– Если вы сообщите мне код доступа, я сделаю это сам, – ответил Милтон. – Это стандартный протокол, вы должны его знать.
Шаттл вздрогнул, когда торпеда пронеслась всего в нескольких метрах от его хвоста. По инерции пролетев еще немного, она затормозила и начала угрожающе разворачиваться.
– Простите, но я не знаю никакого кода.
– Ложь!
– Более того, я весьма смутно представляю, о чем вы говорите.
– Что? – Милтону приходилось прикладывать значительные усилия, чтобы одновременно уклоняться от торпед и вникать в смысл сказанного Верховным Архитектором. – Это стандартный код! – Теперь он почти кричал, чтобы заглушить вой аварийной сирены. – Его знают все старшие офицеры Прокламации Теней!
– Ах вот оно что, – улыбка на экране слегка поблекла. – Напомните, кем вы меня считаете?
Милтон чудом отвернулся от торпеды, которая едва не задела крыло корабля.
– Верховным Архитектором Прокламации Теней, – процедил он сквозь сжатые зубы. В следующую секунду его прошиб холодный пот. – Если, конечно…
Изображение пошло рябью, но дело было не в неисправности монитора. Строгие черты Верховного Архитектора постепенно расплывались, сменяясь пустым овалом.
– Двойник?!
– Как лестно, что вы меня помните, – ответил юноша. – Признаться, мы ожидали, что вы догадаетесь раньше. Вы же не думали, что после таких преступлений вам действительно предложат амнистию?
– Я увидел, кого хотел… Кого надеялся увидеть, – пробормотал Милтон. – И услышал то, о чем мечтал.
Лицо на экране не несло ни тени эмоций, однако контур губ все-таки изогнулся в улыбке.
– Кажется, это и называется «сработано на совесть»?
Милтон усилием воли оторвал взгляд от экрана – как раз вовремя, чтобы заметить несущуюся на него торпеду. Нужно сосредоточиться. Он выпутывался и не из таких передряг.
Мужчина адресовал Двойнику вымученную улыбку.
– Прошу прощения, но в данный момент я немного занят. Не беспокойтесь, вы получите обещанные ракеты, как только я улажу текущие дела. Надеюсь, это все? Или хотите еще немного позлорадствовать?
– Я не собирался злорадствовать, – тихо ответил Двойник. – Просто поддерживал связь между кораблем и особняком.
Экран начал гаснуть. Лицо Двойника исчезло, но Милтон еще успел услышать его последние слова:
– Силуэт просила передать, что ей жаль.
Милтон остался в одиночестве. Со лба мужчины градом катил пот. Поднырнув под первую торпеду, он с трудом избежал встречи со второй. Нужно сосредоточиться. У него все получится.
Милтон снова скосил глаза на боковой монитор.
Время до столкновения: 23
Ничего. Все в порядке. У торпед тоже не бесконечный запас топлива.
«Я просто поддерживал связь…» Что имел в виду Двойник?
Не важно. Об этом можно подумать и потом.
«Силуэт просила передать, что ей жаль».
Сосредоточься.
Силуэт? Нет. Нет, пожалуйста.
Милтон рискнул опустить взгляд под ноги. Возле капитанского кресла лежал только один лист бумаги. Где, черт побери, остальные? Милтон сжал зубы и заложил мертвую петлю.
Время до столкновения: 17
Он невольно взглянул на лист снова. Бумага слегка трепетала, будто охваченная дрожью. Внезапно чернила начали расплываться и струиться к центру листа.
Время до столкновения: 13
Милтон рывком поднял бумагу. Под его взглядом чернила застыли, сложившись в единственное слово:
Простите
Сосредоточься. Это ничего не значит.
Время до столкновения: 10
Торпеды приближались к нему с двух противоположных сторон. Вот его шанс. Верно рассчитать время, подпустить их достаточно близко – и в последний момент нырнуть вниз, чтобы они уничтожили друг друга. Проще простого.
