class="p1">Где-то в план Отмунда должна была быть вплетена нить лжи, которую он пока не заметил. Чем дольше Старлинг работал с лордом Моссвейла, тем больше убеждался в том, что маска слабого человека, способного стать полезным инструментом в чужих руках, была лишь притворством. Когда-то он считал Отмунда пешкой, но теперь подозревал, что он игрок.
План казался простым: ненадолго надеть на себя мантию Призрачного клинка, чтобы предать призрака правосудию. Даже если Зандеру придется принести в жертву свою гордость, чтобы стать вместилищем столь чудовищного преступления против природы, эта штука, по крайней мере, в конечном итоге умрет.
Но все зависело от того, действительно ли у Отмунда был способ извлечь призрака, не убивая Зандера.
«Никогда не доверяй другому человеку свою жизнь», – часто предостерегал его отец.
Этому совету он следовал всегда.
Если в конечном итоге придется нести на себе бремя призрака до конца своих дней, так тому и быть. Его ум был острее ума Генри, и он сможет выдержать любые искушения, которыми будет соблазнять его дух.
В конце концов, у Зандера и так было уже почти все, чего он желал. У призрака было не так много способов соблазнить его.
По рядам уже прошли слухи о его предстоящей миссии на север, и весь замок ожидал его отбытия в Хэйзелтайд. Это было идеальное прикрытие, чтобы отправиться в Пустыню, ведь никто не ожидал, что он сменит курс. Наконец он получит шанс сделать то, чего хотел на самом деле: уничтожить призрака, прежде чем тот уничтожит Люнстоун.
Когда призрака в последний раз обнаружил новый человек, погибли сотни тысяч людей. Генри завоевал Салдию, прокатившись по ней черной волной дыма и резни.
Теаган склонился перед Призрачным клинком, утверждая, что выбрал играть в эту долгую игру ради спасения будущего Люнстоуна. Но Зандер не склонится перед новым завоевателем.
Он всегда боготворил отца, однако чем больше размышлял о совершенных им ошибках, тем больше задавался вопросом, не размяк ли Теаган. Он позволил тлеющей душе разгуливать на свободе, чтобы преподать урок дочке, а ведь будущее Люнстоуна зависело от веры общественности в то, что души уничтожены. Он подчинился полководцу и запятнал имя Световидца, исполнив требования Генри. Он более десятилетия не собирал поход против тлеющей души, а единственная Наместница, которая ослушалась приказа и ушла в самоволку, так и не вернулась с болот Незервейла.
Несмотря на то, что тлеющие души все еще существовали, Теаган явно отказался от попыток уничтожить их.
Он отказался от своего долга.
Однажды Люнстоун перейдет к Зандеру. Возможно, пришло время показать отцу, каким именно Генерал-магистром он станет.
Мужчина расправил плечи и, взвешивая риски этого плана, вышел из обветшалого зала заседаний, в котором обычно встречался с новобранцами. Его шаги застучали по половицам легко и почти неслышно, благодаря обновленному усилителю чар Мародера.
Самым рисковым, разумеется, было столкнуться лицом к лицу с призраком.
До сих пор покушения на Зандера совершали двенадцать раз. Каждый раз некроманты дожидались момента, когда он отправится в отдаленную местность в одиночку. И лишь тогда нападали. У них, разумеется, ничего не получалось, а Зандер добывал полезные подробности о Незервейле, когда пытал их. Пришлось пережить несколько покушений, прежде чем он наконец заметил закономерность, но с тех пор Старлинг всегда отправлялся в отдаленные места подготовленным.
На этот раз установить ловушку предстояло ему.
Он отправится в Пустыню один, чтобы дать Призрачному клинку стимул последовать за ним, но не станет недооценивать способности призрака. Он возьмет с собой достаточно зачарованного оружия, чтобы суметь победить целую армию.
Зандер подстережет Призрачного клинка прямо у Дверей Смерти. Он никогда не отличался терпением. Необходимо было убедиться, что его добыча узнает о его планах достаточно быстро и придет за ним.
Более активные слухи в замке помогут добиться этого.
Разумеется, если распустить слухи о его планах, в Пустыню могли отправиться и другие, но выживут лишь те, кто знает местоположение Слэйборна. Хотя отец в конечном итоге и узнает о его непослушании, он все простит, как только его сын завладеет призраком.
Зандер разочарованно нахмурился, когда в голову пришла мысль: Куинн тоже узнает о его планах. Если она вмешается, придется поставить ее на место вместе с Призрачным клинком.
Когда план был составлен, он потер свежевыбритый подбородок и улыбнулся.
Он станет тем, кто наконец освободит мир от тлеющих душ. Он войдет в историю как Великий Световидец, тот, кто победил последние отголоски Великого Некроманта. Тот, кто одолел тьму. Магистр света.
Он станет даже большей легендой, чем его отец.
Зандер посмотрел на воду, как никогда уверенный в том, что это сработает. Пришло время дать отцу и всему Люнстоуну ощутить сладость его будущего триумфа.
Глава 14. Куинн
Утреннее солнце ползло по небу. Куинн сидела на перилах балкона в южной башне Люнстоуна и смотрела на озеро. Ноги ее болтались высоко над волнами, разбивавшимися о стены замка. Деревянные доски пустого пирса стонали, когда накатывало озеро, белая пена заливала мостки, которые закипят жизнью всего через несколько часов, когда прибудут торговые корабли.
Порыв ветра растрепал волосы девушки, рыжие кудри закрывали половину обзора. Поток воздуха толкнул ее в спину, как дитя, пытаясь спихнуть с перил, но она напрягла пресс и осталась опасно сидеть на месте.
На западном берегу, где находилось производство, на возвышавшихся вдоль берега столбах, горели огромные факелы. Днем и ночью, в дождь и в зной огонь горел. Это пламя не погаснет, пока завод производит Огнедышащие камни из зачарованной руды для всего света.
Сильный ветер разогнал все облака, не оставив и намека на них. В результате Куинн ясно видела все, что находилось на том берегу озера. Обычно она лишь представляла себе Оукенглен вдали, но сегодня город маячил на горизонте, словно мираж.
Встреча с отцом так и не случилась. За столько лет она ни разу не пропустила совещания с ним. Но сегодня не могла заставить себя посмотреть ему в глаза.
Пока не могла.
Вопросы бурлили в ней пенящимся потоком. В глубине души все еще горел горький огонь ярости и негодования. Куинн и не подозревала, что вообще может испытывать столь сильные чувства.
Она снова и снова прокручивала в голове этот разговор, чтобы свыкнуться с тем, что услышала, но это лишь разжигало ее гнев.
Такая ненависть только станет отвлекать. Невнимательность приводила к ошибкам. Но как бы девушка ни старалась, ничто не могло приглушить ее ярость. Нельзя было терять время, сидя на балконе, затерявшись в мыслях, но впервые за долгие годы Куинн просто не знала,
