это и есть старость! Вон Дию хотели замуж в восемь лет отдать! А в борделях девиц старше двадцати уже не берут. Старые девы… — философски пожимает плечами Иши, поглаживая свой затылок: — а если испытывать иллюзии, так потом больно будет. Но вы очень хорошо выглядите, сестрица Юи! Настоящая красотка…
— Да? Ну… — Юиньтао поджала губы и покачала головой, задумываясь. Не такой уж и плохой этот Иши, хоть и разбойник. Мелкий и наглый, конечно, но глаз у него наметан, воришкам и разбойникам нужно в людях разбираться уметь. Вот он и говорит, что думает. Увидел, что я красивая — и все, правду-матку прямо в лицо мне режет. Ну… так конечно! Она — красотка. Интересно, а что этот Ли Шан подумал, когда узнал, что она — девушка? Он же вечером от нее взгляд отводил. Влюбился дурак такой в Сестру Тай, а Седьмая Сестра — это такой себе объект для любви и романтики. Она же Аватара Темной Госпожи… рядом с ней нет-нет, а мороз по коже пробирает. И как она спокойно рассуждает о том, как людей казнят или там пыткам подвергают… ее знания в этих областях поражают. Но больше всего Юиньтао поражает не это. Мороз по коже идет именно от того, с каким спокойствием, буднично и деловито Седьмая объясняет что если человека за ребро повесить, так он умирает не от боли, а задыхается, потому как пневмоторакс и асфиксия. И даже показывает, где и что… на себе прямо! Да что там, те же самые разбойники Братства — это же тебе не просто крестьяне лапотные да немытые. С Братством Горы в течении вот уже почти тридцати лет никто ничего поделать не может, ни Император со своими гарнизонами, ни Наместник Гу, ни клановые. Первый Брат, Мастер Тысячи Мечей… его ставят вровень с самим Отшельником… они не разу не встречались в поединке, но весь Северо-Запад затаил бы дыхание и отдал бы правую руку, лишь бы увидеть такой поединок своими глазами. Принято считать, что Отшельник — все же немного лучше. Самым лучшим считается Генерал Лю Байгу, непревзойдённый фехтовальщик с длинным и прямым цзян, оружием благородных У. Затем — Отшельник и только потом — Первый Брат, Мастер Тысячи Мечей. Но сам старый пень Шибуки уже не раз объяснял ей, что на самом деле в поединке двух фехтовальщиков высокого класса многое решает случайность. Не с той ноги встал, настроение паршивое, ночь любви провел с двумя девушками, измотался… и так далее. Пик формы — вообще понятие относительное. В целом у тех мастеров меча, что сейчас занимают верхние строчки рейтинга Северо-Запада Поднебесной — примерно один уровень. Все это «а тот круче, а это лучше» — для школяров и прыщавых подростков, которые машут деревяшками, воображая себя великими воинами. Так что не забивай себе голову, Сакура Мицухидэ, не думай о других. Просто каждый раз старайся стать лучше чем ты сама день назад.
Ой не о том она думает, не о том… а о том надо думать, что этот Ли Шан в людях разбирается как свинья в эликсирах, нашел в кого влюбиться, в Седьмую Сестру! Там на Горе Тянь Ша нравы и порядки суровые, даже покруче чем в этой Лань, где на каждом шагу по разбойнику на столбе висит. Одна только Гу Тин, бывшая певичка, а ныне Палач Тысячи Порезов, безжалостная и беспощадная жрица смерти и боли! А Третий Брат, Чжан? Ужасающий Кабан, который вбивает людей головой вниз в землю забавы для! И… это в Братстве содрали кожу живьем с посланника Генерала Лю и натянули на барабан!
Юиньтао не первый день на свете живет и чего-чего, а уж в наемничьих отрядах побывала, вместе с Отшельником, знает какие люди там и какие у них нравы. Для них человека прирезать — как высморкаться и на землю сплюнуть. А эта Сяо Тай попала к ним лагерь и за пару дней стала — Седьмой Сестрой! То есть — фактически возглавила Братство. Вот и подумай, какой у нее характер и какая из нее жена выйдет. Да никакая, прирежет она этот Ли Шана, поиграет его головой в мяч и дальше пойдет, насвистывая. И… ничего ей этого Ли Шана не жалко! Сам дурак! Нашел в кого втюриться.
— Так ты говоришь, я — красивая? — упирает руки в бока Юиньтао: — да?
— Конечно! Сестрица Юи очень красивая! Особенно если для своего возраста. Понятно, что и кожа не такая белая, потому как под солнцем много была и мозоли на руках от меча, но для своего возраста…
— Что⁈
— Ой! Чего вы деретесь, сестрица Юи⁈ Я же с всем возможным уважением и вежеством!
— Я тебе сейчас еще… — Юиньтао замирает на месте с поднятым кулаком. В конце переулка Серые тащат за собой упирающегося оборванца, который ревет и умоляет оставить его в покое. Она переводит взгляд на Иши. Так и есть. Иши — застыл и уставился на эту сцену, словно василиска встретил.
— Я так полагаю, что это один из твоих друзей? — спрашивает она, мысленно пробегая по своему арсеналу. Отравленные иглы в широких кожаных браслетах на запястьях, короткий вакидзаши за спиной и ее верный меч в ножнах на поясе. На самом деле мечнику нужен только меч…
— Д-да! Это Маленький Тигренок! Он попался Серым! Сестрица Юи!
— Да не мельтеши ты… — Юиньтао задвигает мелкого нахала за спину и откашливается. Делает несколько шагов вперед. Обещала ли она Седьмой Сестре что не будет ввязываться в драки? Вроде обещала. Нехорошо получается. Наверное, это она от нее заразилась, та тоже, куда не пойдет, обязательно куда-нибудь вляпается.
— Уважаемые. Куда это вы мальчонку потащили? — обращается она к Серым. Их двое. И один из них вызывает у нее некоторые вопросы. Один, тот, кто тащит мальчугана за руку — обычен, невзрачен, выкрашенные в серый цвет кожаные доспехи, серая же накидка с иероглифом «Кои», его движения расхлябаны, он не контролирует дыхание, не смотрит куда ставит ногу, не чувствует своего тела. Обычный стражник, из тех, которые не смогут остановить ее даже если она завяжет себе глаза и привяжет правую руку к спине.
А вот второй… с ним было что-то не так. Мечники с Островов, в отличие от местных — ценят расслабленность и неподвижность. Контрастом с совершенной неподвижностью — взрывная скорость извлечения меча и атака! Мастер умеет быть неподвижным.
