Андре, не мешкая, подбежал к фургону, на миг опёрся руками о его дно и запрыгнул внутрь. Ян уже задрал мою юбку и стоял надо мной, точнее сказать, над моим телом, расстёгивая собственный брючный ремень. Меня окатило обжигающей волной смеси беспомощности и стыда; внутренняя пружина снова сжалась, словно она не была и без того сдавлена до предела. К счастью, от собственных ощущений меня отвлёк Андре, схвативший Яна за шиворот и отшвырнувший его с такой силой, что тот рухнул на дно на другом конце повозки. Ролен, успевший забраться сюда следом за моим спутником, не проявил свойственной людям его профессии миролюбивости и уравновешенности, и с мрачным видом отвесил только-только поднявшемуся артисту затрещину, от которой тот вывалился из фургона. Оба моих защитника выскочили следом.
- Что ты творишь?! - прорычал Андре, наступая на Яна с такой злостью, какой мне до сих пор видеть в своём спутнике не доводилось.
- То же, что и ты вытворяешь с моей женой! - с вызовом, но на всякий случай пятясь, парировал артист.
Однако он явно просчитался, если думал, что Андре смешается и примется доказывать свою невиновность. Моему спутнику даже в голову не пришло начать оправдываться. Он лишь чуть сильнее сощурил глаза, что не сулило Яну ничего хорошего. И продолжил наступать.
Ролена обвинения Яна тоже не впечатлили.
- Решил потешить собственное самолюбие за счёт беззащитной женщины? - презрительно спросил он, тоже весьма нехорошо прищурившись.
Впрочем, Андре не предоставил лекарю возможности принять участие в дальнейшем разбирательстве. Вместо этого он со всей силы ударил Яна кулаком по лицу. Тот отшатнулся, но удержался на ногах, что, кажется, доставило Андре своего рода извращённое удовольствие. Поскольку позволило, проигнорировав не слишком умелые попытки сопротивления, нанести очередной удар.
Ненависть к насилию отчего-то и теперь изменила лекарю: он наблюдал за происходящим, сложив руки на груди и даже ни разу не поморщившись, не говоря уже о том, чтобы как-то вмешаться и попытаться оказать Яну медицинскую помощь. Лишь немного посторонился, когда его местоположение стало потенциальным препятствием для Андре, лишив последнего поля для манёвра.
На шум борьбы и крики прибежала Мирта, с другой стороны к нам спешили встревоженные Розалия и Джей. Андре, обычно старавшийся во всём считаться с людьми, предоставившими нам кров, пропитание и средство передвижения, на сей раз начисто проигнорировал их присутствие. Ролен коротко объяснил остальным, что произошло, стараясь, впрочем, не отрывать взгляда от разворачивающихся событий.
Андре не успокоился даже тогда, когда Ян упал на землю, ещё какое-то время весьма доходчиво демонстрируя артисту, что посягать на чужую жену - это очень плохая идея. Надо однако отдать Андре должное: в ход пошли исключительно кулаки, хотя на поясе у него, как и обычно висел взятый у тюремного стражника меч.
Наконец, напоследок приподняв Яна за грудки, Андре отпустил его и встал, брезгливо отряхивая руки. Мрачно взглянул на собравшихся вокруг зрителей. И, склонившись над артистом, веско произнёс:
- Я не убил тебя только из уважения к Мирте. Советую сказать ей спасибо.
И, развернувшись, зашагал обратно к фургону.
Ян медленно приподнялся на локте, сплёвывая на землю кровь. На его лице не осталось живого места. На щеках, скулах и подбородке наливались синяки, а пострадавшему носу навряд ли когда-нибудь довелось бы снова стать идеально прямым. Артист засунул в рот пальцы, чтобы пощупать расшатавшийся зуб. Снова сплюнул кровью.
- Что глазеешь? - зло процедил он, встретившись взглядом с Роленом. Тот лишь равнодушно продолжил смотреть. - Может, припомнишь, что ты лекарь?
- Само заживёт, - бесстрастно высказал врачебное мнение Ролен. И, пожевав губами, добавил: - На вас - довольно быстро.
После чего, устремив на Мирту мимолётный взгляд, отошёл в сторону и таким образом предоставил остальным возможность разбираться с ситуацией в кругу семьи.
- Это всё из-за тебя! - выплеснул на девушку накопившуюся злобу Ян. И, когда она от удивления расширила глаза и чуть подалась вперёд, продолжил: - Набрали на свою голову попутчиков! Ну, так с которым из них ты крутишь шашни? Или сразу с обоими, к чему мелочиться?
Он, конечно, рассчитывал, что она обидится, расплачется, примется оправдываться. Розалия с Джеем, тоже ожидавшие чего-то подобного, уже готовы были вмешаться. Но Мирта восприняла гневную тираду своего мужа на удивление спокойно. Просто выслушала его, дождалась, пока он закончит говорить, и только тогда тихо и отчётливо произнесла:
- Знаешь, Ян, я очень долго терпела. Видит Бог, я старалась. Я терпела твои измены, твои претензии, ссоры на пустом месте. И, наверное, продолжала бы терпеть ещё долго. Может быть, всю жизнь. Но ЭТО... - Она развела руками. - Я никогда не думала, что ты способен на такое. Все эти девицы, которых было бессчётное число, они во всяком случае сами прыгали в твои объятия. А тут - я просто не понимаю. - Приподняв плечи, Мирта покачала головой в знак удивления. - Это такая грязь, и я даже не могу понять - зачем?
Ян не без труда поднялся на ноги, воспользовавшись в качестве опоры тонким стволом молодой берёзы. Собрался что-то сказать, но Мирта резко мотнула головой, не давая ему даже начать.
- Нет! - повысила голос она, и Ян промолчал, слегка отпрянув от неожиданности. - Я больше не хочу тебя слушать. Такому поступку нет оправдания, и мне совершенно всё равно, какие ты собираешься привести объяснения. Я приняла решение. Убирайся!
Вот теперь на лице у Яна была написано невероятное удивление. Не особенно на сей факт реагируя, Мирта повторила:
- Забирай свои вещи и уходи.
Когда Ян, до сих пор, кажется, до конца не осознавший, что именно только что произошло, заковылял прочь, девушка резко повернулась к своим приёмным родителям.
- Я знаю, что вы меня осуждаете, - жёстко сказала она. - Но ничего менять не собираюсь. Я так решила.
Её лицо, обычно мягкое и доброжелательное, превратилось сейчас в суровую каменную маску.
- С чего ты взяла, что мы станем тебя осуждать? - мягко откликнулась Розалия. - Наоборот. Мы с отцом давно считали, что тебе пора от него отделаться. Но не хотели вмешиваться в твою жизнь.
Джей энергично кивнул, подтверждая слова жены.
- К счастью, этот паразит даже не счёл нужным узаконить ваши отношения в храме, - добавила Розалия. - Не скрою, когда-то это сильно меня коробило, но, как оказалось, оно и к лучшему.
Мирта приоткрыла рот от удивления, получив поддержку оттуда, откуда никак не ожидала. Каменная маска слетела с её лица. Джей, улыбнувшись, обнял её за плечи, после чего привлёк к себе и Розалию.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