Время до столкновения: 7
На счет три, решил Милтон, обхватывая потными ладонями главный рычаг.
Время до столкновения: 4
Перед лицом Милтона взвилась бумажная метель. Кабину наполнил рой крохотных птичек, которые острыми крыльями жалили его лицо, забивали глаза, рот, нос, уши и волосы. Мир окрасился мертвенно-белым цветом. Внезапно что-то острое чиркнуло его руку, и мужчина с криком выпустил рычаг. Он принялся отбиваться от птиц обеими ладонями, то шипя от боли, то рыча от ярости. Одна из птиц зависла у него перед глазами, и Милтон с содроганием узнал собственный почерк, замысловатой вязью покрывавший треугольное тельце и крылья. Он с ненавистью отмахнулся от птицы, и бумажная вьюга на секунду рассеялась, позволив ему взглянуть на боковой монитор.
Время до столкновения: 1
Мир потонул в огне и грохоте.
Фонтан пламени на секунду озарил космическое пространство – и тут же погас, поглотив весь высвобожденный кораблем кислород. Обугленные, искореженные обломки шаттла начали медленно разлетаться в разные стороны.
Единственная бумажная птичка, чудом уцелевшая в пожаре, еще пару раз беспомощно взмахнула крыльями – и наконец отдалась на волю космической пустоты.
Глава 21
Облако окончательно рассеялось, и воздух над Ярмаркой диковин очистился. Лондонский смог еще не успел отвоевать себе вечернее небо, и над вытянутой рукой распорядителя раскинулась удивительная палитра цветов. Красная, желтая, оранжевая краски перемешивались на глазах, составляя неповторимую гармонию зимнего заката.
Толпа разразилась восхищенными возгласами и аплодисментами. Затем свет замерцал и начал блекнуть, пока совсем не скрылся за серыми крышами набережной – но овации звучали еще долго после того, как закончилось световое представление.
– Думаю, Прокламация Теней наконец напала на след нашего мистера Милтона, – сказал Доктор Страксу. – Я видел, как взлетает его корабль.
– Бюджетный шаттл класса «клипер», – согласился Стракс. – Маневренный, но фактически без вооружения на борту и с никудышной системой автоматического уклонения.
– Quod erat demonstrandum[3], – многозначительно изрек Доктор.
Стракс нахмурился.
– Эта система мне не знакома, – и он указал на стремительно темнеющее небо, которое медленно подергивалось дымкой неизменного смога. – Но энергослед с большой вероятностью указывает на самонаводящиеся торпеды класса «Декселлер».
Доктор с трудом удержался от улыбки.
– Знаешь, в чем твоя проблема, Стракс? Ты не замечаешь красоту мира.
– Я признаю красоту войны.
– Боюсь, здесь мы не сойдемся во вкусах.
Несколько секунд они стояли молча, наблюдая за выступлением акробатов.
– Но ты должен признать, – наконец сказал Доктор, – что у человечества есть талант и потенциал.
Ответа не последовало.
– Стракс?
Тот хрюкнул.
– Подобные обобщения по поводу всего человечества представляются мне нецелесообразными. Хотя эта раса изобрела минимум одно орудие, достойное восхищения.
– Серьезно? – Доктор вскинул брови. – Это какое же?
– Им торгуют на одном из местных оружейных складов, – и Стракс повел Доктора в гущу ярмарки. – Местные аборигены называют его «яблоко в карамели».
* * *
– Стракс не понял, что их едят, – прошептал Доктор Кларе. – Он решил, что это портативный пушечный снаряд.
Вечером они все, включая Двойника и Силуэт, собрались на Патерностер-роу. Клара искренне наслаждалась беседой, но по тому, как ерзал Доктор, было понятно, что ему не терпится вернуться в ТАРДИС. Клара предложила бы задержаться еще на пару деньков, чтобы как следует отдохнуть в атмосфере викторианского Лондона, но понимала, что это бесполезно. Впрочем, ей удалось убедить Доктора попрощаться как следует, а не уходить в стиле столь любимых им британцев.
