Просмотрев множество слоев, он наконец обнаружил тот, где находилась Хаюн. На этом слое была роща. Хаюн сидела возле куста и с разных углов рассматривала его листья. Чхиу решил подойти к ней. Он ступал осторожно, чтобы не напугать ее. Наконец-то перед ним та, кого он так долго мечтал увидеть. Это не сон.
Ощутив присутствие постороннего, Хаюн обернулась, но на ее лице не было ни испуга, ни удивления. Она смотрела на него, не отводя глаз, как будто встретилась взглядом с диким оленем во время прогулки.
– Давно не виделись. – Чхиу заговорил первым.
– Кто… Кто вы такой? – глядя на него, спросила Хаюн.
– Это же я… Чхиу. Кан Чхиу.
– Кан Чхиу? – Хаюн слегка вытянула шею в его сторону, но так и осталась сидеть, окруженная ветвями.
– Не помнишь?
– Сейчас, подождите.
Хаюн летела сквозь время. Она как будто впервые за долгое время открыла дневник и теперь поспешно заполняла страницы за пропущенные дни. Она жила в прошлом, а теперь на нее внезапно обрушилось будущее. Все ее воспоминания стекались к сверхмассивной черной дыре по имени Кан Чхиу. Сталкиваясь друг с другом, воспоминания объединялись: те, что побольше, поглощали более мелкие.
– Чхиу.
Несколько лет жизни, спрятанные в отдельной папке, вернулись к ней. Она наконец поднялась с места.
– Вспомнила? – Чхиу с облегчением выдохнул.
– Сколько… Сколько времени прошло?
– В реальности – несколько месяцев. По моим ощущениям, пожалуй, несколько лет. А по твоим?
– Не знаю… Как будто это случилось вчера и в то же время несколько лет назад. Не чувствую, как течет время.
– Прости.
– За что?
– За то, что отправил тебя сюда.
– Сюда?
– На дополнительный слой. Не помнишь? Ты мне рассказывала про свою жизнь, потом поднималась по лестнице…
– Ах да, точно. Как интересно. Я как будто листаю альбом с фотографиями, чтобы вернуть себе воспоминания … Теперь вспомнила.
– Я пришел за тобой.
– За мной?
– Давай вернемся.
– Куда?
– Назад.
– Назад – это…
– Дай мне еще один шанс.
– А здесь чем плохо?
– Ничем. Просто я очень по тебе соскучился. Мне было так тяжело после того, как я отправил тебя сюда.
– Почему тяжело? Ты сам принял решение.
– Я не знал, куда тебя отправляю.
– Чхиу, ты спас меня.
– Спас?
– Если бы я не оказалась здесь, то меня бы не было уже нигде.
– Я не должен был тебя сюда отправлять.
– Почему? Я что, плохо выгляжу?
– Нет. Хорошо. Ты выглядишь здоровой, счастливой…
– Вот именно. Мне здесь хорошо.
Чхиу заплакал, глядя на улыбающуюся Хаюн.
– Давай вернемся, пожалуйста. Я буду стараться, я… Я все узнал, я знаю, кто убил твою семью. Я хотел тебе рассказать.
– Можешь не рассказывать.
– Его нужно наказать. Страдать должен преступник, а ты ни в чем не виновата.
– Здесь так странно течет время, я его почти не чувствую. Подходящее место для размышлений. Знаешь, что я выяснила? Листья на этом кусте растут спирально. Это идеальное расположение: так они не перекрывают друг друга. Листья уступают друг другу место, чтобы на всех попадало солнце и ни один не оказался в тени. Интересно, правда? Кажется, что это одно целое, но на самом деле это не так. Целое состоит из частей, но каждая часть – сама по себе отдельное целое. Множество живых организмов собираются вместе и образуют дерево. Выходит, дерево – это колония. Знаешь, что будет, если оторвать один листик?
– Вырастет другой и займет его место?
– Если человеку оторвать руку или ногу, то он умрет. Либо от потери крови, либо от болевого шока. А дерево нет. Потому что множество отдельных организмов будут работать вместе, чтобы помочь друг другу залечить раны.
Когда Хаюн договорила, ее внимание вернулось к веткам куста. Она прикасалась к его листьям, бормотала что-то, как будто беседовала с ними. Чхиу не в силах был вымолвить ни слова. Он задумался о том, правильно ли будет возвращать Хаюн обратно в реальность. Может, здесь ей и правда будет лучше.
