бы воссесть на престоле Оукенглена. Если бы город раз и навсегда оказался под контролем Старлингов, это стало бы главным призом. Представь, Зандер, – Генерал-магистр мечтательно вздохнул. – В конечном итоге мы будем владеть всем. Салдия будет принадлежать нам и только нам.
– Старлинг уже восседал на престоле, – подчеркнул Зандер. – Селин…
– Селин не в счет, – перебил отец. – Она Старлинг лишь на четверть, и я так и не нашел способа контролировать эту женщину. Она слишком своевольна. Куинн же будет делать, как ей сказано.
Последняя вспышка ярости в груди Куинн погасла, и она сползла по каменной стене. Тело девушки сдалось перед оглушительным потрясением от всего того, что она сегодня услышала. Ощущения были такими, словно ей вскрыли грудную клетку и оставили истекать кровью на полу.
Голову переполняли слова отца. Предательские слова.
Зандер издал утробный звук.
– Королева Куинн[1]. Вы понимаете, как это звучит? Нелепо вообще ставить эти два слова рядом.
– Имя изменим. Перед коронацией это обычное дело.
Она поморщилась при одной только мысли об этом. Даже ее имя больше ей не принадлежало.
– Трон должен занять я, отец, – настаивал Зандер. – Не она.
– Поумерь аппетит, – предостерег Генерал-магистр. – Один человек не может занимать два престола. Один трон – да, но два? Эгоизм доведет тебя до погибели, и ты потеряешь оба.
– Но Куинн слишком импульсивна, – парировал брат. – Позвольте мне занять ее место в Оукенглене. Благодаря знаниям, которые я почерпнул от вас, я был бы хорошим королем.
– Ты был бы великолепным королем, сынок, но станешь куда лучшим Генерал-магистром Световидцев.
– Благодарю, отец, – в голосе брата чувствовалась едва сдерживаемая улыбка.
– Этот замок. Династия, которую я построил для тебя, – отец умолк, и она могла лишь предположить, что он обвел рукой комнату. – Это твоя судьба, Зандер. Даже если ты не воссядешь на престоле Оукенглена, ты будешь контролировать столицу издалека. Управлять ей через нового мужа сестры. Мы выберем человека, который нас боится. Став королевой Оукенглена, Куинн обретет предназначение, которое всегда искала, и этого будет достаточно, чтобы она хорошо себя вела. Это самый умный ход.
– Да, сэр, – нехотя уступил брат.
– Хорошо. Я выясню детали по поводу восстания в Оукенглене. Пока же готовься к отъезду. К твоему возвращению я соберу больше деталей для обсуждения. Ты свободен.
Стул заскрипел о пол, и раздались почти неслышные шаги по направлению к выходу. Заскрипели петли, и несколько мгновений спустя хлопнула дверь. Из-за закрытой двери раздалось приглушенное бормотание. И вот так просто они ушли.
Где-то в глубине затуманенного мозга Куинн почувствовала необходимость подняться. Встать.
Чтобы не быть обнаруженной, когда она будет покидать тайный ход, нужно торопиться. Девушка попыталась встать на ноги, но тело отказывалось слушаться.
Каждой частичкой своего существа ей хотелось обвинить в этом предательстве Зандера. Быть может, он каким-то образом совратил отца с пути. Быть может, это была лишь финальная попытка саботажа с его стороны, и он скормил отцу полуправду или очевидную ложь, чтобы тот согласился с его планом.
Должно было быть какое-то объяснение, от которого ее мир не рушился бы.
Куинн сидела, задыхаясь от шока, и вдруг руку больно кольнуло. Она поморщилась и, раскрыв ладонь, обнаружила, что на клинке кинжала все еще собиралась кровь.
Волна обжигающей боли прояснила мысли.
В груди снова вспыхнуло пламя ярости. Сморщившись в гримасе совершеннейшего отвращения, Старлинг хмуро вглядывалась в пустоту темноты тайного тоннеля.
Она сильнее сжала клинок в руке, на этот раз намеренно. Волны мучительной боли пронзили руку до самого плеча, но девушка лишь крепче сжимала ладонь в кулак. На пол закапало еще больше крови.
Боль возвращала Куинн к жизни. Пробуждала ее.
От ее в сто крат увеличенной с помощью магии силы сталь в руке задребезжала. Рука затряслась, когда Световидица сжала кинжал еще крепче. Запястье скручивали ленты боли, но ей было все равно.
Она не останавливалась.
Клинок в ее ладони сломался. Отломанная рукоять упала, и Куинн схватила ее в воздухе свободной рукой. Осколки клинка едва слышно стеклышками посыпались на пол.
Даже в самых патовых ситуациях хороший Световидец не производил ни звука. А Куинн всегда стремилась к тому, чтобы стать лучшей. Гнев ее, однако, разгорался все ярче.
Сегодня отец и брат были убийственно откровенны. Учитывая ее предполагаемое отсутствие в замке, они, вероятно, решили, что могут общаться свободно.
В конечном итоге это было неважно. Она вскрыла правду. Ее дальнейшие действия красноречивее слов расскажут о том, кто она на самом деле. Куинн зажмурилась, и по ее щеке скатилась одна-единственная слеза ярости.
Пришло время посмотреть в лицо фактам.
Факт. Отец никогда не верил в то, что она справится с заданием по поимке так называемого цареубийцы. Он отправил ее за Призрачным клинком неподготовленной с намерением сломить ее. Теперь больше, чем когда-либо, Куинн сомневалась, что тот человек действительно убил короля Генри. Незнакомец из леса наверняка был не более чем полезным инструментом в плане Теагана разрушить ее решимость.
Факт. Для отца цель оправдывала средства. Он готов был сделать что угодно, лишь бы она повесила свой огненный меч Аврору рядом с Честью Гвендолин и Божественностью Виктории. Он хотел, чтобы она раз и навсегда ушла на покой. Задание, которое, как она думала, принесет ей восхищение и уважение, было не чем иным, как планом, который должен был заставить ее потратить время впустую и убить в ней огонь.
На бедро закапало что-то теплое. Распахнув глаза, Куинн увидела, что по ладони течет кровь. Девушка широко развела пальцы, и тело пронзила новая боль. На кончиках пальцев от онемения затанцевали иголки, а по руке прокатывались жгучие волны боли. Это возвращало ее в реальность. Зрение прояснилось, когда Световидица уставилась на темную корочку, возникавшую по краям глубокого пореза.
Факт. Куинн Старлинг не сдавалась. Взмах меча в пылу битвы был для нее глотком жизни. Страх оказаться на волоске от смерти заставлял ее чувствовать свое единство с окружающим миром.
Никто не заберет это у нее, даже легендарный Генерал-магистр Световидцев.
Отец. Отмунд. Оба – предатели.
Она поморщилась от неистового отвращения. Помимо Блейза, Куинн доверяла лишь четверым. Сегодня двое из них предали ее.
Возможно, даже Гвендолин и мама не заслуживали ее доверия.
Куинн больше не знала, чему верить, но одно знала наверняка: на кону стояло даже больше, чем она думала. Девушка прищурилась, и пожар в ее груди вспыхнул новой волной ярости.
Приняв твердое решение и став еще целеустремленнее чем раньше, она заставила себя подняться на ноги, бросив остатки сломанного клинка на полу. Теперь она собиралась разгадать тайну так называемого цареубийцы в лесу – Призрачного клинка – уже
