— Даже если их и нет, похищения человека достаточно, чтобы принести ему серьезные проблемы, — сказал Хардвик, откидываясь назад с острым взглядом. — Но ты прав: мы знали, что Барстон проворачивает какие-то незаконные махинации много лет. И не только здесь. Вся его империя под подозрением: обманом изгонять оборотней из их домой, а затем использовать земли для развития туризма. Это было обычным делом много лет, но сейчас он потерял бдительность. Здесь он сильно оступился. Это может стать ниточкой, которая распутает весь клубок его империи.
Гэрретт издал низкий, раскатистый смешок.
— Я понял, что у тебя должен быть скрытый мотив, чтобы отправить меня сюда, Хардвик. Но здесь я решил, что ты действительно хотел отправить меня в отпуск.
— Так и было, — невозмутимо ответил Хардвик. — Но, если бы ты случайно наткнулся на что-то подозрительное, тогда… так и знал, что ты подходишь для этой работы. Очевидно, я не ожидал, что ты найдешь здесь пару… и все те осложнения, которые позже возникли.
Покачав головой, Джорджия подняла руку.
— Ладно. Ладно. Я понимаю… вам, ребята, нужно во многом разобраться. И, пожалуйста, не думайте, что я не благодарна. — она повернулась к Салли. — Ты спасла Гэрретту жизнь. И я хочу поблагодарить вас должным образом, но прямо сейчас…
— Конечно, — мягко вмешался Хардвик. — Гэрретту нужен отдых. Возможно, он вне опасности, но до полного исцеления еще далеко. предлагаю это сделать в каком-нибудь тихом месте.
— Хорошо, хорошо, — ответил Гэрретт. — Ни за что не стану с этим спорить.
— Но есть одна вещь, которую нужно прояснить немедленно, — сказал Хардвик. — Где Барстон?
— Ох, Верно. — Джорджия прикусила губу, чувствуя, как зарождается истеричный смех в горле. — Он, эм, вон там.
Она указала на вазу, стоящую перевернутой на полу. Джорджия наблюдала, как рот Хардвика открылся, брови сошлись — очевидно, он собирался уточнить где именно, когда его взгляд упал на гекона, отчетливо видимого внутри хрустальной вазы. Он почти полностью распластался, но это не скрыло его от взглядов.
— О. Понятно.
Джорджия была уверена, что заметила намек на улыбку на лице Хардвика. Невольно даже ощутила, как в сердце закрадывается капелька сочувствия к Барстону. В конце концов, не каждому быть большим злым драконом!
— Салли, не могла бы ты?.. — сказал Хардвик, указывая на другой конец комнаты.
— Конечно, босс.
Салли быстро подошла к вазе, подхватила ее Барстона, а затем накрыла горлышко большой книгой, до этого взятой с кофейного столика.
— Что же, полагаю, мы его допросим, если и когда он решит вернуться в человеческую форму, — сказал Хардвик почти задумчиво. — В любом случае, Гэрретт, на этом твое участие заканчивается… по крайней мере, на данный момент. Очевидно, нам нужно зафиксировато то, что произошло между тобой и Крейном, и… — он перевел взгляд на Джорджию, — нам нужно поговорить вами, как люди Барстона и Крена вас похитили. Но все это может подождать до другого дня.
— Да, может, — твердо сказала Джорджия. Ее ге волновало, кем был Хардвик на своей работе или насколько серьезно к нему Гэрретт относился — прямо сейчас единственное, что ее заботило, — возвращение возлюбленного домой.
«А затем заберу Логана у Келли, — подумала она, выводя Гэрретта на улицу, после того как он кивнул своим коллегам и поблагодарил их за спасение своей жизни. — Уверена, что с ним все в порядке, но после все произошедшего, я очень хочу его увидеть, обнять, сказать, что я его люблю…»
Хотя она это сделает после того, как они вернутся в шале. Джорджия была совершенно уверена, что девятилетнему мальчику не понравится, что его осыпают нежностями на глазах у друзей!
— Знаешь, что самое странное во всем этом, — внезапно выпалила Джорджия, пока они стояли на морозном воздухе перед хижиной Барстона.
Гэрретт склонил голову на бок.
— Что же?
— Твоя форма дракона, — ответила Джорджия, рассмеявшись. — Мне кажется, все ее видели, кроме меня. Из того, что я слышала от Роуэна, обычно оборотням не терпится показать свою животную форму парам!