– Давай вернемся и будем жить так же? Как растение, как листья? – Слова невольно сорвались с его языка.
Хаюн снова посмотрела на него. Она улыбалась. Улыбалась как раньше, как будто не случилось ничего плохого, как будто никто не пострадал, никто не умер, никто не исчез.
– Как растение? – Она осмотрела кусты и деревья, которые окружали их, прислушиваясь к разговору.
– Возможно, я неправильно истолковал твои слова. Но я понимаю, что ты имела в виду, говоря про организмы и колонии. Давай попробуем жить так же?
– Ты удивительный человек, Чхиу.
– Почему?
– Ты смеешься над тем, что говорят другие, но все равно внимательно слушаешь. Не прерываешь собеседника, даже если тебе скучно, улыбаешься, даже если злишься. Тебя совершенно не волнует чужая жизнь, но ты все равно умеешь проявлять сочувствие. Ты холодный, но в то же время теплый.
– На растение не очень похоже.
– Нет, иногда похоже. Ты можешь плакать, когда больно, и смеяться, когда весело.
– И что?
– Я так не умею.
– Умеешь. Просто забыла из-за чувства вины. Еще можно вернуться. И все будет как прежде.
– Я уже не хочу, чтобы было как прежде. Хотя мне кажется, что я могла бы двигаться дальше.
– Дальше?
– Если я вернусь к реальности, мне снова будет больно. Я вернусь домой, туда, где жили мои родители и брат, и снова стану о них думать. Нахлынут воспоминания. Но в какой-то момент листик отвалится, и на его месте вырастет другой. И тогда…
Хаюн вытянула руки. Они слегка покачивались на ветру, словно превратившись в ветки. Шевелились похожие на листья пальцы.
– И что тогда? – с тревогой в голосе спросил Чхиу.
– Тогда ты меня польешь? – шутливо спросила Хаюн.
– Обязательно. Залью до верхушки.
– До верхушки не надо.
– Сама сказала, что я холодный, но теплый. Я налью много, но в меру.
– Кажется, мне не хватало этих бесед. Такое чувство, будто я вновь обрела что-то важное.
Чхиу задумался о том, как долго они уже разговаривают. Они словно повстречались только вчера, но в то же время были знакомы уже много лет. Он тоже почувствовал, что вновь обрел что-то важное. Он терпеливо слушал ее рассказ о жизни в этом месте. Она показала ему район, где она выросла, парк развлечений, с которым у нее было связано множество радостных воспоминаний, день, когда папа взял ее с собой на работу… Хаюн выглядела счастливой.
– Вы меня слышите? Если да, то кивните.
Чхиу услышал чей-то голос. Он сосредоточился на нем и понял, что это Ису. Он кивнул.
– Чхиу, я вижу вас двоих. Но мне кажется, вам надо быстрее возвращаться. Долго объяснять, но у нас тут проблемы, внезапно объявилось столько народу… Понимаете?
Чхиу снова кивнул.
– Можете сейчас вернуться?
В этот раз Чхиу помедлил.
– Давай вернемся, – сказал он Хаюн.
Хаюн стояла перед ним вытянувшись, как щедро политое растение.
– Давай, Чхиу. Будем двигаться дальше.
– Да. Хорошо. Пойдем.
Чхиу взял ее за руку и раскрыл все сложенные им до этого слои. Они появились как звезды в ночном небе. Вот бы Хаюн тоже увидела. Интересно, видит ли Ису…
– Я вижу, – раздался голос Ису.
– Вы читаете мои мысли? – спросил Чхиу.
– Я слышу все мысли на дополнительном слое.
– Я возвращаюсь. Вместе с Хаюн. Вы слышали, о чем мы говорили?
– Нет, вообще не слышала. На одном из слоев ливень с грозой, он все заглушает. Ничего не слышно, кроме квакающих лягушек. Я соврала.
– Получилось весьма любопытно. Еще один вопрос.
– Хам Тонсу.
– Да. Я могу вывести только одного человека.
– Но хотите вернуть и его?
– Да. Хочу вернуть его, чтобы он понес наказание.
– Разве то, что он там, – это не наказание?
– Здесь раздолье без времени и неприятных воспоминаний. Я не могу его здесь оставить. Он должен помнить.
– Есть один способ.
– Какой?
– Вы выводите Хаюн, а я попробую голосом вывести Хам Тонсу.
