степени всхожести.
Правда надо признать картошка была в основном мелкая и средняя, но и ладно — главное что есть. В своих скитаниях, кстати, он так и не обнаружил где бы эту самую картошку, выращивали. Особо пронырливые и шустрые купцы говорили, что видели ее, где-то в Та-мир-но, но так ли это достоверно никто не мог сказать. В те земли мало кто ходил, да и не особо там любили иноземцев.
Сейчас за плитой стояла Линда, готовя очередную порцию жаренной картошки, за столом дети деловито доедали свои порции с тарелок. Никитин пододвинул себе стул и тоже присел за стол. Линда минуту спустя, наложила в его тарелку щедрую порцию картошки, Сергей благодарно кивнул и, посыпав приправами, принялся работать вилкой.
Дети с любопытством седили как их названный папа обходится с вилкой. Они тоже хотели попробовать, но Линда им категорически запретила этого делать, опасаясь, что дети выколют себе вилкой глаза.
Из-за ограды, сперва тихо, потом всё громче, вдруг раздались звонкие детские голоса. Молодёжь сразу встрепенулась, и быстро доев то что, было на тарелке, понеслись к своим сверстникам. Никитин ещё немного посидел за столом, потом пошел наверх в свой рабочий кабинет, Линда вскоре появилась в дверях его и, дождавшись его разрешающего кивка, тихо уселась в углу на кровати.
Землянин в этот день, после утреннего разговора с кером, решил просто отдохнуть и поработать в тишине, не выходя из рабочего кабинета. За эти годы, которые он провёл на этой планете, он так и не привык к тому, что выходных здесь не было по определению, за исключением некоторых религиозных праздников.
Линда тихо сидела неподалеку от него на кровати и, подперев голову руками, смотрела, как он покрывает, непонятными ей значками вощёную дощечку, стирает, задумывается, потом опять что-то пишет и чертит.
— Какой он все-таки странный. — думала она, наблюдая за ним — Как с ним сложно. Сложно и в то же время просто. Раньше всё было просто — я женщина, он мужчина, на мне дом, дети, очаг… Как ты странно вошёл в мою жизнь и сколько я тебя знаю остался таким таинственным, что это временами даже пугает меня. Раньше с Бетти — она сделала знак, отгоняющий духа умершего мужа — жили как все небогато, но привычно. А с ним… Вот Сажи говорит, что он за это время что он был в отлучке, успел побывать кером. Мыслимое ли дело простому человеку стать кером? Хотя нет, уж он то не простой человек — даже вина не пьёт, все вокруг дивятся, как это так, может быть врёт? Ан нет так и есть, в доме нигде не сыщешь бурдюка не то что с вином, нет даже с пивом! А может быть насчёт кера он прихвастнул как все мужики, а?
— Скажи дорогой, — промурлыкала она — а это правда, что ты недавно был кером?
— Правда. — он положил вощёную табличку на стол, и устало потёр глаза.
Светило уже зашло за угол дома и два небольших окошка, сразу стали давать заметно меньше света, делая процесс чтения не особо комфортным.
— А где ты был кером? — не отставала Линда.
— Прежний Владыка Скального Трона пожаловал мне эту должность. Хотя надо признаться, это была довольно маленькая провинция. Вот и свиток соответствующий имеется.
Никитин подошел к одному из плетёных сундуков стоящих в углу комнаты, вытащил из него небольшую покрытую лаком деревянную коробку и достал из неё светлый кожаный свиток.
— Вот смотри… — он протянул ей свиток.
Линда не владела грамотой, да и не считала, что женщине это нужно, всегда можно было пойти в храм к младшим жрицам, и они за небольшие деньги быстро писали или читали требуемый текст. Она мельком просмотрела текст, сделанный красной краской, и остановила свой взгляд на выжженной печати внизу.
Торговцы из тех мест часто, возили в Шестиградье свои товары, и эту печать она узнала. Три сросшиеся горы — символ Каменного Трона и круг с крестом в середине центральной горы. У Владыки Висс-Ано на печати было изображение солнечного диска с восьмью лучами-руками. В Линте на местной печати было изображение домика на холме, это же изображение присутствовало и на монетах, чеканенных здесь и в некоторых других городах Шестиградья.
— Значит, всё это правда — подумала она, разглядывая свиток, с невольным страхом и уважением поглядывая на него. — И как мне теперь с ним быть?
— Да ничего особо не изменится… — усмехнулся он, видимо поняв ход её мыслей, и беспечно махнул рукой. — Власть меня уже не испортит. Понадобится, стану и Владыкой, только вот зачем нужна эта власть. Власть — это не так просто, девочка. Гадюшник ещё тот!
— Девочка…Сколько же ему на самом деле лет? — уже в какой раз задала она себе мучающий все это время вопрос. — То, что он явно был значительно старше своего возраста, ей было ясно, но вот насколько?
С той поры, как он больше года назад покинул её, он сильно изменился. Волосы стали совсем светлыми, тело тоже стало заметно светлее особенно те части тела, которые оставались под одеждой.
Линда вздохнула, отразив в этом вздохе, женскую покорность судьбе. Из-за ограды донеслись, чьи-то сильно ослабленные расстоянием просящие голоса, им отвечал рассерженный голос Гиты. Потом был ужин, потом ещё кто-то ломился в калитку и ругался со служанкой, а потом была ночь, принадлежавшая, только им двоим.
А с утра вновь закрутилась карусель. Приходили купцы с образцами своего товара, отдельные наёмники и капитаны, предлагавшие свои услуги и наоборот предлагающие совместные проекты и прожекты. Ближе к вечеру прибежал, кто-то из молодых наёмников с приглашением посетить трактир.
Держатель трактира, где останавливались наёмники, традиционно считался в городе уважаемой фигурой и частенько он выступал судьёй в спорах между наёмниками. Так что его реальный статус был даже выше чем у обычных капитанов ловцов удачи.
Никитин пообещал, что на днях обязательно придёт. Вскоре, несмотря на то, что землянин вновь приказал никого не принимать, его всё-таки вынудили подойти к калитке, за которой нетерпеливо расхаживала молодая девица, — судя по множеству браслетов, бус и амулетов — жрица.
Увидев, Никитина она горделиво выпрямилась и закатила целую речь, что верховная жрица просит его посетить храм.
Сергей пообещал завтра нанести визит верховной жрице. Девица с важным видом выслушала его ответ и, благословив его рукой, направилась вниз по улице легко как козочка, прыгая через лужи.
Никитин, глядя ей вслед, задумчиво почесал голову, подумав, что надо расспросить Линду о здешних культах, памятуя, что с ними
