который я видела. Господин Май, диск, который ты сформировал, похож на одну из разновидностей Щитов. Сосредочься. Я протестирую его на прочность. Готов?
– Всегда готов! – Май широко ухмыльнулся. Без рук, с торчащими из плеч огрызками щупалец, он выглядел жутковато.
Клия положила руку на завесу, и та, рассерженно зажужжав, ударила в диск небольшой синей молнией. Что-то громко взвизгнуло. Значки по завесе побежали с удвоенной скоростью. Щелкнула вторая молния, потом третья.
– Все, – Клия убрала руку. – Действительно, Щит поверхностной разновидности. Девяносто единиц. Возможно, выдержит и больше, но рисковать не станет. Поздравляю, Сира, у нас еще один новый рекорд. Предыдущий трехлетней давности был, кажется, семьдесят два. Двойной кубирин – и двойной Атрибут огромной силы. Обрати внимание, – она ткнула пальцем в группу значков слева от себя, – мальчик совершенно не истощен усилиями. Пределы его выносливости еще нужно устанавливать, но, думаю, сейчас не обязательно.
Она повернулась к попечительскому совету.
– У меня все, – слегка поклонилась она. – Если ни у кого нет вопросов, мы закончим.
– Вопросы только-только появляются, – отец Сумарто сжал губы в тонкую линию. – Но задавать их сейчас незачем. Давайте освободим Арену и вернемся в зал. Нужно согласовать окончательную версию доклада с учетом полученных данных и обсудить дополнительные детали. Госпожа Клия, мы закончили.
– Шох! – Клия махнула рукой в сторону мальчишки, и после некоторой паузы диск перед ним распался. Щупальца, замерцав, почти мгновенно слились друг с другом и превратились в обычные руки, сжатые в замок. Камни кубирина, вспыхнув в последний раз, безжизненно погасли. – Господин Май, я снимаю экран. Сглотни, или у тебя может заложить уши.
– Секундочку! – мальчишка вскинул руки, и уже повернувшиеся было члены попечительского совета замерли. – Еще один эксперимент, если не возражаете. Пусть меня авторизует она.
Мира, в которую уперся его палец, задохнулась от неожиданности. Он что, совсем дурак? Как она может его авторизовать?
– Господин Май, – терпеливо проговорила Сиори, – на территории Академии Высокого Стиля способностью к авторизации кадетов обладают только и исключительно воспитатели. Даже высшие армейские и полицейские чины не могут здесь никого авторизовать.
– И все равно, давайте попробуем. Что вам, жалко?
– Господин Май, авторизация невозможна без ключ-перстня…
– Так дайте ей кто-нибудь на время, – Май пожал плечами. – Делов-то!
– Ключ-перстень делается под заказ, на конкретного человека. Никто другой не может…
– Двойного кубирина у вас раньше тоже не появлялось! – рассерженно сказал Май. – Госпожа Сиори, не упрямься. Просто давай попробуем. Отдай ей свой перстень на минуту. Не получится – возьмешь обратно. А вдруг?
Поколебавшись, Сиори в свой черед пожала плечами.
– Хорошо. Вреда от опыта не будет. Кадет Мира Аттэй, ко мне.
Мира ошеломленно смотрела на ректора. Она что, всерьез? Хана слегка толкнула ее в спину, и Мира на негнущихся ногах подошла к Сиори.
– Надень на указательный палец, – та сдернула со своего пальца ключ-перстень и протянула ей. – Попробуй выполнить авторизацию. Команда – «цан». Выполняется с резким распрямлением руки и пальца. Представь, что хочешь по носу щелкнуть авторизуемого.
Мира осторожно, обеими руками, приняла перстень в сложенные лодочкой ладони.
– Надевай, – нетерпеливо поторопила ее ректор. – Не бойся, он не кусается.
Мира медленно, словно и в самом деле боялась, что тот укусит, надела перстень на указательный палец правой руки. Тот, свободно скользнув на среднюю фалангу, вдруг сжался и плотно обхватил ее.
