участие в ходовых испытаниях головного сторожевого корабля для советских морпогранчастей «Дзержинский» (до 03.1935 г. — PS.8) на переходе Генуя—Специя—о. Корсика—Генуя261.
Строительство этого корабля водоизмещением 900 т вместе с однотипным «Киров» (до 03.1935 г. — PS.26) стало возможным после посещения Италии летом 1932 г. советской делегацией «Союзверфи» и заключения в начале 1933 г. контракта с фирмой «Ансальдо». Закладка обоих ИСКР состоялась 8 февраля 1933 г. на судостроительной верфи в Сестри-Поненте. Их спустили на воду 19 августа и 16 сентября 1934 г. соответственно. А в период с 27 октября по 11 декабря того же года корабли с итальянскими экипажами и наименованиями (на бортах и трубах), без артвооружения (на борту находились только пулемёты, укрытые в трюмах), но с системами управления огнём итальянской фирмы «Галилео» и четырьмя 3-метровыми дальномерами на носовых надстройках, были перегнаны из Италии по маршруту Генуя—Порт-Саид—Аден—Сингапур во Владивосток. Там в феврале следующего года они вошли в состав местного отряда флотилии пограничной охраны НКВД Дальневосточного края. Любопытно, что до этого времени с целью маскировки, по просьбе советской стороны, сторожевые корабли числились буксирами262. Сторожевики оказались столь добротными, что прослужили в составе 20-го отдельного дивизиона СКР на Камчатке вплоть до 1959 г.263
В основу проекта лёгкого крейсера, получившего в СССР сначала в процессе проектирования название «крейсер с двигателями «Монтекукколи», а затем «проект № 26» и разрабатывавшегося в ленинградском ЦКБС-1, был положен теоретический чертёж ещё более крупного, чем «Монтекукколи», «ансальдовского» крейсера «Эугенио ди Савойя», для которого первоначально предназначалась и доставленная в Советский Союз главная энергетическая установка.
Характерно, что фирма «Ансальдо» давала советской стороне гарантию достижения кораблём скорости 37 узлов на испытаниях при условии постройки его по её теоретическому чертежу, размещения механизмов и котлов аналогично «Евгению Савойскому», а также при водоизмещении крейсера на испытаниях не более 7200 тонн.
Но по предложению КБ Ленинградского металлического завода им. И.В. Сталина (начальник — инженер Вульф) 5 ноября 1934 г. было решено установить на крейсере вместо 6 орудий главного калибра 9 (по 3 ствола в одной люльке). Это привело к увеличению водоизмещения корабля на 300 тонн. В связи с этим его корпус предложили сделать чуть крепче, чем по итальянскому проекту. Естественно, это повлекло за собой потерю скорости крейсера.
Разработанный проект главный конструктор А.И. Маслов свозил в Италию, где коллеги из «Ансальдо» тщательно его проверили и одобрили, оговорив, что 37 ранее гарантированных узлов этот корабль не даст.
Головной крейсер, получивший наименование «Киров», был заложен на Балтийском заводе 27 октября 1935 г. и спущен на воду 30 ноября 1936 г.
Итальянцы помогли с электрооборудованием крейсера. Так, фирма «Франко-Този» поставила 4 турбогенератора, а «Ансальдо» — дизель-генератор. На следующий год, 7 августа, «Киров» впервые вышел в морс, а полностью был введён в строй 26 сентября 1938 г.
Второй однотипный крейсер — черноморский «Ворошилов» — был спущен на воду 28 июня 1937 г. Но он простоял на стапеле почти два года и почти три — достраивался на плаву.
И если главную энергетическую установку (ГЭУ) — главный турбозубчатый агрегат, турбины и котлы для головного «Кирова» также делала фирма «Ансальдо», то для остальных крейсеров пр. 26 производство ГЭУ, турбин и котлов по итальянской лицензии осваивали советские заводы. В частности, главные турбозубчатые агрегаты изготавливалась на Харьковском тракторном заводе. Конструкторы стремились применять в них исключительно отечественные материалы.
