class="p1">Тварь бросилась с ошеломительной скоростью к тигру с ятаганом. А тот замахнулся для удара, его мышцы вздулись, морда исказилась в злобной и яростной ухмылке. Он рванул сталь, а паук потянулся к нему передними как лезвия острыми лапами, покрытыми шипами.
Звон! Словно сталь ударилась о лапу твари! Ятаган не проломил хитин, отлетел, но из рук не вылетел. Другой надзиратель быстро приближался со спины к твари. А та встала на шесть задних лап и принялась колоть, лапы тёмными росчерками мелькали у головы тигра. Но он не переставал уклоняться, парировать, даже если и не имел шанса контратаковать, он, по крайней мере, не проигрывал. Тянул время. И его брат не стал церемониться.
— АААААР-РХ!!! — безумный рёв пронёсся по округе.
Тигрид начал меняться прямо на бегу: его шкура бугрилась, словно под ней снуют тысячи червей, хрустели кости и суставы, густая шерсть выбралась наружу. Я видел, как жёлтые клыки росли на глазах, выпирали из челюсти, оттопыривая чёрные кошачьи губы. Позвоночник выпирал опасными наростами, а когти изогнулись, словно у коршуна — каждый размером с кинжал.
«Очень похоже на то, как преобразовалась та свинья… Только выглядит куда угрожающе».
— Телесный! Обернулся! — неосторожно бросил койотид, и в глазах его сверкнул свет страха и интереса.
— Что это значит?! — крикнул я.
Его взгляд резко сменился, в глазах мелькнул ужас, он замахал руками и затараторил:
— Нет! Ты ничего не слышал! Тебе нельзя знать!
«И после таких слов ты думаешь, я с тебя слезу?» — раздражённо подумал я и закричал: — Рассказывай!
Кровь в жилах резко ударила в голову, рука метнулась к его горлу. Но не достигла цели. Земля сотряслась, ноги подкосились, я обернулся.
Тигрид теперь не сильно напоминал того зверлинга. Он стал монстром. Не тем чудовищем, каким был паук, но всё его тело изменилось, конечности удлинились, мышцы бугрились и словно намеревались разорвать шкуру. Каждая конечность словно застыла между человеческой и звериной, но в то же время стала куда совершеннее, откинув все недостатки.
И он летел. Прыжок был невероятным. Он стремительно врезался в тварь, когти пробили брюшко, выплескивая тёмную кровь.
— Ио-о-о-о-о-а!!!
Тварь завизжала истошным свистом, будто крики десятков грешных душ. Одним сумасшедшим ударом она рубанула по тигру с ятаганом перед собой, и тот закувыркался по пыльной дороге.
— Брааат! — неестественный звериный крик ударил по ушам.
Тело тигрида закончило вертеться и остановилось. Голова была расколота, мозги разлетелись по дороге, каждая лапа неестественно вывернута. Он умер в мгновение ока.
— ААААААААА!!! — истошно заревел другой.
Он принялся кромсать тварь, когти вырывали целые куски плоти, стараясь добраться до внутренностей. Тварь начала носиться по округе, стараясь сбросить противника. Тельце малыша развернулось на сто восемьдесят и начало колоть того своими острыми хелицерами, торчащими из детских плеч. Но тигр будто перестал чувствовать боль, ему выбили глаз, прокололи щёку и наделали ещё десяток дыр по телу, пока тварь не прошлась спиной о стену. Только тогда он спрыгнул, а паук полез на здание, цепляясь за щели и углы, всё быстрее удаляясь от школы, где прятались испуганные невольники.
— Не уууу-уйдё-ёшь!!! — прогремел надзиратель.
Руки и торс тигрида словно сжались, уменьшились, да так, что шкура напоминала тонкую прозрачную кожу, через которую можно было рассмотреть каждую мышцу и жилу, мышцы на руках и торсе усохли. А вот ноги, наоборот, стали больше, обросли новыми мышцами.
— Что с ним происходит?! — спросил я грубо у койотида.
Тот не успел опомниться с такой наглости и выпалил:
— Перевёл силу вниз, только Телесные так могут! Они способны манипулировать своим телом, менять его в определённой мере! Он бросил на меня нерешительный взгляд: — Если кто-то узнает, что я тебе это рассказал, нас обоих прикончат! Так что держи пасть на замке!
— Смотри! — крикнул я.
Тигрид сорвался с места, взвив облако пыли и вырвав куски земли. Он взлетел по стене, оставляя в ней дыры и борозды от когтей. С сумасшедшей скоростью он приближался к твари, а та спешила убраться, понимая, что с обезумевшим тигром ей не справиться.
Глаза мои ухватились за почти невидимую нить, похожую на радужные разводы бензина на воде. Она тянулась от тела мёртвого надзирателя к пауку. Та встретила её, широко раскрыв детский ротик. Затем её всю затрясло, хитин на лапах начал лопаться, а тело младенца росло, тёмные волосы появились на голове, лицо выглядело угловатее, а тело уже принадлежало мальчишке лет шести.
Они сошлись на вершине крыши, когда тварь почти перемахнула через козырёк. Тигрид влетел в неё, будто ракета, их тела оторвались от стены и начали падать с высоты в десяток метров. Но даже падая, они не перестали сражаться, тварь колола, тигр рвал и бил. И только когда они впечатались в землю, застелив всё пылью, определился победитель.
— Не-ет… — прошептал побледневший койотид.
Грудная клетка надзирателя была пробита острой лапой насквозь, из глаза торчал обломок одной из хелицер, что заменяли детскому тельцу руки. Морда тигра была покрыта кровью, но он всё ещё не умер. Он хрипел, руки подрагивали, кровь текла из ушей.«Это и мой шанс! Эта тварь сумела убить двух хищников и, видимо, поглотить их энергию! Она ранена, и, если у меня получится!» — мысль пролетела внезапно, а тело задвигалось до того, как я её осознал.
Я бросился к твари сломя голову, подхватил брошенный ятаган. Цепи мешали, но я прыгнул, замахиваясь, пропуская силу через всё тело и направляя её к кончику меча. Удар в миг достиг цели, пролетел между лап твари и даже не коснулся её. Но сейчас оно мне и не надо было. Толстое остриё отсекло тигрида, словно на хорошей казне, не задев кости. Тварь ударила сбоку одной лапой, я отбил её тяжёлым мечом, с трудом удержав его. Затем дёрнула лапой с насаженным мертвецов и его телом, попыталась снести меня, но я ловким заячьим прыжком убрался на метров пять.— Уходи оттуда!!! — кричал койотид, словно действительно беспокоился обо мне. До чего же он странный.
А тварь не двигалась, каждый из её восьми голубых глаз следил за мной. Всё её естество подсказывало, что я слаб, что лёгкая добыча. Но что-то её останавливало. Ровно до того момента, как полупрозрачная полоса и плотная чёрная не рванули ко мне наперебой. Они впитались в мою грудь, и я испытал почти наркотическую эйфорию. Сила наполнила каждую клетку моего тела.
Тогда-то тварь поняла, что
