ударили по голове, а потом задушили. По моим подсчетам, это произошло во время салюта. Но пойдемте, посмотрим, хватит болтать в коридоре.
И Зург решительной поступью направляется в сторону библиотеки. Мы с Мэем следуем за ним. Экзорцист задумчиво молчит, а я пытаюсь прикинуть, кому мог помешать наш гоблин-библиотекарь, и связано ли это с убийством Галки.
Горм Странцелист у нас, конечно, не самая симпатичная личность. Характер у него скверный и привычки гадкие, но все же гоблин «является знатоком книг и обладает обширными знаниями» (ну, по словам нашего коменданта). Когда я только устроилась на работу в СУМРАК, Зург говорил, что Горм знает каждую книгу в библиотеке, ее автора и содержание, помогает студентам находить нужные им материалы для учебы и чтения и даже организует книжные выставки. Вот это я, конечно, представляю с трудом. Книжные выставки в исполнении гоблина и его носка? Ужас. Наверно, комендант ему польстил.
Это потом я познакомилась с гоблином поближе и выяснила, что трудолюбием он не отличается. Более того, обожает дрыхнуть посреди рабочего дня! Горм любит дремать и постоянно ищет возможности устроиться на небольшой отдых. Иногда можно увидеть, как он спит прямо на столе! За порядок в библиотеке в это время отвечает носок. Охранник он, прямо скажем, не очень, но с ним стараются не связываться. Интересно, успел ли он увидеть убийцу хозяина?
А кстати, как вообще выяснилось, что Горм мертв? В смысле, кому понадобилось идти в библиотеку после салюта, то есть практически посреди ночи?
— Господин Зург, а кто обнаружил тело? — спрашиваю я у идущего впереди коменданта. — Носок?
— Труп нашла покойная Галгалея, — не оборачиваясь, заявляет комендант. — А его фамильяр Мистер Носок пропал.
Ничего себе! Первый раз вижу, чтобы первый труп в деле стал свидетелем убийства второго.
Нет, теперь я просто обязана выяснить все подробности!
— А можно как-нибудь поподробнее? Может, это для вас труп в Академии это рядовое событие, а мне интересно!
Зург фыркает и, не сбавляя шага, начинает хмуро пересказывать драматическую историю, как Галка разобиделась на ректора, потому что тот весь бал провел с Федором Ивановичем! Галгалея, значит, хотела, чтобы Урлах-Тор уделял ей внимание, а он увлекся обсуждением будущей практики, потом перешел на какие-то финансовые вопросы, потом еще на что-то… и в итоге они со следователем вели мужские разговоры чуть ли не до салюта!
— Я понимаю флуктуацию, — хмыкает Мэйлин. — Я сам едва дождался, когда эти голубки отойдут друг от друга.
«Дождался!». Я из-за его «дождался» как раз салют и пропустила! Ну и убийство, получается, тоже.
Зург останавливается у входа в библиотеку и поворачивается к нам лицом.
— И вот, после салюта Галгалея закатила ректору истерику и полетела в библиотеку жаловаться Горму. А там — труп. Она сразу позвала Урлах-Тора и меня. Мы с ректором решили пока не пугать студентов: он вызвал следователей из Ионеля, а я пошел звать вас двоих, посмотреть.
Я-то понятно, а зачем в библиотеке экзорцист? Или Горм тоже ожил? Осторожно уточняю это у подпирающего спиной дверь Зурга, и тот хватается за голову:
— Нет! Марина, не каркайте! Хватит нам одного неупокоенного призрака в Академии, — чуть успокоившись, он добавляет. — Я, собственно, для этого вас и позвал. Хотелось бы сразу понять, стоит ли ждать сюрприз.
Мэйлин кивает и вопросительно смотрит на меня.
— Что? Я тоже хочу посмотреть на труп! Не в смысле «жить не могу без трупов», а у меня вообще-то расследование Галкиной смерти! Хотя сейчас, конечно, будет новый виток.
— Не сомневаюсь, — хмуро говорит комендант и тянет за ручку.
Дверь открывается, и мы заходим в библиотеку. Осматриваюсь. Тут все как обычно: тихо, спокойно, воздух пропитан запахом книг и старого дерева… тьфу!
Никакого «как обычно», разумеется! Где летающие лестницы? Где храпящий гоблин-библиотекарь? Где следящий за порядком говорящий оранжевый носок? Где, на худой конец, призрак Мымры, которая тут за последний месяц почти прописалась? Ночная библиотека выглядит абсолютно ненормально!
— Мы временно остановили лестницы, — поясняет комендант. — Идемте, труп тут.
Проходим вслед за Зургом вглубь библиотеки. Тело несчастного гоблина обнаруживается за столом, лицом вниз. Затаив дыхание, подхожу поближе и осторожно осматриваю труп: открытые глаза, высунутый язык и потемневшее от удушья лицо.
Мэй берет меня за локоть и тревожно заглядывает в глаза:
— Ты в порядке?
Фыркаю и объясняю, что трупы уже давно не выбивают меня из колеи — ну, если они не падают мне на голову, как Галка.
— Где она, кстати?
— Десять минут назад она билась в истерике в ректорском кабинете. — Зург устало трет глаза. — Надеюсь, что бедолага Горм не надумает тоже ожить…
— А, да! Сейчас посмотрю, — спохватывается Мэй.
Он вытаскивает из кармана стеклянный шар и склоняется над телом, рассматривая мертвого Горма словно сквозь призму. Интересно, что он там видит? Гоблинские эманации?
На труп я уже насмотрелась, поэтому разглядываю экзорциста. Вижу, как его лицо на секунду становится сосредоточенным и даже строгим, а потом Мэй выпрямляется и ерошит свои и без того лохматые волосы:
— Фон в норме, библиотекарь не должен ожить. Главное, не подпускать кошку, призывающую призраков.
Ага, как же! Зург немедленно сообщает, что сделает с дроу, если какая-нибудь из его кошек станет причиной появления нового призрака, и Мэй тут же бросается его успокаивать. Рассказывая, что никаких призраков тут быть не должно, и вообще, он сейчас дождется следственной группы и наложит на тело гоблина какую-то защиту. Из тех, что применяют, когда покойник уж больно нехорошо помер. Когда? Ну, например, в результате публичной казни!
Зург от такого энтузиазма слегка теряется и позволяет себя успокоить. А я тихонечко ретируюсь в сторону трупа: там как-то безопаснее. Боюсь представить, откуда у экзорциста столько энергии!
Вскоре в библиотеку приходят Федор Иванович и ректор — он просит никого не расходиться, потому что вот-вот должны приехать следователи из Ионеля.
— Вы, Мариночка, можете пойти спать, — спокойно говорит Федор. — Хотя… ладно, я вижу, что вы хотите быть в гуще событий.
Ну, и как мне теперь с ним общаться? Отвести в сторону и сказать, что я не имею видов на экзорциста? Или просто вести себя как обычно?
А, впрочем, с чего это я должна переживать? Пускай про общение с Федором думает Мэйлин! Я тут вообще не причем!
— Все-то вы знаете, Федор Иванович. А может, я схожу на кухню и принесу чаю? Или кофе?
Следователь вопросительно смотрит на Урлах-Тора, и тот кивает. Ретируюсь за кофе, потом за чаем. Потом выясняется, что никто не настроен пить чай в сомнительной компании бедолаги Горма,
