Читаем без скачивания Звездный кадет (СИ) - Котов Сергей

Звено Дина было неполноценным. Они начали подготовку без официально назначенного прикрывающего. Командиром стал Ал (кто бы сомневался!), а наводчиком – Агрина. Дину досталась должность санитара. Нельзя сказать, что он был этому рад, но потерпеть можно: это условное деление на общевойсковые подразделения останется в прошлом уже после первого курса, когда их распределят по специальностям.

К тому же, Ал был далеко не самым плохим командиром. Он отличался железным спокойствием, которые граничило с флегматизмом. Так часто бывает у сильных людей – осознание собственных возможностей избавляет их от суеты.

А ещё он оказался совсем не так прост, как подумал Дин, когда увидел его в первый раз.

Перед первым полевым выходом, когда их поместили в декорации разрушенного города, чтобы отработать правила изолированной обороны, когда они остались в контейнере одни, Ал подошёл к Дину и, глядя в глаза, произнёс:

- Мне плевать, что официально ты стрелок-санитар. Я хочу, чтобы ты был прикрывающим. Тогда и санитар нам не понадобится. Догадаешься, почему?

Дин догадался. Поэтому в ответ промолчал, спокойно ответив на взгляд льдисто-холодных глаз Ала.

- Я видел, что ты сделал с той балкой. Я знаю, что ты спас мне жизнь. И я не буду лезть к тебе в душу, чтобы выпытать, как именно ты это сделал. Мне важно, чтобы ты это повторил тогда, когда будет нужно. Ясно?

- Договорились, - выдавил из себя Дин.

Ал широко улыбнулся в ответ.

Удивительно, но обширные пространства полигонного сектора Академии использовались только время от времени. Настоящий полевой выход был только один, в самом начале, когда отрабатывались цепи управления, да вдалбливались самые важные и примитивные положения полевого Устава.

Следующий выход предстоял только во время отчётного сражения на холостом оружии. Такие мероприятия офицеры, руководители потоков, называли «показухой». Ближайшая «показуха» курсу Дина светила только после прохождения ППГ, первичной полевой подготовки.

Все остальные тренировки и занятия проводились в симуляторе. И, надо сказать, Дин сильно удивился, когда узнал, какими именно аппаратами пользуются в Академии.

Нейрошунты такой степени сращивания были строжайшим образом запрещены для гражданского оборота. Они давали абсолютный эффект погружения. Включая все физиологические ощущения, и боль в том числе. Не удивительно, что такие подробности жизни кадетов-первогодок не утекали за пределы учебного заведения.

На вводном инструктаже их предупредили – военная модель шунтов, которые использовались в Академии, в принципе не предусматривала предохранителей. Значит, во время симуляции боль будет настоящей. И смерть – тоже. Все ощущения дублировались с абсолютной достоверностью.

Свыкнуться с этой мыслью перед погружением в симуляцию было не просто. Хотя Дин прекрасно понимал, что такой опыт в самом начале карьеры – бесценен. Теперь понятно, почему около тридцати процентов успешно прошедших экзамены кадетов отсеивались на этапе ППГ и отправлялись дослуживать в части, далёкие от потенциально опасных направлений. Несмотря на то, что такое решение считалось позором для богатых семей и негативно влияло продвижение по государственной службы ближайших родственников.

Ведь умирать зачастую приходилось не единожды.

Во время первого задания они оказались в пустыне. Небольшая крепость, расположенная в оазисе. Четыре звена в обороне, каждое отвечает за своё направление, свою стену. И многократно превосходящие силы противника.

Вводного брифинга не было, задание считалось одним из самых примитивных. Какого-то перехода и периода адаптации, как в серьёзных полигонах, тоже не было.

Они нацепили шлемы в стерильно-белых комнатах, прозвучал сигнал активации.

И в следующее мгновение Дин уже стоял на крепостной стене.

Оружие и снаряжение было самым примитивным. «Странно, почему не каменные топоры или дубины», - недовольно подумал он, оглядывая себя. Набедренная повязка, пропитанная потом и явно не первой свежести. Кожаный нагрудник. Такие же кожаные, украшенные металлическими нитями, поручи и поножи. В руке – короткий меч. Похоже, даже не железный, а бронзовый.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Соратники выглядели не менее колоритно, особенно Агрина. Увидев своё облачение, она густо покраснела. Плохо - такие вещи сильно уменьшают шансы на успех. Если она не сможет взять себя в руки, им предстоит погибнуть не самой приятной смертью.

