на церемонии и потом уходили за астрономические суммы…
Политик взглянул на Приму и отметил равнодушное выражение его лица. Пламенный спич во славу редчайшего вина Солнечной системы не затронул в его душе ни единой струнки. Тема явно не годилась для развития.
— Но вам, похоже, такое не интересно? Дайте угадаю, ваша ценность…
Конрад Криспен, известный Унии под именем Политик, вспомнил все те крохи информации, которые удалось собрать о Юлии Марсе-Рюрике за столь короткий промежуток времени. Стремительный взлёт в Академии, столкновение с испанским принцем, победы без поражений… теперь кажется ясным как день, что всё это было прикрытием, чтобы выйти на след Феликса. Но даже так, он медлил.
— Люди, полагаю? — спросил наконец Политик.
Их враг проявлял странную избирательность. Кого-то щадил, кого-то зачищал без тени сомнений, без колебаний. Напрашивался логичный вопрос — почему Конрад Криспен ещё жив? Почему Прима, находясь в такой близости, не использует Приказ? Неужели он знает? Нет, такого не может быть. Даже Уния не в курсе. Нет, тут должно быть что-то ещё.
Но на фразе про людей как основной ценности Политик уловил проблеск интереса.
И всё-таки ошибся.
— Любопытство, я полагаю, — отозвался Ведьмак.
— Величайшее достоинство и в тоже время источник множества проблем и пороков, — заметил Политик, откупоривая бутылку и наливая в бокал золотистое вино. — Не могли бы вы пояснить, господин Марс?
— Конрад Криспен, — заговорил Прима. — Начал карьеру посредника полвека тому назад во время скандального противостояния «Галаксиса» и «Ренуара». Являлся непосредственным участником и организатором всех крупных переговоров между кланами и концернами в последние три десятка лет…
Он бесстрастно ронял в тишину даты, названия, имена участников, результаты переговоров, отмечал ходы Политика, позволившие положить конец противостоянию и начать сотрудничество.
Политик, помня о психологической особенности людей, периодически кивал, подтверждая сказанное, дабы вызвать расположение собеседника. Мысленно же он хмурился, добавляя новые переменные к своим выводам. Да, кое-что можно было раскопать в открытой сети. Но для некоторых фактов надо было обладать абсолютным контролем сети, с возможностью взлома любых серверов. Неужели Прима способен на это? Нет, невозможно. Это власть куда масштабнее даже абсолютных приказов Примы. Кто контролирует Сеть — контролирует человечество. Подвиги Старейшего, который смог устроить апокалипсис человечеству, тому наглядный пример.
Но будь у его врагов такая власть — в манёврах и играх не было бы абсолютно никакого смысла. После катастрофы, вызванной Старейшим, люди изрядно потрудились над безопасностью, исключив повторение Восстания Машин. Но возможности симбионта типа Старейшего и возможности Примы отличаются на несколько порядков. И если бы Прима был способен на такой уровень контроля сети, то мог бы организовать человечеству проблемы куда круче того, что устроил Старейший. А раз этого нет — значит, он ошибается, и Прима узнал эту информацию каким-то другим путём.
Неприятная догадка шевельнулась в мозгу, намекая на более простой вариант добычи этой информации. Шпион. Не электронный, Уния позаботилась, чтобы их связь, обеспеченная квантовым шифрованием, была не обнаружима. Но в таких, даже самых безопасных, информационных бастионах всегда был более уязвимый фактор, к которому подбирались осаждающие. Человеческий фактор. Предатели.
Но кто это мог быть? Прима захватил Феликса, лишил его симбионта. Но Феликс даже не входил в совет Унии, выбрав путь младшего исполнителя. Ещё бы сто-двести лет, и из него бы вырос толковый агент, но сейчас? Нет.
Кто ещё? Охотник? Но Политик собственными глазами видел, как Старый Медведь сжигает заживо убийцу своей жены. И пусть главный заказчик ещё остаётся в тени, сомневаться, что Медведев попробует добраться до каждого, кто был замешан в этом деле, не было. Оставался Борец, тем более Прима прямо заявил, что тот сломался под пытками. Но ведь он недавно связывался с Иваром, и тот подтвердил, что сменил носителя. Возможно ли, что это было спланировано заранее, и он среагировал уже на поставленный мат?
Политик медленно изобразил хлопки в ладоши.
— Хорошо сыграно, — отдал он должное, двусмысленно отдавая дань и разыгранной партии, и словам Юлия.
Значит, у него ещё остался козырь в рукаве. Ковен. Предательство Ведьм пока не раскрыто, а, учитывая, как человечество относится к перебежчикам и предателям, эта информация определённо разорвёт их организацию на части.
— Раз вы так много знаете, — сыронизоровал Конрад над своими мыслями и словами Примы, — то что служит причиной вашего ко мне интереса?
— Ты первый, кто не пытается меня убить, — пояснил Прима.
«Точно не знает», — окончательно уверился Политик, что контакт с ведьмами остался втайне.
— Так что я решил побеседовать.
«Неужели он пытается меня переманить? — подумал Политик. — Интересно. В эту игру можно играть вдвоём».
— Не могу не приветствовать диалог, — кивнул он, поднимая бокал с вином в приветственном жесте. — Итак, на какую тему вы хотите поговорить?
— Старейший, — коротко ответил Прима.
— Оу. Зачем же начинать с крайностей, — вздохнул Конрад. — Я не знаю, где он и кто он.
Он не солгал ни словом, ни мыслью — эта информация действительно была ему неизвестна.
— Верю. Показания других членов Унии подтверждают, что его контакт не активен последние несколько веков. И это странно. Мне любопытно, как на это смотрят его потомки.
Оговорка или точно рассчитанная подача собственной осведомлённости? Политик понял, что у Примы есть информация более чем из одного источника, а это уже был показатель. То есть те, кто с ним разговаривал, на этот вопрос уже ответили, или ответили недостаточно подробно, как бы ему хотелось, — перевёл для себя угрозу Политик.
Феликс ничего не мог рассказать, он никогда не контактировал со Старейшим. Борец знал не больше Политика. Охотник… Охотник был мёртв.
— Что же… — Конрад сделал вид, что задумался, вспоминая, покачивая бокал. — Если вас действительно интересует моё мнение, то я думаю, что он устал.
— Устал? — переспросил Прима.
— Именно, — подтвердил Политик. — Его не зря называют Старейшим. Полагаю, вы в курсе, что послужило причиной Восстания Машин в двадцать пятом веке? Задача разведчика — разведать подходящую для заселения планету, провести инфильтрацию, подготовиться к вторжению, подать сигнал для корабля. С точки зрения выполненной работы Старейший справился блестяще. Один, под прикрытием, он уничтожил значимые угрозы и способствовал ослаблению человечества. Спланировал экспедицию «Ковчегов» так, чтобы они попали прямо в руки корабля вторжения. Но затем что-то пошло не так. Сигнал пропал. И Старейший остался наедине с самим собой. Его цель, его предназначение оказалось
