обрабатывал информацию единым потоком, а выдавал параллельно для каждой руки. Я работал механически, не задумываясь. Правая рука жила отдельно от левой. Глаза уставились в одну точку, периферическим зрением ловя каждое смещение на экране, передавая мозгу данные. Который, обработав информацию со скоростью распространения электричества в цепи, по нейронам отдавал команду нужной руке.
Всё это время в переговорном устройстве раздавался голос ашш Сошша Хааш. Он что-то говорил, пытался подсказывать, но я не слышал. Мозгом я стал единым целым с оружием…
Сколько так времени прошло, сколько сбил летательных аппаратов врага — не знаю. Но глаза стали слезиться от напряжения, и острота зрения снизилась, заволакивая пеленой.
Корабль тряхнуло один раз, затем второй. Третий раз толчок оказался ощутимей и сквозь пелену помутнения до меня докричался ашш Сошша Хааш:
— Командир, не справляемся! Командир, ты меня слышишь⁈ Идёт третья волна и тогда нас зажмут! Командир-хоск! Надо выходить из боя!
— Принял, действуй, — ответил, когда от перенапряжения глаза полностью заволокло пеленой от слёз и я просто-напросто перестал видеть и различать цели.
Корабль вновь ощутимо тряхнуло, но в этот же момент меня с силой вдавило в противоперегрузочное кресло, и я потерял сознание…
[1] ЦУ — Ценное указание.
Глава 14
Пришёл в себя рывком, словно вынырнул из водной пучины на поверхность и что насторожило, так это тишина. Открыл глаза — темно и мутная пелена перед глазами. Проморгался. Я лежал на спине в удобной… кровати укрытый чем-то плотным. Попробовал перевести себя из горизонтального положения в вертикальное. Тусклый красноватый свет тут же сменился на ярко-жёлтый и полностью осветил помещение. Осмотрелся.
«Та-ак, это не убежище, а каюта корабля. Значит с генерал-командором нам всё-таки удалось выйти из боя. Вот только почему меня положили не в убежище, а оставили на корабле? Насколько помню, по плану все летательные аппараты должны проследовать к „Ямантау-1“, где для них подготовили подземные укрытия», — думал, с недоумением смотря на свои босые ноги.
Оказалось, что я лежал без верхней одежды и разутый.
— Ничего не помню, — пробормотал вставая. Глазами поискал свою одежду, она вместе с оружием и амуницией оказалась лежащей на кресле. Не аккуратно сложенная, но и не сваленная в кучу. — Ладно, разберёмся. Сейчас бы поесть чего.
Сделал круг почёта, обойдя по периметру относительно просторную каюту. По размерам она не дотягивала до моего рабочего кабинета, но всё-таки для космического корабля мне она показалась излишне просторной и роскошной, где кроме санузла ещё находился душ, которым методом проб и ошибок воспользовался. Одеваться в грязную, пропахшую потом форму не стал, рассудив, что надо бы её сначала постирать. В одном из ящиков отыскалась какая-то одежда непривычного фасона — слишком вычурная, со множеством цветастых вставок, но другого ничего не нашёл.
— Надо бы доложиться, что пришёл в себя. И что сразу не додумался открыть каюту и вызвать дежурного или кто тут ещё есть⁈
Не успел подойти к двери, как та распахнулась.
— С пробуждением, командир-хоск. Вижу, нашёл во что переодеться, — хмыкнул, входя ашш Сошша Хааш.
— И тебе не хворать, Саша. Есть тут ещё кто, чтобы…
— Э-э-э, — замялся генерал-командор, — так мы, командир, в космосе. Мы на корабле одни.
— В смысле? В космосе? — вот тут пришло и мне время удивляться.
— Пошли лучше отобедаем. И я тебе всё расскажу. Как только понял, что ты проснулся, так поставил разогреваться аварийный рацион. Ну и здоров же ты спать…
Ел медленно. К аварийному рациону, что приготовил ашш Сошша Хааш уже был привычен и его вкус, и вид не казался необычным. Я больше слушал. Оказалось, я проспал без малого сутки, а тем временем ашш Сошша Хааш продолжал:
— … когда вывел корабль в ближний космос, понял, что и здесь нас могут достать. Сканеры показывали, что от флагманского корабля шнахассов отделяются цели и я рисковать не стал, а ушёл на орбиту большой планеты, что пятая по счёту от звезды…
— Юпитер.
— Может и так, — быстро согласился с моим замечанием ашш Сошша Хааш. — Как задал орбиту, чтобы постоянно находиться за планетой, бросился к тебе. Ты так и продолжал, не подавая признаков жизни, лежать в противоперегрузочном кресле. Но всё обошлось. Сказалось нервное перенапряжение. У нас же места стрелков занимают специально выведенные клоны…
— Я это заметил.
— Что-либо без тебя предпринимать не стал, а произвёл осмотр, тестирование корабля и ждал, когда ты проснёшься.
— На связь выходил?
— Смысла нет. Мы же за планетой, да и средств приёма-передачи, что способны принять сигнал сверхдальней связи там нет, — ашш Сошша Хааш неопределённо махнул в сторону, подразумевая, что где-то именно там находится Земля. — Такого класса оборудование только на кораблях космического класса.
— У нас хоть получилось? Жертвы ненапрасные? — задал самый важный и интересующий сейчас меня вопрос.
— Да. С первого залпа поразили цель. Башня рухнула. Клуб такой пыли поднялся, что с малой орбиты было видно, да и остальные пилоты, что находились в воздухе подтвердили разрушение, — удовлетворённо кивнул генерал-командор.
— Это хорошо, — откинулся на спинку кресла. От приёма пищи меня вновь разморило. В животе чувствовалась приятная теплота и лёгкая тяжесть. Теперь и жить можно. Вот только что-то меня смущало. Пока небольшими глотками пил энергетический напиток, в памяти прокручивал монолог генерал-командора.
«Цель уничтожена — это хорошо, но шнахассы могут вновь начать стройку века и попробовать возвести этот ретранслятор теперь на другом континенте. Неизвестно, есть у них материалы и оборудование для повторной стройки или нет. Но если исходить из худшего, то имеются. Это первое. Второе — корабль серьёзных повреждений не имеет это тоже плюс. Из минусов — связи нет, что сейчас происходит на планете мы не знаем. Может шнахассы, собрав все свои силы перешли к решительным действиям и сейчас землянам приходится несладко. Следующее — долго висеть на орбите Юпитера мы не можем, корабль оказался разукомплектованным и воды, и еды совсем мало. На неделю от силы. И это только из-за того, что нас двое, а если бы находился весь экипаж, то и сутки бы не протянули. Так, что ещё…», — задумался, уставившись в одну точку. После отдыха зрение нормализовалось и надеюсь, что последствий от перенесённой чудовищной нагрузки не последует.
— Что-то не так, командир-хоск? — насторожился ашш Сошша Хааш.
— Ты сам мне больше ничего не хочешь сказать?
