состава. А поскольку капитан не
один загрузил свой авто на борт,
вместе с ним ходили задумчивые
еще несколько человек, включая
старпома и боцмана. Ругань с на-
чальством порта и кабинетом бургомистра ни к чему не приве-
ла, а бодяга на уровне министерств могла растянуться на месяц,
что грозило нашим автовладельцам по приезде в Союз перестать
быть ими. Капитан, было, совсем опустил руки, но тут старпома
осенило, да так, что тот с ходу заработал литр виски с закуской от
благодарных автолюбителей. Порывшись в закромах, боцман из-
влек оттуда солдатские гимнастерки, кирзовые сапоги, дюжину
пилоток. Недостающее, включая офицерское обмундирование,
достали в городе у бывших земляков. Наступило очень раннее
утро. Пустынные улицы немецкого городка, тишина, слышно толь-
ко пение птиц. И вдруг тишину разрывает марширующий шаг и рев
марша «Вставай, проклятьем заклейменный…»
С начала и по всей улице, по центральной площади, через весь
город марширует колонна «советских солдат» во главе с «офице-
ром», чеканя шаг, выбивая искры из мостовой, и во весь голос ору-
щих гимн мирового пролетариата. Что при этом испытали немцы,
еще помнящие 1945 год, наверно можно себе представить. Вы-
званный для объяснений капитан судна поведал бургомистру, что
пока судно стоит в порту и делать им нечего, они будут каждое
утро маршировать по городу и петь песни, поскольку военно – па-
триотическое воспитание моряков никто не отменял. «Мы еще и
учения устроим, – сказал в конце капитан и, мрачно посмотрев на
бургомистра, добавил, – Можно совместные…»
Стоит ли говорить, что в тот же день судно отправили восвоя-
си, и оно вовремя прибыло в порт приписки.
СУМАСШЕДШИЙ СТАРПОМ
На одном из рыболовецких траулеров работал боцман Жора,
отличавшийся редкостным чувством юмора и непреодолимым
желанием периодически над кем-нибудь подшутить. А поскольку
117
![]()
плавания были долгими, по несколько ме-
сяцев, то старпом, дабы сильно не скучать
тайно приносил на борт мелкокалиберную
винтовку и в свою смену, обычно ночью,
когда никто не видел, упражнялся в стрель-
бе по всяким консервным банкам – бутыл-
кам и прочей дребедени. Затем, всё убрав,
и припрятав винтовку спокойно сдавал пост
и шел спать. Надо заметить, что от такого
длительного пребывания вдали от суши и
людей, постоянной работы и практически
полного отсутствия развлечений люди несколько тупеют, не со-
всем адекватно всё понимают, и вообще крыша у них съезжает.
К слову надо добавить, что лов рыбы производился недалеко от
территориальных вод не наших государств. Вахту нес в тот вечер
наш боцман Жора, а старпом, зная, что тот свой человек, вышел
пострелять со своим стволом. Пострелял, охотку сбил, настроение
поднял и заходит в рубку к боцману, который всю эту картину на-
блюдал и просит закурить у боцмана. Тот говорит «Сейчас при-
несу, только ты побудь здесь, за компасом посмотри». Тот есте-
ственно, какие проблемы и становится за штурвал, а винтовка у
него на плече висит. Боцман бежит со всех ног в каюту и начинает
будить весь экипаж, страшным шёпотом, при этом приговаривая,
что старпом окончательно спятил, захватил с оружием судно и на-
правляется к берегам чужой земли, ища политического убежища,
и пора его идти всем скопом вязать. Народ спросонья ошалел, од-
нако, подкравшись к рубке, все ясно увидели старпома, стоящего
за штурвалом с винтовкой наперевес и застывшим взглядом на
каменном лице. Что тут началось! Со всех сторон, как муравьи на
него нападали матросы, каждый бил как мог и чем мог, так как
каждый боялся, что старпом выстрелит именно в него. На весь
корабль страшный крик, мат, ругань. Пинки и зуботычины щедро
раздавались ничего не понимающим старпомом направо и на-
лево (мужик он был здоровенный). Однако массой задавили его,
скрутили, связали и в трюм. Напрасно боцман пытался остановить
народ, пытаясь убедить, что это была просто шутка – никто его не
слушал!
