– Живая. Дышу, видишь!
– В больницу едем!
– Еще чего! Раны только йодом смажь… Отлежусь. Завтра дел полно. Встану.
– Сима, что ты говоришь!
– Налоговая завтра. Тут уж даже если всю кожу живьем сдерут – встречаться надо.
– Ну ты зверь баба!
– Просто баба, Вить. А Ваньку и Кипариса бить не смей…
Глава 10
1999 год
Пять лет прошло. Симиной фермы не узнать. Теперь это целые угодья: левада для выгула лошадей, аккуратные конюшни, у Симы работает целый штат конюхов. По конюшне пройтись любо-дорого. Серафима и Ваня показывали Полине хозяйство.
– Ну вот так и живем. Ширимся. Богатеем – это, конечно, не про нас. У нас любая копейка прибыли сразу в оборот идет. Кризис прошлогодний пережили. Тяжко было, да, слава богу, не померли. Мужа вот только учиться отправила, он теперь выпускные экзамены сдает.
– Не отпустила все-таки! – восхитилась Полина.
– Сам не ушел! Ванька, а ну уши закрыл, кому сказала!
Ваня уходит вперед.
– Я же его гнала. А он тоже лошадьми увлекся. На лошадях, видать, и спелись. Ветеринар он у меня теперь, дипломированный! – говорит Сима Полине с гордостью.
– Ну, Серафима, ну умница! Ванька-то как вырос! А где Валечка твоя?
– Валечка дома, с нянькой. Уж такая красавица – вся в отца. Ее в райцентр учиться не отдам – пусть учителя домой к нам ездят.
Сима остановилась у одного стойла:
– А это вот гордость наша, настоящий арабский скакун, зовут его Аргамак!
Полина обняла Симу:
– Ты моя гордость! Слушай, Сим, так я Виктора не дождусь?
– Дождешься! Он завтра с утра в городе последний экзамен сдает – и домой!
Виктор шел по улице – радостный, оживленный. Экзамены сдал, вот-вот диплом получит! Самому не верится!
Достал сотовый телефон – в их деревне это ох какая редкость, а ему Серафима на день рождения подарила, хоть и связи пока в деревне нет, но из города на домашний Симе позвонить самое оно! И приятно, и здорово!
Другим стал Витя, солиднее, спокойнее. Усы отрастил. Многие говорят, похорошел!
Сима сама на него не могла нарадоваться. Пять лет счастья – вот оно, долгожданное!
Виктор набрал домашний. Сима трубку сразу взяла, она всегда чувствовала, если это он звонит:
– Да, Витенька! Ну как экзамен?
– Сим, сдал! Представь – на пятерку! Да, в магазин заскочу. Все Валькины размеры наизусть помню. И про куклу тоже помню, да, в свадебном платье… А тебе, тебе что привезти? – засмеялся, услыхав ее ответ. – Себя, это понятно. Ну а что все-таки посущественней? Ты скажи только! Ладно, на свой вкус сориентируюсь. А Полине привет. И скажи, что к вечеру буду!
Виктор не заметил, что за ним следит женщина в темных очках. Не сразу в ней можно было узнать прежнюю Иру. Постарела сильно, лицо пропила основательно, морщинки на лице уже видны… Но если не всматриваться, то еще красавица!
Ира шла за ним, прячась за деревья, увидела, как он в магазин сворачивает детский. И решительно зашла туда же. Прячась за грудами игрушек, она следила за тем, как Витя выбирает куклу. Делал он это неумело и неуверенно: то одну в руках повертит, то другую возьмет… Продавщица прошла мимо, Витя к ней кинулся.
– Девушка, не подскажете, а вот такую бы, с золотыми волосами…
Девушка прошла мимо, не услышала. Но чей-то голос произнес:
– Я подскажу!
Витя обернулся. За ним стояла темноволосая женщина в черных очках. Она взяла в руки куклу. Потом сняла очки. Витя замер.
– Не годится вам эта кукла. Глаза у куклы должны быть синие. Вот тогда она – настоящая принцесса. А все остальное подделки… Скажи, Зорин, у моей дочки глаза синие?
– Ира?
– Расскажи мне, какая она. Ведь ты ей куклу покупаешь, а?
– Ей. Она красивая, – признался он тихо.
– Кто – кукла?
– Нет. Валечка. Она у нас с Симой очень красивая.
– У нас с Симой! Эх, Зорин, да хочешь, я весь этот универмаг куплю и тебя с потрохами в придачу? А?
– Нет, не хочу. Уйди, – вдруг оттолкнул он Иру.
– Не уйду.
– Тогда уйду я!
Он двинулся к выходу, но Ира схватила его за рукав куртки:
– Подожди! Но ведь не по-человечески это! Я пять лет молчала, я за пять лет ни разу не приехала, не помешала. Витя, ну погоди, погоди, пожалуйста, очень тебя прошу!
Витя остановился:
– Ну что еще? Нет тебя в нашей жизни и быть не должно!
– Но ведь я же была. Меня нельзя вычеркнуть. Я Валю родила! Я ее мать! Я! Пожалуйста, разреши мне купить эту куклу. Пожалуйста! – молила женщина.
