потому что обычно она сама пунктуальность, если только… Если только это не проделки Вольского. Думаю, смогла бы Валя подставить меня? Да нет же… С другой стороны, в этом мире никому нельзя доверять полностью.
— Чего ты хочешь, Вольский? Почему вернулся в мою жизнь и бросил беременную жену?
— Беременную? Это Клара тебе напела? Пусть она беременная ищет, от какого именно любовника её ребёнок… — что-то похожее я и ожидала. Зная сестру, не сомневалась даже, что она наставит моему бывшему ветвистые рога, — Мир, я не хочу говорить о Кларе. Я пришёл поговорить о нас. Измена тебе была самой большой ошибкой в моей жизни, и я хочу исправиться. Нам ведь было хорошо вместе.
— Я жду ребёнка, тебе это ни о чём не говорит? — спрашиваю, понимая, что эмоции уже начали захлёстывать воспоминаниями из прошлой жизни.
Взгляд Вольского ненадолго темнеет, а желваки передёргиваются, но уже через секунду мужчина ухмыляется.
— Ты ждёшь моего ребёнка.
В висках начинает стучать. Я смотрю на бывшего мужа. Он смотрит на меня. Между нами происходит нечто, напоминающее борьбу взглядов.
— Что ты сказал, прости? — спрашиваю я.
— Мира, я следил за тобой… Я уже давно хотел вернуться. Я знал, что ты ищешь донора, и я им стал, оплатив клинике немалую сумму, чтобы провернули всё. Это наш ребёнок. Всё будет как раньше, Мира: ты, я, наш малыш.
Сердце начинает бешено колотиться в груди. Почему я не верю его фарсу? Мне становится противно от одной только мысли, что я могу снова вынашивать ребёнка Вольского. Пытаюсь успокоиться, но ничего не получается, на шее начинает пульсировать вена, выдавая нервозность. Я мотаю головой, чтобы развеять дурные мысли, избавиться от них… Этого не может быть. Просто не может… Или может? Я сплю?
Столько вопросов в голове, а ответа нет ни одного. Валя приближается к нашему столику, и Вольский встаёт на ноги.
— Подумай над моим предложением вернуть наши отношения, Мира, — говорит Вольский, кладёт на столешницу деньги за свой кофе, который должны будут принести, и уходит.
Валя плюхается на стул, на котором он сидел, и смотрит на меня.
— Ты вся бледная. Может, попросить воды? — спрашивает она.
Всё, на что меня хватает в эту секунду — отрицательно покачать головой.
* * *
Шашлычки румянятся, и по двору разносится аппетитный аромат жареного мяса. Я был бы, наверное, счастлив оказаться тут, если бы не эта новость, которая выбила весь кислород из лёгких. Мира сестра Лены. Пусть и неродная. Она её сестра. Так странно осознавать, сколько ниточек связывает нас с ней… Я бы даже не удивился, если бы узнал, что она вынашивает моего ребёнка. Порой судьба та ещё шутница…
Смотрю перед собой и думаю обо всём этом, но из размышлений вытягивает голос тестя:
— Иван, снимать пора уже, а то совсем высохнут!
Я киваю и несу шампуры на тарелку. Мы собрали под навесом раскладной столик, который всегда доставали в такие вот моменты. Снимаю шашлык с шампуров и нанизываю на них мясо. Тесть в это время сидит на своём любимом кресле в тенёчке и нарезает овощи на тарелку.
— Жаль, что Мира моя с ночевкой отказалась оставаться, а то бы вы познакомились, — говорит тесть, а я покашливаю, потому что поперхнулся слюной.
— Какая она? Ваша Мира? — решаю на всякий случай уточнить, хоть и маловероятен тот факт, что это другая женщина.
— Она добрая! Красивая! Копия моей мамы в молодости.
Я вспоминаю фотографии матери тестя, которые мне частенько показывала Лена. А ведь и правда они похожи… Теперь у меня не остаётся сомнений: это та самая Мира, и я конкретно попал, потому что рано или поздно мы с ней должны будем поговорить обо всём.
— Она замужем? — спрашиваю я и прикусываю язык.
Идиот! Вот только о её семейном положении и стоило спрашивать в этот момент! Баран просто! Тесть ведь подумает, что я уже свататься решил к его дочке.
— Нет, Мирочка в разводе. Муж ей попался так себе. Я бы ему хребтину переломил, если честно.
— Вот как даже… — я отношу новую партию шашлыков готовиться, расставляю шампуры на мангале, вытираю руки салфеткой и возвращаюсь к столу.
— Он моей девочке изменил с её младшей сестрой. Мира потеряла ребёнка тогда. Как раз произошло это пять лет назад, почти, когда и Леночка нас покинула. Может быть, они там вместе с ребёночком.
Я вспоминаю свой сон, в котором Лена просила меня двигаться дальше. Да не бывает таких совпадений ведь… Или бывают?
После слов тестя мне многое становится понятным. Мирослава относится к мужчинам потребительски из-за предательства одного жалкого представителя нашего пола. Я согласен с тестем — я бы такому хребтину переломил и отправил его стать вечным овощем, чтобы больше никому жизнь не сломал. А вот сестра Миры… В голове не укладывается, как можно поступать таким образом с близкими людьми?! Она ведь сестру предала, довела до выкидыша… Передёргиваю плечами, вспомнив её ухмылку и уверенный голос: — Мира не может иметь детей. Хорошо, что я не ведусь на слова едва знакомых мне выскочек и не стал пытаться выводить Мирославу на чистую воду.
— Евгений Петрович, я рад, что вы нашли свою дочь, но есть ещё кое-что. Пообещайте, что пока не станете вмешиваться? — смотрю я на тестя.
— Ты это о чём, Вань? — он откусывает хлеб, вытирая с уголков рта крошки.
— Видите ли… Мне кажется, что я знаком с вашей дочерью… Родионова Мирослава Евгеньевна руководитель фирмы, которая не так давно перешла мне за долги её бывшего владельца. Она ваша дочь. Верно?
Тесть замирает на пару секунд, а затем принимается кивать. Он удивлён, ничего не скажешь. Я тоже. Но я и не сомневался после того, как почувствовал её запах в доме, от которого у меня даже ноги подкашиваться начали. А ещё я ощутил, что соскучился и хотел бы с ней встретиться, но теперь я тем более не могу позволить себе сделать этого, когда знаю правду, а она нет. Мне будет стыдно, словно я обманываю её.
Наверное.