Капитан пока разобрался что к чему, пока поверил, старпом
двое суток в трюме отлежал голодный. Когда вышел не бритый,
118
![]()
злой как собака, сначала хотел обидеться. Но потом передумал –
всё-таки все повеселились, свои же люди, русские!
СУМАСШЕДШИЙ РУЛЕВОЙ
В одном экипаже БМРТ был здоровенный рулевой Вася, об-
ладающей неимоверной силой. Работящий, молчаливый, немно-
го тормоз по жизни, но вполне безобидный. И был еще молодой
штурманец, которого не только рулевой Вася, но и вся команда
недолюбливала. Однажды третий механик решил пошутить. По-
дошел к Васе и сказал, что вахтенный штур-
ман просит принести в ходовую рубку лом.
Зачем, почему, мол, не знаю. Надо – так
надо. Вася пошел за ломом, а третий меха-
ник побежал в рубку. Сделал перепуганное
лицо и срывающимся голосом сообщил
штурману, что Вася, скорее всего, сошел с
ума: схватил лом, гоняет всех по пароходу,
кого-то покалечил. В этот момент Вася с ло-
мом в руках появляется за дверью ходовой
рубки по левому борту... Штурман вылетел
вон через дверь правого борта. Вася, есте-
ственно, в недоумении, идет туда же, протягивая штурману лом.
Тот по трапу взлетел на крышу ходовой и полез по мачте вверх. Су-
матоха привлекла внимание, собрался народ, начали обсуждать,
выяснять, потом ржать, кричать штурману, что это была шутка.
Штурманец не верил и сидел на мачте минут двадцать, до тех
пор, пока капитан не обматерил его так громко, что шарахнулись
чайки.
ЛЮБОВЬ СЛЕПА…
На одном из малых противолодочных кораблей ТОФа началь-
ник радиотехнической службы был просто гомосеком! Не смотря
на этот шокирующий факт, служба на том корабле текла потихонь-
ку – ни шатко, ни валко, ни на сторону. В общем, «без происше-
ствий». В очередной призыв прибыл на этот корабль молоденький
новобранец, родом из солнечной советской республики Узбеки-
стан. И приглянулся этот узбекский молодец нашему начальнику
РТС. Любовь слепа! И начал НРТС его по – всячески обхаживать, и
в конце – концов назначил этого матросика приборщиком в своей
119
![]()
каюте. А затем потихоньку его и
самого «прибрал» своими ручон-
ками шаловливыми! Юный узбек
терпер – терпел, и в конце – кон-
цов не выдержал и прибежал на
прием по личным вопросам к Ко-
мандующему эскадрой противо-
лодочников. В назначенное вре-
мя прибывает к нему в кабинет и
с порога докладывает: «Таварищ капитан первый ранг! Меня мой
начальник ибет!». Старому моряку и в голову не могло прийти,
что начальник этого молоденького матроса может «ибать» в пря-
мом смысле этого слова!
Он понял, что тот его всего лишь воспитывает, приучает, так
сказать, стойко переносить «все тяготы и лишения военно-мор-
ской службы». И вот, в ответ на это страшное признание, коман-
дир эскадры глубоко вздыхает, встает из-за своего стола, подходит
к узбеку, отечески хлопает его по плечу и говорит: «Понимаешь,
сынок, у нас на флоте так принято... Тебя твой начальник *бет, я
*бу твоего начальника, меня *бут в штабе флота, а их из Москвы
приезжают и тоже периодически по*бывают. Так на флоте поло-
жено! Так что, сынок, иди и служи себе спокойно...». У бедного
матроса чуть инфаркт не случился после этих слов! Осознав, что
