посмеяться над шуткой. Мир счастливо захихикал. Я тоже растянула губы.
Вечер, безусловно, удался. Мсье банкир не стал больше смущать меня своим вниманием. Он любезно попросил на правах хозяина предоставить ему право распорядиться выбором блюд. За едой беседа шла о еде и, конечно, вине. Честно признаться, я не всегда понимала, что говорил Дюваль, — мешал языковой барьер, который так и не удалось преодолеть. Зато Мир щебетал вовсю и кое-что переводил для меня.
После обеда мсье Дюваль предложил поехать потанцевать в его любимый ночной клуб. Мир согласился, будто того и ожидал, а мне уже все надоело. Я умоляюще посмотрела на мужа и, улучив минутку, когда Дюваль подписывал счета и не смотрел на нас, спросила его:
— А можно без меня? Вы там отдохнете, снимете девочек, а я поеду, прилягу.
— Ни в коем случае! Ты здесь звезда. Потерпи, прошу!
Я потерпела, и мы оказались в модном заведении для VIP-персон на знаменитом Монмартре. Огромный зал был стилизован в японском духе: лаконичность, натуральные цвета, икебаны с цветущей вишней, цветная графика на стенах и низенькие ширмы между столиками у стены. Гремела мало подходящая к японскому интерьеру музыка. VIP-персоны скакали, как макаки. Я не танцевала много лет и растерялась, когда Дюваль предложил выйти в круг света, где уже теснились пары.
— Нет, я посижу. А можно мне коктейль?
— Конечно. Пойдемте к столику, у меня есть постоянный. — Банкир указал на уютную кабинку в дальнем углу. Мы прошли к своему месту.
Как ни странно, музыка здесь не мешала, будто перегородка из рисовой бумаги создавала островок особого климата. Принесли напитки: мне — что-то яркое, пахнущее тропиками, в высоком стакане, а мужчинам — саке в маленьких глиняных чашечках.
Дюваль стал рассказывать о том, как побывал в Японии пару лет назад и с тех пор любит все японское. Даже хотел пригласить нас в японский ресторан, но не знает, как мы относимся к японской кухне.
Мир любезно заверил его, что теперь наша очередь приглашать на обед, и мы обязательно отведаем японской кухни, от которой сами без ума. Я уже выдула коктейль и значительно расслабилась, поэтому захихикала: японская кухня мне даже во сне не снилась, а палочками я умела только в носу ковырять. Тут музыка в зале переменилась, зазвучала медленная композиция.
— Вы позволите пригласить на танец вашу жену? — любезно осведомился у моего мужа банкир его мечты.
— Прошу вас. Иди, милая, потанцуй!
Я покорно встала, и мы с моим партнером направились в зал. Уходя, я обернулась. Мир смотрел на меня, прищурившись, будто ожидал чего-то. Или делал ставку.
Танцевать с мсье Дювалем было необыкновенно приятно. Он вовсе не был таким уж крупным человеком, как я подумала сначала. Просто высокий, широкоплечий мужчина, обладающий к тому же удивительной грацией крупного, но ловкого животного. Он держал меня, не прижимая к себе, а только дразня близостью. Учитывая, что я выпила, такое его поведение оказалось для меня взрывоопасным. Невольно возникал вопрос: а каков он в постели?
Если бы дело происходило днем да пару лет назад, у Дюваля не было бы ни единого шанса. Но здесь и сейчас я была сама не своя. Дюваль наклонялся ко мне время от времени, чтобы одарить очередным комплиментом, причем его губы приближались ко мне все ближе и ближе:
— Вы очень хорошо танцуете… У вас изящные руки… Вы так заинтересовали меня…
И, наконец, когда я почувствовала поцелуй:
— Не согласились бы вы встретиться со мной наедине? Просто поговорить?
Что ответить? Голова кружилась, сердце возбужденно стучало.
— Позвоните мне завтра, — ответила я, поднимая голову. Не знаю, случай это был или тонкий расчет соблазнителя, но наши губы встретились. Я отпрянула, но было поздно — капелька яда проникла в рот и почти сразу достигла цели.
Не на шутку возбужденная, я вернулась за столик в сопровождении своего кавалера. Вскоре мы поехали по домам.
Глава 26
Я еле дождалась, пока такси довезет нас до дому, и как только входная дверь закрылась, обняла мужа и начала его целовать. Он чему-то тихо засмеялся, но не отстранился, а, наоборот, опытными руками, практически одним движением стянул с меня юбку, колготки и трусики. Я словно с цепи сорвалась, как в старые добрые времена, Мир был сладким и горячим. Он был нежным и властным, утоляющим и ненасытным. Я чувствовала его и была будто в беспамятстве.
Прихожая не давала простора фантазии, мы переместились на диван гостиной, потом Мир отнес меня в спальню, и там мы задержались до утра.
Утро застало меня в полудреме. Мой деловой муж уехал на встречу с клиентом, хотя я заметила на его мускулистой шее следы своих поцелуев. Ладно, французы ведь тоже люди! Да еще какие! Вот, например…
Чтобы отвлечься от опасных мыслей, я включила телевизор и достала сигареты. Надо бы попросить Матильду, нашу кухарку, сварить кофе. Сегодня был выходной у сиделки, поэтому дурацких капельниц не предвиделось. Я уже откинула одеяла, собираясь пойти на кухню, когда на экране возникла жуткая картина, просто заворожившая меня. Прямо на тротуаре лежало тело мужчины в сером плаще. Все, буквально все было залито кровью. Камера на несколько секунд задержалась на лице убитого. На самом деле лица-то и не было. Месиво из спекшейся крови, мозгов и костей — так выглядела голова трупа на асфальте. От натуралистических картин меня всегда мутило, сегодня же я почувствовала, что теряю сознание, тело покрылось потом. Почти в беспамятстве я услышала комментарий репортера:
— Зверское убийство было совершено сегодня в престижном районе Парижа. Как установила полиция, убитый был тем самым Жаном Перье, который возглавлял одну из крупнейших преступных группировок, контролировавшую поставки наркотических средств в Париже и его пригородах. Жан Перье несколько раз сидел за решеткой в молодые годы, но вот уже двадцать лет как полиция бессильна вывести его на чистую воду. Смерть Перье, по мнению следователей, прибывших на место преступления, стала результатом мафиозных разборок.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