– Движение руки вперед, распрямление пальцев, команда «цан», – напомнила Сиори. – Выполнять!
Мира вздохнула. Ну, в конце концов, она не сама напрашивалась на то, чтобы выглядеть по-идиотски.
– Цан! – несмело сказала она, тыкая пальцем в Мая.
И тут же упала на колени, задохнувшись от боли от внезапно раскалившегося перстня, пронзившей руку до самого плеча.
Заключенный внутри синей завесы мальчишка зарычал. Его руки нелепым движением, словно у марионетки, взлетели вверх и выпрямились горизонтально полу. И тут же два извивающихся пучка щупалец выстрелили в стороны, врезавшись в защитную завесу.
Тяжелый глухой удар сотряс все здание спортзала. Воздушной волной Миру бросило на спину. Голубой экран прогнулся и лопнул в двух местах и тут же разлетелся в стороны цветным паром, мгновенно растворившимся в воздухе. Пучки щупалец, по толщине не уступающих древесным стволам, ударили в стороны и вверх, и на сей раз они не ограничились потолком.
Со страшной силой щупальца врезались в стены спортзала, чудом миновав головы сидящих на скамьях кадетов. Мальчишки и девчонки в спортивной форме брызнули в стороны, словно мальки на мелководье, и вслед им летели брызги серого крошева, в которое превращалась старинная каменная кладка стен, не выдержавшая натиска Атрибута. По всему периметру зала стекла в окнах под потолком лопнули и вылетели наружу прозрачным дождем. Май уже не рычал – он стоял, оскалив зубы, и два толстенных пука извивающихся огненных канатов, начинающихся от его плеч, продолжали кромсать и рвать стены, которые, наверное, могла пробить не каждая пушка. Даже сквозь туманящую разум пелену боли Мира почувствовала панический ужас. Что же такое она притащила через портал?
Плащ-Атрибут за спиной Саомира резко взметнулся вверх и мгновенно раздулся в пятисаженное облако, налившееся устрашающей грозовой чернотой. Миг, и облако обрушилось на мальчишку, окутывая его со всех сторон – только для того, чтобы разлететься в стороны таким же бесплотным паром, как и магическая завеса Арены. Проректор по воспитательной работе оскалился, схватился за голову и повалился на колени.
– Внимание! Недопустимые входные данные! – откуда-то сверху произнес бесплотный бесполый голос. – Модель отключена. Недопустимые входные данные. Модель…
Голос замолчал.
– Шох! Шох! Шох! Шох! – Сиори, Клия, Айсока и Грампа одновременно выбросили вперед руки, отменяя авторизацию.
В течение пяти ударов со страшной скоростью колотящегося сердца не происходило ничего. Потом пронзающая руку боль пропала, и Мира едва не задохнулась от немыслимого блаженства. Щупальца Мая вспыхнули напоследок и растаяли в воздухе, снова сменившись обычными руками. Он покачнулся и медленно повалился сначала на колени, потом на бок и неподвижно замер. Клия подбежала и склонилась над ним.
– Абсолютное оружие… – пробормотал Сэйсота, обводя взглядом почти наполовину разрушенные стены. Барон выглядел оглоушенным и постаревшим.
– А уж во что обойдется ремонт зала! – хладнокровно добавил Пристин Кузарра. – Боюсь, бюджет нынешнего квартала придется серьезно перекраивать. Госпожа Клия, что с мальчиком?
– Без сознания, – откликнулась та, распрямляясь. – Кожа под кубирином покраснела. Похоже на ожог. Но сердце бьется ровно, дыхание нормальное. Обычное истощение новичка, случается восемь раз на дюжину. Саомир, не пытайся встать, я сейчас…
– Я в порядке! – прохрипел проректор, тяжело поднимаясь с колен.
– Но тебя…
– Я же сказал – я в порядке! – рыкнул мужчина. – Займись мальчиком.
– Хорошо… – Клия с явным недоверием посмотрела на
