– Теперь, Джанет, это не имеет никакого отношения…
– Не говори мне этого! У тебя все на лице написано. Тебе он очень понравился, а я все испортила. О боже, о боже! Альма, мне так жаль.
– Но правда, Джанет, уверяю тебя…
– Но ведь я и понятия тогда не имела. Если бы я и заподозрила что-то, подумала бы, что это невозможно. Ведь ты была с Майком. Но теперь…
– Ты придаешь этому слишком большое значение, – запротестовала Альма, совершенно красная от смущения. – Прошу тебя, перестань.
– Меня следовало остановить раньше, – вздохнула Джанет. – Ты можешь как-то связаться с ним? Например, написать?
– Но зачем? Что я скажу? «Дорогой Дитер, если у тебя были серьезные намерения насчет меня, возвращайся»? – Она горько улыбнулась и покачала головой. – Скорее всего, он просто вычеркнул меня из своей жизни. Как глупую ошибку. Но даже если вдруг я бы и собралась ему написать, у меня нет его адреса.
– Как все нелепо, – сокрушалась Джанет. – Как нелепо!
Жизнь Альмы стала какой-то странной. Наблюдая, как тренируются танцевальные пары в студии, у нее возникало чувство потери. Но в качестве компенсации она часто ходила с Кеннетом Бриджесом потанцевать в рестораны и ночные клубы. В таких местах было просто невозможно танцевать так, как она привыкла на соревнованиях. Элегантный и сложный стиль сменился на более уютный и свободный от условностей танцевального этикета.
Кеннет просто наслаждался обретенной свободой и стал часто играть в бадминтон, к чему склонял и Альму. В спортивном клубе, куда они ходили вместе, был еще и бассейн. Девушка научилась прыгать с вышки и нашла в этом занятии огромное удовольствие.
Неожиданно приятным моментом оказалось еще и то, что теперь ей можно было тратить деньги на себя, вместо того чтобы бесконечно покупать бальные туфли, вечерние платья, латиноамериканские костюмы. Альма стала приобретать свитера, пальто, юбки. Она постригла свои длинные волосы. Раньше они были ей нужны, чтобы делать прически, наиболее подходящие для бальных танцев. А теперь ей был по душе новый стиль – «уличный мальчик». И надо сказать, этот имидж подходил девушке гораздо больше.
Кеннет одобрительно отнесся к переменам, происшедшим с Альмой.
– Ты выглядишь просто потрясающе, – не удержался он от комплимента, когда они однажды танцевали в Вэст-Энде. – Знаешь, это, конечно, очень странно, но с тех пор, как вы с Майком расстались, ты стала… не такой робкой. Да, именно это я и имею в виду.
– Я знаю, что ты имеешь в виду. Что я превратилась в сухую бизнес-леди!
– Нет, я не… Я не знаю, – запротестовал Кен. – Просто ты немного повзрослела. Это положительный момент.
Про себя Альма подумала, что это опыт, приобретенный ею за последний год, дал именно такой эффект. Оглядываясь назад, девушка видела, какой робкой и незрелой она была. Альма и сейчас частенько вела себя скованно, случалось, краснела от смущения. Но зато девушка многое поняла: она научилась оценивать ситуацию, смело встречать удары судьбы, быстро принимать решения. Как ни странно, именно сейчас она могла бы стать гораздо лучшим партнером для Майка, чем раньше. Теперь Альма смогла бы противостоять его критицизму и нашла бы подходящие аргументы, чтобы заставить прислушаться к своему мнению. Но теперь все в прошлом.
Когда она пошутила насчет своего превращения в бизнес-леди, где-то в глубине души Альма чувствовала, что говорит серьезно. Она настолько хорошо стала стенографировать и с таким усердием отнеслась к делу, что один из управляющих брокерской фирмы однажды пригласил ее к себе в кабинет для разговора.
– Как вы, вероятно, знаете, мисс Крейги, – заметил мистер Тайлер, – мой секретарь уезжает за границу через месяц. Если бы вы захотели попробовать свои силы в новой должности, был бы рад предоставить вам такую возможность.
– Секретарем? Я? – несколько неуклюже переспросила Альма.
– Почему бы и нет? Мне понравилось, как вы работали, когда замещали Ивонн. У вас подходящая внешность и хорошие манеры.
– Да, но я плохо разбираюсь в делах, – призналась Альма. – Мне стыдно признаться, но я не слишком много уделяла этому внимания до последнего времени.
– Ваша честность внушает доверие, – засмеялся управляющий. – У меня было несколько секретарей, которые не уделяли работе совсем никакого внимания. Думаю, не стоит говорить, что все они продержались недолго. Мне действительно требуется вдумчивый и компетентный помощник, мисс Крейги. И без сомнения, Ивонн поможет вам на первых порах, если вы поработаете с ней до ее отъезда. Ну, что скажете, Альма?
Зарплата, которую он пообещал, была щедрой, а работа – интересной. Впервые в жизни девушка начала что-то понимать в таинственном мире акций и паев, узнала имена председателей правления компании. Когда Ивонн уехала, Альма заняла ее место без всяких колебаний и сомнений.
С этого дня ее жизнь вновь наполнилась смыслом, хотя и совершенно другим, нежели раньше. Весь день у девушки был занят делами фондовой биржи, а вечера она проводила по своему усмотрению. Альме, похоже, не стоило жаловаться на судьбу.
И все же ей казалось, что чего-то в ее жизни не хватает. Она даже не позволяла себе думать о Дитере, а свое чувство неудовлетворенности девушка объясняла тем, что больше не занимается бальными танцами. В том, прошлом для нее мире было великолепие, праздник и приподнято-радостное настроение. Этому трудно найти замену. Ей не хватало напряжения перед соревнованием, торопливых приготовлений, примерок платьев, особых причесок, звука оркестра, постепенно наращивающего темп, огней рампы и аплодисментов…
К своему удивлению, Кеннет тоже скучал без прелестей и трудностей танцевального хобби.
– Мне казалось, я буду счастлив без этой механической рутины, – признался он, – но ты знаешь, когда я вижу, как Джанет тренируется, то чувствую, что хотел бы вернуться к этим занятиям.
– Это похоже на самообман, – понимающе кивнула Альма. – Иногда мне казалось, что такой режим – выше моих сил, что мои нервы больше не выдержат такого напряжения, но теперь я поняла, как я все это люблю.
– Знаешь, о чем я сожалею, – продолжал Кеннет, – что мы не поедем в Блэкпул. Впервые с тех пор, когда я был еще подростком, я пропускаю такое соревнование. Мне всегда приходилось уезжать куда-нибудь на отборочные конкурсы или выступления юниоров.
– Хорошо бы побывать в Импресс-Холле еще раз.
– Ну конечно! – Кеннет спрыгнул с парковой скамейки на дорожку и так сильно напугал уток, которых они кормили, что те с кряканьем быстро поплыли прочь. – А почему бы нам не съездить туда? Как зрители. А?
– Я никогда не думала об этом, – призналась Альма. – Думаешь, мы можем?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