Тем не менее во время постройки кораблей пр. 26 на отечественных предприятиях были освоены «ансальдовские» приёмы стапельных работ и технологии изготовления сложного корабельного оборудования. С технической помощью итальянских специалистов в сравнительно короткие сроки в советское производство было успешно внедрено большое количество новейших разработок, что впоследствии обеспечило достижение самостоятельности в создании корабельных механизмов большой мощности.
В частности, начиная с 1936 г. советские крейсеры получали 180-мм орудия типа Б-1-П с лейнированными стволами, размещавшимися в башнях МК-3—180. Специальную установку по изготовлению лёнеров итальянцы смонтировали, согласно договору с фирмой «Ансальдо», на заводе «Большевик» (бывший — Обуховский). Это заметно увеличивало живучесть стволов.
Кроме того, на первых крейсерах пр. 26 и 26бис устанавливались приборы управления стрельбой главного калибра «Молния» и «Молния-АЦ». Их основу составляли центральные автоматы стрельбы ЦАС-2 и ЦАС-1. Последний создавался с 1934 г. на базе итальянской «централи». Более того, в системе «Молния-АЦ» для учёта углов крена использовалась и гировертикаль «Шар» приборов управления огнём зенитной артиллерии «Горизонт-2», имевшая «американские» корни. В итоге, по мнению экспертов, советский крейсер со 180-мм артиллерией по огневой производительности главного калибра несколько превосходил иностранные «вашингтонские» крейсеры264.
Всего в СССР было построено 6 крейсеров по пр. 26 и 4 — по пр. 26бис. Все эти корабли прослужили в советском ВМФ до конца 1950-х — начала 1960-х гг., а «Киров» и «Слава» (бывший «Молотов») — даже до 1974 г. и 1973 г. соответственно.
21 декабря 1934 г. в Советском Союзе был утверждён и проект нового эсминца — пр. 7 типа «Гневный». При его проектировании конструкторская группа В.А. Никитина частично заимствовала и итальянский опыт, накопленный во всё той же фирме «Ансальдо». Эсминец «Мистрале», созданный её специалистами, стал ближайшим прототипом советской «семёрки» (об этом речь пойдёт чуть ниже).
В 1935 г. руководство ВМС СССР приняло решение заказать в Италии небронированный лидер-разведчик пр. 20И («импортный», «итальянский») или «быстроходный разведчик» (по документам). Задание, разработанное отечественными проектировщиками, было предложено трём крупнейшим судостроительным фирмам Италии: «Ансальдо», «Кантьере Навале дель Адриатике» («Адриатике», г. Триест), и «Одеро-Герни-Орландо» («ОТО», г. Ливорно). Наиболее выгодные условия были предложены последней, с которой 9 сентября того же года в г. Ленинграде представители «Судопроекта» заключили договор о проектировании и постройке лидера и об оказании технической помощи при строительстве такого же корабля в СССР. С советской стороны документ подписал директор «Судопроекта» Л.С. Окорский265, а с итальянской — директор-распорядитель фирмы «Одеро-Герни-Орландо» инженер Л. Орландо.
В техническом задании на лидер-разведчик советская стороны указала только его общие данные, оговорив, что 130-мм пушки главного калибра должны были быть поставлены уже в СССР, а ПУС главного калибра, зенитные установки, торпедные аппараты и торпеды должны быть итальянскими.
11 сентября того же года вышло постановление СТО о постройке в Италии лидера проекта «И» (проекту был присвоен номер 20). Проектирование корабля специалистами фирмы «ОТО» началось с октября 1935 г. и велось под наблюдением Морской комиссии заказчика, которую возглавляли А.С. Кассациер (от Главморпрома) и М.П. Бомзе (от УВМС РККА). Кроме того, в состав комиссии входили отдельные конструкторы ЦКБС-1: В.Г. Королевич, В.И. Гинзбург, Г.Г. Краснов,
