– Вместо искренних чувств – оплаченные советы психологов. Ты пыталась, Саня, опутать меня с помощью профессионалов? Как ты могла?!
– Хватит, Игнат, меня укорять! Если бы ты понимал меня, не стал бы подозревать в неискренности.
– Ха! Теперь ты пытаешься все свалить с больной головы на здоровую! – Игнат вскочил со скамьи и тотчас запрыгнул в подъехавший к остановке автобус. Куда он едет, было ему безразлично.
«Что я наделала?! Что наделала! Почему не попросила у Игната прощения? Не извинилась за эту штуковину. Он бы понял. Меня столько раз обманывали, смеялись надо мной. Вот я и решила подстраховаться». Было непонятно, к кому обращалась Санечка. То ли к себе, то ли к уехавшему Игнату, то ли опять к мобильному телефону, равнодушно мигающему зеленоватым глазком.
8
Игнат уже подзабыл об обещании, данном сестре: приобрести чудодейственный мобильник. А после окончательной ссоры с Санечкой у него вообще прошло такое желание. Все девушки обманщицы – что Анжелика, что Саня.
Однако сестра Ирина помнила о договоренности. И в одну из суббот повела брата в медико-психологическую консультацию.
Анжелика ничего хорошего от этой встречи не ожидала. Верно, братец нажаловался, что бывшая подружка наседает на него с деньгами, и Ирина пришла устраивать ей скандал. Анжелика считала, что Ирина рассорила Игната с ней, все время нашептывая ему напраслину. Однако в клинике «Психологическая помощь» Анжелика была на хорошем счету и терять свой авторитет не хотела. Она поспешно включила кнопку «SOS» на мобильнике и попросила совета, как ей вести себя. Ответный сигнал подсказал Анжелике, что скандала можно избежать. Надо лишь проявить побольше такта и вежливости.
– Здравствуйте, дорогая Ирина! Милый Игнат, рада тебя видеть! С чем пожаловали в нашу клинику?
– Мы хотим записаться на прием к психологу, программирующему режим мобильников.
– Замечательно. Сейчас посмотрим, кто у нас свободен. Так, Петров, Удалов, Дорожкин…
– Дорожкин? Случайно, не Леня? – обрадовалась Ирина.
– Да, Леонид Матвеевич.
– Представляешь! – обернулась к брату Ирина. – Мы с Леней вместе начинали работать на скорой помощи. Потом я перешла в поликлинику, а он, оказывается, устроился в эту структуру. Наверное, курсы переквалификации прошел. Сейчас это запросто делается. Анжелика, будь добра, запиши нас на прием к Дорожкину.
Анжелика, все еще настороженная, слегка успокоилась. Кажется, скандала можно будет избежать. Улыбаясь еще очаровательнее, она предупредила:
– К Дорожкину придется подождать полчасика. Он сейчас работает с клиенткой. Между прочим, – Анжелика не удержалась от торжествующего взгляда, – он работает с нашей общей знакомой, Санечкой.
В этот момент, опровергая слова регистраторши о времени ожидания, в коридор выскочила и сама Санечка. Глаза ее были заплаканы, лицо раскраснелось.
– Нет! Неправда! Не может быть, что это я сама. Вы нарочно так говорите, раз я решила сняться с учета.
– Потому и говорю, милая девушка, чтобы был завершенный гештальт, – вещал на ходу вышедший следом Леонид Матвеевич.
Тут же он заметил в коридоре новых клиентов и замолчал. Но в следующий момент узнал прежнюю коллегу:
– Ирина! Привет! Сколько лет, сколько зим! Ты что тут делаешь?
– Привет, Леня! Вот пришла с братцем. Он тоже решил обзавестись чудодейственным советчиком. Весьма наслышаны.
– Не верь им, Игнат! – воскликнула Саня. – Эта помощь по мобильному – сплошное вранье. Они просто гипнотизируют, снимают зажимы с твоей психики, как замок отмыкают!
– Замок? – эхом отозвалась Анжелика. – Второй год здесь работаю, впервые слышу.
– Гипноз? – нахмурилась Ирина. – Это правда, Леня? У вас есть лицензия?
– Что мы тут стоим в коридоре! Ирина, приглашаю тебя, и Санечку, и твоего брата ко мне в ординаторскую. Чайку попьем. Санечка не совсем правильно поняла мои объяснения, не дослушала до конца. Пойдемте! А ты, Анжелика, будь добра, оставайся на посту. Ко мне пока никого не направляй.
Скоро все четверо – брат с сестрой и Санечка с доктором Дорожкиным – сидели в ординаторской за столом, накрытым белой операционной простыней. Но пили они не чай. Хозяин кабинета достал из стеклянного шкафа флакон с медицинским спиртом и разлил его по мензуркам.
– Я не пью, – испуганно призналась Санечка, отодвигая маленький стаканчик от себя.
– А я только пиво употребляю! – прояснил свою позицию Игнат.
– И тем не менее. – Доктор Дорожкин встал, держа в руке мензурку. – Я не вовлекаю вас в пьянку, я призываю принять участие в эксперименте. Сделайте хоть пару глотков. Кто не привык к чистому спирту, разбавьте водой.
Доктор перенес с подоконника графин с водой.
– Все-то ты, Леня, тайнами обставляешь, – усмехнулась Ирина и показала пример остальным: задержав дыхание, залпом опрокинула в себя огненную жидкость. Потом взяла корочку хлеба и уткнулась в нее.
– Вот это по-нашему! – похвалил коллегу Дорожкин. – Но вы, ребята, тоже не отлынивайте, сделайте хотя бы по глоточку.
Санечка сделала глоточек и поперхнулась. Она закашлялась, схватилась за воду, потом за хлеб. Игнат справился с заданием более ловко и опустошил мензурку полностью. Санечке пришлось повторить попытку.
Другой закуски, кроме хлеба, на столе не было, и все смущенно пощипывали свои кусочки, отправляя крошки в рот.
– Ну как, потеплело? – спросил через минуту-другую доктор.
Санечка глуповато улыбнулась, а Игнат откинулся на спинку стула и без стеснения произнес:
– Неплохо бы добавить.
– Ты у меня смотри, пьянчужка! – погрозила ему пальцем сестра. – А в самом деле, Леня, может, есть что в загашнике?
– Нет, – засмеялся Леонид Матвеевич. Он казался самым трезвым из компании. – Если бы и было, не налил. Наши корочки-подкорочки – вещь тонкая, сильного вторжения не любят!
– Корочки? – Охмелевшая Саня с недоумением уставилась на свой общипанный до корки хлеб.
– Я имею в виду кору и подкорку головного мозга, – улыбнулся доктор. – Я ведь для чего угостил вас? Чтобы вы лучше поняли суть применяемой в клинике методики. Когда мы принимаем спиртное, мы ослабляем процессы торможения в нашем мозгу. Открываем дорогу нашему подсознанию, интуиции.
– Вы сказали, что желание интимных ласк шло от меня самой, а не от электронного подсказчика. Выходит, я такая испорченная?
– При чем тут испорченность? Это же естественно для женщины и для мужчины тоже – тянуться к противоположному полу. Другое дело, что мы разумом часто перекрываем этот природный импульс. А наше устройство чуть-чуть притупляет расчеты, дает выход искренним чувствам.
– Подождите! – встрял Игнат. – Я не совсем понимаю. Вы все перевернули с ног на голову. Значит, тот, кто пользуется вашим устройством, максимально искренен? Дает волю своим животным инстинктам?
