Ирину беспокоила травма брата. Она отвезла его к хирургу своей поликлиники, сделала новый рентген. Положение оставалось критическим, кости могли срастись неправильно. Хирург рекомендовал соблюдать для травмированной ноги щадящий режим, поэтому Ирина каждый день после работы спешила к брату с сумкой продуктов.
Сегодня Игнат с особым нетерпением ожидал прихода сестры – на этот раз на него обрушилась новая проблема: заявилась в гости Маргарита Ивановна, и он не знал, как от нее избавиться.
Уже полчаса она находилась в его квартире, посетив больного по праву страхделегата, – травма Игната уже давно перестала быть секретом в отделе. Маргарита Ивановна хозяйничала решительно. Не слушая возражений больного, пошла на кухню, нажарила ею же принесенные котлеты, отварила картошку. Затем, едва ли не с ложечки, накормила Игната. После ужина заботливо уложила его на тахту, прикрыла больную ногу пледом. Сама присела в кресле у его изголовья. И такая доброта, такая кроткая преданность струились из ее глаз, что Игнат в очередной раз устыдился своих опасений. Не могло быть у этой зрелой женщины иных желаний, кроме материнского стремления приласкать его как сына. Но в следующее мгновение Игнат понял, что его интуиция мудрее ума. Не зря он сторонился Маргариты Ивановны.
Она положила свою ладонь на его лоб, отвела назад волосы, склонила над ним лицо. Игнат увидел предательские морщинки вокруг ее глаз, пористую бесцветную кожу, потерявшие упругость губы. Он зажмурился, смиряясь с поражением. С минуты на минуту должна прийти Ирина, но, если она задержится, ему не устоять. Игнат не мог оттолкнуть Маргариту Ивановну – он испытывал к ней острую жалость. В последний момент, когда брюки Игната уже оказались расстегнуты руками женщины, во входной двери повернулся ключ.
Увидев на вешалке женский плащ, сестра осторожно постучала в комнату.
– Игнат, ты не занят?
– Входи, Ира. Мы тут разговариваем. – Он уже успел привести в порядок свою одежду.
Сестра заглянула в комнату.
Маргарита Ивановна, уже благопристойно сидящая в ногах Игната, метнула на Ирину злой взгляд и засобиралась домой. Сказала, что через пару дней снова придет навестить больного. Дверь за гостьей захлопнулась.
– Это та навязчивая особа с работы, о которой ты рассказывал? – спросила Ирина.
– Да, архивариус, ведет учет бумагам.
– Не нравятся мне ее манеры. – Ирина подцепила вилкой оставшуюся на блюде котлету. – Будь бдителен, Игнатик. Дамы ее возраста иногда совершенно с ума сходят. Я имею в виду физиологию, а не психику.
– Ты права, сестричка. Отбиваюсь с трудом, – признался Игнат. – Но с этой проблемой я справлюсь. Меня другая женщина заботит.
– Догадываюсь. Анжелика допекла? Три месяца легкомысленной связи – и три года она из тебя веревки вьет. Опять за деньгами приходила?
– Я сам решил помогать ей Петушка воспитывать. Ребенок не виноват, что у него такая мама.
– Что ж, Рокфеллер, продолжай в том же духе. Но учти, если в твоей жизни появится новая подруга, она не поймет твоей сердобольности.
– Не появится.
Ирина дожевала котлету, включила электрочайник. Пока чайник закипал, присела на диван к Игнату. Тем же материнским жестом, что и Маргарита Ивановна, отвела со лба его волосы. Но в ее ласке не было эротики – только озабоченность делами брата.
– Так уж и не появится. А ну, признавайся во всем! Я же вижу, ты, как Гамлет, страдаешь!
Между братом и сестрой были такие доверительные отношения, какие не часто встретишь в наше время. Игнат благодарил судьбу и покойную маму, что они сделали ему такой подарок. И сейчас Игнат не стал таиться:
– Помнишь, Ира, я тебе как-то говорил, что у нас в отделе есть хроменькая сотрудница. Очень славная, чистая девушка.
– Что-то припоминаю, правда без подробностей. И ты опекаешь ее, как всех сирых и убогих?
– Не смейся надо мной, Ира. – Игнат повернулся на бок и уткнулся носом в юбку сестре, сразу почувствовав себя маленьким и беззащитным. – Мне кажется, что у меня проснулось настоящее чувство.
«И опять уснуло?» – снова хотела пошутить Ирина, но на этот раз удержалась. Она знала, как чувствителен ее брат, как легко обижается.
– И что же, дружок, с этим чувством происходит сейчас? Ему нет выхода?
Игнат, смущаясь и сбиваясь, рассказал сестре историю своих недолгих отношений с Санечкой. Не умолчал о несвоевременном появлении Анжелики и о том, как упала в его глазах сама Санечка. Ведь она пользовалась подсказкой компьютера через мобильный телефон, как советами Карнеги.
Ирина быстро осмыслила сказанное братом и вынесла свое заключение:
– Видишь, относительно Анжелики я была права. Отношения с ней тебя компрометируют. Ты не должен позволять использовать себя так беззастенчиво. Что же касается Санечки, то тут ты должен доверять своим чувствам. Ты говорил, что она порядочная девушка, – вероятно, это так и есть. Люди в одночасье не меняются.
– Ты думаешь, что Анжелика напрасно ее обвинила в использовании чудо-телефона? Тогда зачем Санечка выбросила свою трубку в окно?
– Это только подтверждает ее порядочность. Не надо осуждать людей за маленькие слабости. Сам посуди: девушка с физическим изъяном, в себе не уверена, одинока, по всей вероятности. Ясное дело – закомплексована донельзя. Ну, обратилась твоя Санечка к психологам, купила злополучный «советчик» – и ты приобрети такой же.
– Я? Мне-то зачем? Я не хочу, чтобы мною кто-то управлял. Я сам способен.
– Ну конечно способен, малыш. Сам с усам. А ты возьми и купи. Будут у вас с Санечкой одинаковые игрушки. И я бы не преувеличивала возможности этого устройства. Сейчас реклама всякого наобещает, а вникнешь – ничего особенного.
Сестра была на десять лет старше Игната и в десятки раз мудрее. Такой сестре не грех и подчиниться.
– Слушай, Ир. А ты не сходишь со мной в эту фирму, где телефонные советчики продают?
– Не узнаю тебя, братик! Совсем трусишкой стал. Неужели нога голове покоя не дает?
– Дело не в трусости. Там же Анжелика работает. А с ней мне лишний раз встречаться неохота.
– А я, напротив, с твоей красоткой с удовольствием побеседую. Хватит ей на тебе кататься. И подробности про эти электронные штучки мне тоже интересно будет узнать. На чем мои коллеги деньжата сбивают? Вот гипс тебе снимут, и сходим.
Игнат хоть и согласился на предложение сестры пойти к врачам-психотерапевтам, был рад, что пока этот поход откладывается.
7
Разговор с сестрой обнадежил Игната, дал новый ход его мыслям. Прежде всего ему надо выйти поскорее на работу, объясниться с Санечкой. После разговора с сестрой он уже не сердился на девушку за ее невинный обман. Ну, пользовалась какой-то электронной игрушкой. Все женщины, скажем, к помаде прибегают. По сути – это то же самое: желание выглядеть лучше. Кто-то красит губы, а кто-то мыслям глубины добавляет. У Санечки к тому же есть смягчающее обстоятельство: ее комплексы.
