Залив отливал голубым цветом, мост был очень красив, а стоящий поодаль город почти не издавал никаких звуков. Вокруг Джерри виднелось несколько строений, в небе стрекотали несколько вертолетов разведки, но они по большей части возвращались на свою базу в Голливуде, который не являлся оперативным центром операции по воссозданию Великой Америки.
Когда Джерри дошел до моста, к нему присоединился какой-то старик.
— Ты не против, сынок, если я некоторое время буду идти вместе с тобой? — спросил он. На старике была весьма потрепанная мягкая фетровая шляпа и грязная одежда, а своими потрескавшимися старческими губами он держал дешевую сигару с обрезанными концами.
— Направляешься к своей возлюбленной? — задал второй вопрос старик.
— Ну, что-то вроде этого, — ответил Джерри.
Мост качался. Джерри посмотрел вниз и увидел, как корабли покидают залив. В большинстве своем это были крейсеры, приписанные к разрушенному порту.
— Я сам из Канзаса, — продолжал старик, — ехал, чтобы поступить на военную службу, но мой автомобиль сломался. Я подумал, что, может быть, мне удастся наняться на какую-нибудь плантацию сборщиком урожая.
Джерри остановился и пристально посмотрел сквозь перекрытия моста. Он узнал «Медведя Тедди». Яхта шла на полных парах и была заполнена пациентами преобразования; Джерри увидел, что некоторые выглядывают из переднего трюма — как раз перед тем, как люки были задраены.
Бисли, похоже, в спешке и нетерпении вез яхту по суше. Теперь они спешили в открытый океан.
— В здешних местах есть много плантаций, на которых требуются сборщики фруктов, — сказал старик, — так мне говорили.
Джерри вздохнул.
— Ну ладно, бывай, — сказал он старику и прыгнул, пролетел мимо стоек моста, выровнял траекторию полета, нырнул, пронзив соленую воду буквально в метре от яхты, погрузился в глубину, перевернулся, пытаясь поскорее выбраться на поверхность, увидел прямо над своей головой киль яхты, бурлящую воду вокруг гребного винта и схватил конец каната, который волочился в пенной воде, после чего подтянулся к боковой поверхности корпуса яхты.
Когда Джерри поднялся на борт яхты, он держал свой вибропистолет наизготовку, а пастор Бисли и Митци, казалось, были просто ошеломлены появлением Джерри.
— Это было всего лишь предупреждением, — Джерри изобразил извиняющуюся улыбку. — Черт побери, мне все это время приходилось нырять и плавать.
Он махнул вибропистолетом в сторону поручней, через которые только что взобрался на судно:
— Теперь ваша очередь разочек окунуться.
— Побойтесь бога, мистер Корнелиус! Это же пиратство!
— Однако, пастор, у меня несколько иная точка зрения на сей счет. В любом случае — команда моя.
— Как сказать, сэр!
— Джерри, — глаза Митци были полны обожания, — позволь мне пойти с тобой. Я буду…
— Мне тоже хотелось бы этого, Митци, но я не должен поддаваться чьему-либо влиянию в данный момент. Ты уже использовала в своих интересах очень много моего времени, разве не так? Ты знаешь, о чем я говорю.
Митци дернулась в сторону, задрала белую, туго облегающую кремовые бедра сорочку, перекинула ноги через блестящие бронзовые поручни. И исчезла в волнах.
— Теперь ваша очередь, пастор.
— Позвольте хотя бы взять шлюпку…
— Давайте, прыгайте, и побыстрее.
Пастор неохотно приблизился к краю палубы и посмотрел на сверкающую воду:
— Тогда я попросил бы у тебя что-нибудь, чтобы удержаться на плаву…
— Не заставляйте меня испытывать чувство вины.
— …Я уже почти не надеюсь, что вы позволите мне взять с собой…
— Пастор!
— … немножечко еды, хотя бы палочку «Баунти», можно?
— Нет, и не думайте даже о кофейном креме.
— Мне не нравятся кофейные кремы, — ответил пастор.
Громко сопя, как большой белый кит, который выбрался на поверхность моря подышать воздухом, пастор Бисли влез на поручни. Кое-где конструкция треснула и прогнулась.
Джерри быстро подошел и толкнул пастора, помогая ему избавиться от нерешительности. Вскрикнув, пастор взмахнул своими жирными руками и плюхнулся в воду. Он лежал на поверхности воды, подпрыгивая и проваливаясь, как поплавок, на ряби, возникающей в кильватерном следе за яхтой, его руки и ноги лениво загребали, его яркий рот то открывался, то закрывался, а его вытаращенные глазки сверлили Джерри с болезненной яростью.
Появилась Митци, стряхивая с волос воду, и начала буксировать пастора к берегу.
— Бывайте здоровы, пастор. Жизнь ведь — это как игра в домино, когда кости кладут во все стороны.
Пастор издал жалобный крик дикого гуся.
Джерри поднялся по трапу на капитанский мостик и проверил состояние морских карт и навигационного оборудования, после чего проложил известный ему курс.
В течение ближайших тридцати минут яхта подготовилась, развернулась и взяла курс на Суматру, где организация имела аварийный Центр преобразования, и Америка, стремящаяся к величию, вскоре исчезла за горизонтом.
3. Вторая операция
Предстоящие события
Сон
Четыре года назад мне приснилось, что я стою в комнате позади и немного слева от юноши, которого я не знаю. Он был моложе меня. Слева от него, но впереди нас обоих, стоял мой брат, а за ним находился старик, которого я не узнала. Справа от нас две большие, кремового цвета двери закрывались. Я подумала, что мой брат и другой человек так или иначе оценивают юношу, который, как я чувствовала, был либо моим мужем или моим женихом. Поэтому я без каких-либо колебаний встретилась с этим юношей. Этот сон постоянно беспокоит меня, ибо тщетны мои попытки понять его значение. Никогда раньше не приходилось мне так ясно видеть во сне что-либо из далекого будущего.
Значение
Мы можем принять то, что написано выше, как хороший пример того, что называется «вещим сном». Примеры снов, которые опережают время, возникают довольно часто, некоторые из них попадают и на эти страницы. Что же касается того, что брат и старик на самом деле делают, зависит всецело от вариантов толкования. Известно, что самыми ранними объектами девичьего физического влечения являются ее отец и ее брат. Любая более поздняя привязанность к мужчине является результатом этого раннего, хотя и неосознанного проявления полового влечения. Вопрос, который задает читательница по поводу ее сна, состоит в том, насколько последний предмет обожания соответствует более раннему идеалу детства. Окончательный результат всецело зависит от сущности самого спящего. Старик — это символ отца; закрывающиеся двери характеризуют бег времени.
