Случалось и обратное, когда люди пытались прятать у себя зеленокожих соседей. Такие местные у Ильи вызывали больше уважения, чем нарисовавшиеся союзнички.
Прятали зелень когда удачно, а когда не очень…
К чести эльфов стоит сказать, что свое слово они держали. Людей не резали, кроме как в целях самообороны. Однако спрятанных гоблинов или полукровок убивали на месте.
Впрочем, с точки зрения эльфа это не убийство. Очищение мира. Орк или гоблин испорчены в своей сути. Их нельзя исправить, с ними невозможно ужиться.
К войску людей примкнули почти две сотни местных совершенно разбойной наружности. Какие-то там следопыты-партизаны. Однако среди них очень быстро провели чистку. Хочешь бороться со злом? Устал от гнета тёмных сил? Ну здорово. Вот тебе лопата. Копай вал для ночного лагеря. Или для тебя борьба со злом это грабёж соседей и резня безоружных? Ну тогда место тебе, дорогой, на суку.
Очень скоро часть местных разбежалась, но оставшаяся сотня похоже реально имела зуб на Моргота и хотела именно воевать, а не чинить разбой.
— Дорога. — произнес Ньяль, ставя ногу на булыжник. — Если верить Мелкому, то до Удуна осталось километров десять.
— Хорошо. — вздохнул Илья.
Ну вот и финишная прямая, а дальше со щитом или на щите. Цитадель зла по курсу.
Глава 17 На пороге ада
— Не рухнет? — скептически спросил Илья, смотря на каркас строящейся башни.
— Не должно. — ответил Ньяль. — Пробный образец несет около тридцати человек одновременно и не разваливается при перемещении.
Осада шла уже шестой день. За это время участок перед лагерем светлых превратился в странную постапокалиптическую картину. Все вытоптано, замешано глинистой грязюкой, заставлено стационарными щитами из дерева.
"Мантелеты". - напомнил себе Илья. Отдельное слово придумали для деревянной стенки с подпорками. Но самое удивительное, что все это самодельное говнище прекрасно работало. Ещё в горах многие говорили, мол нужны пушки, обязательно нужен порох. Иначе крепость не возьмём, да и вообще огребем. Затем вагенбурги, сделанные на коленках, вполне неплохо показывают себя в бою. Не вундерваффе, но очевидно полезны. А теперь они готовятся к штурму крепости без пороха. И шансы есть.
Общий план довольно прост. Гномы осушат участок рва, отрезав его плотиной от реки и сделав отвод для воды. Затем надо все это закопать, присыпать и на штурм. Главным доводом должны стать восемь передвижных башен. Также, если хватит времени, попробуют обрушить часть стены. Порох для этого не обязателен. При подходящей почве можно банально прорыть тоннель под стену. Сделать там просторную галерею. Затем в час Х опорные балки тоннеля складывают, почва оседает и, если все рассчитано правильно, то стена потеряет фундамент.
Было заготовлено также около двадцати пяти трех или четырех секционных осадных лестниц. То есть это такая осадная шведская стенка с крюками на концах. Опрокинуть её защитникам будет довольно сложно. Взять крепость в принципе можно было исключительно лестницами, но это означало бы намного более серьезные потери. Вот и решили запариться с башнями. Что касается крепости…
— Она не рассчитана на серьезную осаду. — заключил Ньяль. — Стена в два этажа, но крытую галерею наверху они построили из дерева и уже при нашем приближении. Ни машикулей толковых, ни хорошего прострела с башен.
Часть надстроек из дерева удалось поджечь при помощи нефтяных коктейлей Молотова. Сосуд с чёрным золотом на длинной палке разбивали о стену, затем ещё один и ещё. Потом туда же раскаленных углей.
А вот распиаренные кино огненные стрелы как-то не пошли. При выстреле пламя наровило потухнуть.
В ответ защитники использовали свое самое грозное оружие. Неуправляемый снаряд класса. стена-земля под кодовым названием "Brevno ebat".