– Хорошо.
Ира быстро побежала к витрине кукол, уронив все остальные коробки, быстро выбрала настоящую принцессу – золотоволосую, в свадебном платье, – и через минуту вернулась к Вите.
– Вот. Это то, что надо.
– Спасибо. А заплачу я сам. – Он двинулся к кассе.
Ира снова побежала за ним.
– Ты не можешь бросить меня здесь и даже ничего не рассказать про девочку, про мою девочку! Ты же человек! Ты же любил меня. Витя, пожалуйста, я на колени перед тобой встану!
И она посреди всего зала и впрямь упала перед ним на колени. Люди перешептывались, недоумевая.
– Ладно, пошли, не позорься. Встань! Только времени у меня в обрез, – поднял Витя Иру и повел за собой…
Они сидели за столиком в маленьком кафе. Он и его бывшая любовь.
– Я на все твои вопросы ответил. Пора.
– А чего ж меня ни о чем не спросил?
– А зачем? – Он пожал плечами. – И так все про всех в деревне знают. Замуж тебя не взял никто. Покровитель у тебя новый, тоже богатый, да, видать, не сладко тебе с ним.
– Ну, что еще в деревне знают? – усмехнулась Ира.
– Что в доме огромном у него живешь. Что машина последней марки красного цвета. А что о тебе еще можно знать, Ира? Денег тебе больше не надо. Получила ты свое!
– Все, да не все. Тебя я не получила в этой жизни. И ребенка.
– А оно тебе сдалось? Не приезжай к нам. И в нашу семью не лезь. Сима дочь растит. Она ей мать. А мне жена. Прощай! – Витя встал из-за стола.
Он ушел. Ира допила рюмку, знаком просит официанта повторить…
А что делать? Одно счастье ей осталось – бутылка…
Красивую золотоволосую принцессу в свадебном платье пятилетняя Валечка почему-то отшвырнула в угол.
– Ну, чем тебе не угодил, дочь? – спросил Витя. – Ты ж сама такую просила!
– Не хочу! Она плохая!
– Не серчай. Валька у нас такая: если нравится – к сердцу прижмет и не отпустит. Ну а если нет… Насильно мил не будешь, – сказала Серафима.
Она погладила Валю:
– Ничего, доченька! Будет тебе другая принцесса, покрасивее этой! Ты чего такой смурной, Вить?
Витя отвернулся. Девочка убежала к себе, так и не подобрав с пола куклу.
Сима сама ее подняла, на стол поставила. Красивая. И волосы как у Ирочки Долговой в юности.
– Чего молчишь, Вить?
– Да так… Устал малость с дороги.
А сам от Серафимы глаза отводит.
Сима вдруг спросила:
– А ведь это Ира ей куклу купила, верно? Ты не говори, я и так знаю.
– Я… – он обомлел от неожиданности, – я тебе все объясню…
– Да знаю я, что ничего не было. Просто страшно мне, что она снова в нашей жизни объявилась. Иначе, но страшно!
– Ты не бойся. Я с тобой. А она… Она ничего нам не сделает. По документам все чисто: она сама написала отказ. Ну что она может еще сделать, что?
Серафима тяжко вздохнула.
Нажала кукле на живот. Та пропищала голосом тоненьким: «Мама!»
Ира с Ленчиком прогуливались по улице. Нашла она его в городе, хоть пять лет прежде и не вспоминала.
– Говорил, Ирка, придешь ко мне горем делиться да совета просить.
– Я хочу забрать ее, понимаешь? Она моя дочь! Что мне делать, а?
– Вот что я тебе скажу. Сам-то я не из сообразительных. У моего, Ира, шефа голова как дом советов, как раньше-то говорили. Тут без него не обойтись. Сами их не угробим – он поможет. Мужик толковый и со связями. Познакомлю! Он, кстати, на Серафимину-то ферму глаз давно положил. Так что, считай, наш союзник. Ну как, согласная?
– Ничего и никого к этому делу я приплетать не желаю!
– А зря. Вот если кого просто пришить – это ко мне. А тут надо сеть тонко раскидывать. Мозгами работать!
– Понятно. Тебе-то раскидывать нечем, – ухмыльнулась Ира.
– Но-но! Ты шибко умная, как я погляжу! Продала дочку за понюшку табаку, а теперь от большого ума страдаешь! Не, Ир, сведу я тебя с Пал Палычем, обрадуешься как пить дать. Этот все устроит!
– С кем, с Пал Палычем?
– А чё? Знаком он тебе, что ли?
Схватил Иру за руку, та руку выдернула.
– Без Пал Палыча обойдусь! И без тебя!
И убежала…
Вот такая встреча получилась…
А Сима прощалась с Полиной.
– В другой раз приеду к тебе уже с покупателями! Жеребята у тебя замечательные. Грех добру пропадать. Тебе, Сима, надо расширять рынок сбыта. И вот тут я помогу! Рекламу тебе сделаю нужную. Пусть вся страна про тебя знает и про лошадей твоих! – обещала Полина.
– Вся страна – боязно. Да и не за славой я в это дело полезла. И даже, поверите, не за деньгами!
