вы не отдадите доспехи и оружие? — задал я вопрос, подняв руки, будто защищаясь от него. — Так может сговоримся по правильной цене?
— Всё это имущество города, варвар, — хмуро произнёс мужчина. — Я не собираюсь ни отдавать, ни продавать его всякому отребью. Именем лейтенанта Городской Стражи — Хоута Ваха — отойди, Люцион Гранд, пока я не выпотрошил тебя, как свинью, коей вы все и являетесь.
Хоут Вах, Лейтенант Городской стражи
— Как грубо, — оценил Борд Бейрестир. — Видишь, сестрёнка. Так и должен общаться мужчина! Без всяких притворств.
— Ты сравниваешь нас всех со свиньями? — резко спросил я. — И Дом Гранд тоже?
— И Дом Гранд, и всех прибывших. Я понятия не имею, почему мы должны принимать вас, продавшихся в услужение бывшему Дому Гроссмастеров. Те же уроды, что и Фальтаны…
— Так ты ещё и Короля оскорбляешь, «Лейтенант Городской Стражи» Хоут Вах.
— Люцион…
— Спокойно, сир Ян, — призвал я рыцаря. Мужчина положил правую руку на меч. — Ни к чему вам встревать в бой с этим отребьем.
— Отребьем? — спросил Вах. — Бой? Ты хочешь сразиться со мной, мальчишка?
— Вы же за свободу всех, не так ли, Хоут Вах? — припомнил я основные лозунги их восстания. — Говорим что хотим, когда хотим и так далее… Однако — за слова — отвечать надо, Лейтенант Городской Стражи. Ты оскорбил мой Дом и мою Родину… Придётся мне тебя убить. А ведь я желал с вами мирно поговорить. Скажи ты просто нет и твоей смерти бы не было.
— Ты вызываешь меня на поединок, мальчик? — резко спросил Лейтенант. — Хорошо… Но не проси поединка до смерти. Ни к чему тебе дохнуть в таком возрасте.
— Отставить! — раздался громкий возглас, привлекая нас всех. Из резиденции как раз вышел Голден, Предводитель Восстания, в сопровождении Его Величества Эльмара, брата Эльмара — Мейдона и моего дяди. — Что здесь происходит, Хоут?
— Он вызвал меня на поединок, — мужчина указал на меня своей алебардой.
— После того, как сей господин нагрубил мне, Капитан Голден, — обратил я внимание. — Он поносил Дом Гранд, называя нас свиньями. А так же Дом Флауэрс, называя их «уродами-Гроссмастерами».
— Ты же Люцион, — посмотрел на меня Король. — Это о нём ты говорил, Стерион? Твой племянник. Говоришь ли ты правду, юноша?
— Да, клянусь честью Дома Гранд. Сир Борд, — перевёл я взгляд на Борда Бейрестира, — наши стражи и сир Ян, а так же — леди Криса — могут сие подтвердить. Меня не устраивает то, что он меня оскорбил, посему я требую сатисфакции в виде испытания поединком.
— И я с радостью тебе его устрою, мальчишка…
— Во дурак, — тихо произнёс сир Ян, прекрасно знающий все мои способности. Физически я сильнее и быстрее любого взрослого мужчины. Разве что в плане силы — точно пасую перед Мыцарем Блэкмоном. Впрочем — а Хоуту-то откуда знать? Но его длинный язык — неприятен.
— Кровопролитие недопустимо, — заметил Голден. — Если вы, Люцион, погибните — отношения меж нами сильно пострадают. А ведь мы договаривались, Ваше Величество, о совместных действиях против Гроссмастеров.
— Вы говорите правильные вещи, — донеслось от Короля, он перевёл взгляд на своего младшего брата. — Посему — быть может Мейдон, мой брат, согласится участвовать в этом бою? Он не проиграет вашему Лейтенанту. А ежели чудо произойдёт — я поклянусь, что не буду мстить.
— Но оскорбление в первую очередь было нанесено мне, Ваше Величество, — возразил я. — Поэтому и мне решать — как именно будет стребована сатисфакция и надлежит ли заместо меня участвовать чемпиону, или сам я справлюсь! И я говорю так! Здесь и сейчас, — я обнажил митриловый клинок и навёл его на голову мужчины.
— Это же… — поражённо произнёс лейтенант Хоут.
— Я против тебя…
— Купил меч из белой стали и считаешь себя лучше всех? — поудобнее перехватил алебарду Лейтенант. — Ха-ха… Жалкий мальчишка.
— Люцион, — позвал меня сир Ян. — Обязательно ли это?
— Да, — кивнул я. У меня в голове только что сложился паззл. — Бьёмся либо до смерти, либо до мига того, когда противник не способен продолжать сражение. В последнем случае — победивший имеет право затребовать у проигравшего исполнение условий, взамен на жизнь.
— Ха, интересно, — мужчина перехватил алебарду поудобнее. Выглядел он страшно. Если бы не опыт битв против многих врагов — я бы уже наверное дал стрекоча куда подальше. Впрочем — я видел врагов и пострашнее, так что… Это его ждёт поражение. Мужчина стал в стойку, нацелив алебарду в мою сторону, держа её самую опасную часть, лезвие, примерно на уровне моей шеи. Его подчинённые сформировали полукруг. Я же встал в стойку, нацелив меч в лицо противника, расположив рукоять чуть за головой и подняв руки. Он использует древковое оружие. Это и преимущество, и недостаток в одном лице. Преимущество состоит в том, что моя зона работы меньше, чем его. То есть мне надо больше рисковать, чтобы достать тело своим мечом. А недостаток его оружия в том, что если мы войдём в близкий контакт — его уже ничто не спасёт. И, как воин, он скорее всего это прекрасно представляет, так что будет пытаться держать меня на расстоянии. — Ты действительно хочешь подохнуть настолько бесславно, герцогский отпрыск?
— Как я уже говорил, — спокойно ответил я. Языки Фловеррума и Республики были довольно похожи. А правление Флауэрсов фактически стёрло любые различия в языках, оставив лишь намёк на местный говор одного языка… Притом это был странный синтез английского и русского языка. Пусть языки этого мира очень напоминали языки из моего мира, но больше всего меня удивлял «альдаральский язык», впрочем у нас это «фловеррумский», так что мы прекрасно друг друга понимали. Правда есть ещё «древний язык». По слухам он был создан на базе альвийского… Но он почти исчез в нашем мире и не используется. Хотя, вроде как, те, кто его знает — всё ещё существуют. — Ответь ты просто «нет» — я бы просто прошёл мимо, Лейтенант. Теперь же это дело чести. Никому не позволено поносить Грандов! Ты ответишь за все оскорбления, что позволил себе в отношение моего