Дин строго-настрого запретил себе представлять, каково это, когда у тебя во внутренностях шевелится туповатый бронзовый меч.

- Кадет Кунц, - чтобы не возвышаться над бортиком крепостной стены, Алу пришлось пригнуться, но на командной интонации его голоса такая неудобная поза никак не отразилась, - наблюдать за барханами в левом секторе. За стену не высовываться. Пользоваться щитом.

Только теперь Дин заметил, что у основания стены, ниже бойниц, стоял целый ряд деревянных щитов, обтянутых всё той же кожей.

- Есть! – ответил он и немедленно приступил к выполнению задачи.

- Кадет Грей, - Ал продолжал раздавать указания, - наблюдение за правым сектором. При выявлении любого подозрительного движения – доклад немедленно.

Дин скосил взгляд, чтобы посмотреть, как Агрина займёт позицию у бойницы. Та мало того, что не доложила о том, что задание принято и понято (хотя бы коротким «есть!»), так ещё и пошла, опустив глаза, улыбаясь и покачивая бёдрами. «Быстро же она справилась со смущением! – подумал Дин, - ещё и оценила преимущества наряда!»

Однако Ал вместо того, чтобы засмотреться на её точёную фигурку, вдруг взял, и залепил ей по ягодицам плашмя своим бронзовым мечом. Не сильно, но ощутимо, как показалось Дину.

Агрина удивлённо ойкнула.

- Кадет Грей! – рявкнул Ал, - на исходную позицию! Доложить о поставленной задаче!

Дин успел заметить искреннее потрясение в её глазах; она беспомощно огляделась, и задержала на нём взгляд, как будто рассчитывая на какую-то помощь. Дин едва заметно пожал плечами.

А дальше всё начало развиваться настолько стремительно, что Дин даже не понимал, как успевает реагировать. Тело действовало само; сказывались многочисленные тренировки на школьном дворе и в боевых секциях.

Он успел заметить какое-то движение за бойницей. Покрепче сжал меч в руке.

- Опасность! – успел крикнуть он.

Над бойницей показалась голова в бронзовом шлеме, а сразу за ней – мускулистая рука с коротким копьём.

Копьё было нацелено ему в голову. И тот, кто его держал, не намерен был мешкать.

Дин нырком ушёл с линии удара и, неожиданно для себя самого, успел ударить в ответ мечом по руке.

Пролилась первая кровь, раздался крик боли.

Нет, конечно, полностью руку он не отрубил. Только до кости повредил мягкие ткани.

Эту схватку он бы точно выиграл, но тут в соседних бойницах появилось сразу пять рук; две держали такие же копья, а три – какое-то странное оружие, напоминающее меч, лезвие которого закреплено на длинном шесте.

Дин прикинул траектории, куда улетят копья. Два явно промажут, и полетят внутрь крепости. А вот третье попадёт Агрине в грудь, аккурат между упругими белесыми грудями.

Ему удалось сбить копьё мечом на лету. Ал заметил это и коротко одобрительно хмыкнул, отбивая натиск сразу троих, которым почти удалось вылезти на стену.

Нырнув под удар странного оружия, напоминающего меч на длинной палке (после этого боя, копаясь в справочниках, Дин узнал, что оно называлось «глефа»), он получил возможность ненадолго выглянуть наружу через бойницу.

Нападающие были уязвимы. Никаких серьёзных приспособлений для штурма крепостей у них не было. Обыкновенные лестницы. И Дин, удачно подцепив ближайшую, отправил с дюжину врагов валяться на песке. Те, кто успели забраться повыше, несомненно, погибли.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Ал тоже смог подобраться вплотную к стене и успел свалить одну лестницу. А вот вторую, хорошенько тряхнув, он потянул на себя. На ней оставалось ещё трое нападавших. Мощные мышцы командира вздулись, жилы скрутились змеями под бронзовой кожей. Он ещё раз мощно дернул лестницу. Оставшиеся враги посыпались на землю. Ал же поднял и закинул лестницу на стену.