Если стрелы, дротики, мелкие камни и кипяток щиты держали, то могучий удар Brevna означал для бойца переход в разряд трехсотых или двухсотых. Благо незаметно скинуть его было сложно.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Эй, в кабак идете? — спросил Алу. — Наша смена только завтра. Барон уже там квасит.
— Кто бы сомневался. — хмыкнул Илья. — Ну пошлите. Что тут ещё делать…
Кабак раскинулся в километре от осадного лагеря. Небольшая придорожная деревенька на двадцать дворов превратилась в центр культурного обмена. В основном обмена культурой употребления алкоголя, а также обмена генетическим материалом.
Местное человечество отошло от первого шока. Посмотрело на своих иномирных родственников, прикинуло перспективы и взялось за дело.
Потянулись к лагерю волонтёры, работники, торговцы, женщины не самого тяжёлого поведения. Кто-то пытался обручить свою дочку с каким-нибудь попаданцем.
В отличие от гномьего рынка все проходило намного спокойнее. Местных жителей интересовала не иномирная сталь, не секреты ковки супер-оружия, а возможность хорошо устроиться при новом порядке.
Не было рядом ни одной деревни, где не побывали бы уже эльфы. Зелень бежала или лежала со вспоротым брюхом. Огромный земельный фонд лишился хозяев. Маячил большой передел.
Ограды меж домов снесли, во дворах поставили столы, развернули сервис. И говорить ничего не надо было. Пришли, сели, а вам уже ставят еду и питье.
— Все чертовы особисты… — сплюнул мужик, сидящий рядом с Бароном. — Пускают сюда только разбавленное. Обоссышься, но не напьешься!
— Пей заначенное.
— Это после победы!
Илья, Давен и Алу присоединились к трапезе. Стол ломился от явств, причём не солонины, сыра и каши, а пирогов, супов, свежего мяса. Все, конечно, не столь презентабельно, как в дорогих ресторанах, но зато без консервантов. Их тут ещё не изобрели.
— Жениться не хочешь? — предложил Илье собутыльник Барона. — Сегодня с утра прибыл какой-то там мельник-плантатор. Привёз целую кучу девок от шестнадцати до двадцати. Страсть как хочет породниться с представителями славяно-арийской расы высших людей.
— Скажу честно. — начал Илья. — Меня воротит от поведения местных. Уверен, что они спокойно жили при Морготе, кормили и вооружали его орков. А теперь каждый внезапно светлым стал. Будет рассказывать, как его угнетали и лично Моргот ежедневно в жопу дрючил.
— Да ладно… — отмахнулся мужик.
— А он просто фентезийный геронтофил. — добавил Барон. — Встаёт только на эльфок старше двух тысяч.
— Отвянь рыбоеб.
— Слушай, Илья. — вступил Алу. — Местных можно понять. Они г-годами себя считали вторым сортом. Что для орков, что для эльфов. Рабочая сила послушная. А тут оказывается, что люди могут наваливать всем подряд, и эльфские короли с ними за руку здороваются. Очень можно обрадоваться жизни.
— А ты тоже женишься?
— Все женимся. Куда деваться? Интернет м-мы не скоро заведем. Даже до приличных порногравюр годы усиленного прогресса. Так что какие наши варианты.
Женщина лет сорока принесла к столу ещё несколько блюд с домашней колбасой, хлебом и зеленью.
— Что с датой начала штурма? — спросил Илья.
— Уже не терпится, берсерк? — усмехнулся Барон. — Твой топор жаждет крови?
— Надоело воевать. Грязь и кровь одни. В основном грязь.
От рва отвели каналы в несколько ям. Часть воды ушла туда, другая осталась на дне слоем рыхлой грязи. День и ночь теперь туда ссыпали землю, забивали сваи. Готовили мосты для башен.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Враг огрызался как мог.
Ночные вылазки, камни, бревна и стрелы со стен. Однако потерь высшие люди практически не несли. Основной удар принимали патрульные эльфов и рабочие. Но и защитники несли серьезные потери. Вылазки отбивались, а лучники и арбалетчики постоянно прикрывали рабочих. Была идея устроить в городе пожар, но от нее быстро отказались. Погибнут не столько орки, сколько мирные жители. Людям нужен был город, а не пепелище.