Гэрретт кивнул, слегка ухмыльнувшись.
— Поверь, я бы очень хотел показать тебе своего дракона, просто в последнее время не было подходящего момента. — он глянул через плечо на закрытую дверь хижины. — Хочешь его увидеть?
Джорджия моргнула.
— Сейчас?
— Да. Прямо сейчас. Хардвик убил бы меня, если бы я обратился близко к людям, но сейчас мы довольно изолированы. Пока мы летим к шале, нас вряд ли кто-то увидит.
— Но… твои раны… — Джорджия начала протестовать, пока Гэрретт не остановил ее.
— Честно говоря, чувствую себя нормально. Не идеально, но нормально. Теперь, когда яд виверны вышел из моего организма, я выздоравливаю в обычном режиме. Если смотришь на это с такой точки зрения, то полет до шале займет гораздо меньше времени, чем прогулка пешком. Так что для меня дорога окажется короче, если мы полетим.
— Мы… ты хочешь сказать, что я…
«Оседлаю его, — додумал мозг Джорджии, когда закончились слова. А через мгновение он продолжил. — Думаю, ты уже это делала».
Джорджия прикусила губу и наклонила голову, чтобы скрыть румянец на щеках. Когда она снова подняла глаза, Гэрретт ей улыбался, приподняв одну бровь.
— Давай же… обещаю, будет забавно.
Его улыбка оказалась заразительной… Джорджия почувствовала, как улыбается в ответ.
— Тогда ладно, — сказала она, наконец. — Покажи мне своего дракона.
Улыбка Гэрретта стала шире, когда он отошел от нее, направляясь на поляну рядом с хижиной Барстона. Джорджия едва успела моргнуть, ка кон широко раскинул руки… и началось изменение.
Сначала Джорджия ничего не могла отчетливо разглядеть — просто легкая рябь на коже. Затем изменение ускорилось: тело стало огромным, темные чешуйки покрыли гладкую загорелую кожу. Массивные крылья выросли прямо из спины, заполняя воздух над ним. Длинный хвост со свистом рассекал воздух позади, в то время как шея удлинилась.
Пока наконец перед ней не предстал дракон.
Джорджия разинула рот. Она была готова к изменению Гэрретта… или думала, что готова. Теперь она понимала, что ничто на земле не могло подготовить ее к тому, что предстало перед ней сейчас.
Гэрретт стоял неподвижно, пристально на нее смотря, словно высматривая признаки страха или тревоги. Но Джорджия ощущала только изумление. Изумление и гордость.
«Этот великолепный дракон — моя пара».
Словно почувствовав, что она ни капельки не боится, Гэрретт низко зарычал, прежде чем опустить плечо, как бы побеждая забраться ее на спину. Джорджия тихо рассмеялась и поспешила к нему. Она предположила, что, если слова Гэрретта о Хардвике было правдой, то им лучше поспешить.
Чешуя Гэрретта оказалось не грубой, как она ожидала. По крайней мере, на боку. на спине чешуйки стали жестче и крупнее. Также он был на удивление теплым… Джорджия склонилась к его шее, когда нашла безопасное место, чтобы сесть, как раз рядом с плечами. Она знала, что даже на холодном горном воздухе не замерзнет, если так прижмется к Гэрретту.
Гэрретт издал еще одно низкое рычание, словно предупреждая ее приготовиться. Позади Джорджия почувствовала взмахи массивных крыльев, а затем поток воздуха в лицо, когда они поднялись в небо.
Ветер развивал ее волосы, и Джорджию внезапно охватило безумное желание рассмеяться.
«Я оседлала дракона. Я лечу верхом на драконе через горы. И так случилось, что дракон оказался моей парой, который превращается в самого горячего мужчину, которого я когда-либо видела за свою жизнь».
Хлопанье крыльев Гэрретта за спиной ощущалось почти как биение сердца… уверенное и ровное. Джорджия крепко ухватилась за два маленьких шипа у основания шеи Гэрретта, но, несмотря на высоту, чувствовала себя в полной безопасности.
Гэрретт не позволит ее упасть.
На самом деле она чувствовала себя в такой безопасности, что посмотрела вниз… и ахнула от открывшегося зрелища.
Под ними простирался темный лес, верхушки деревьев были покрыты снегом. Справа вздымались горы, снег сиял голубым и белым, раннее послеполуденное солнце сверкало словно золото.
