которую можно было бы спихнуть «увечную» Гарриет. Да и такую ли «увечную»? Интуиция подсказывала, что не все так просто в этой истории, но вот найти Гарриет оказалось на удивление просто.
Анна минут пять наблюдала за тем, как копается в саду маленькая рыжая девочка, одетая в большие мальчиковые штаны и рубашку, доходившую ей до колен. Образ был настолько узнаваемый, — несмотря даже на смену пола, — а внешность до такой степени «мамина», что и захочешь ошибиться, не получится.
«Вот так по наглому? — спросила она себя едва ли не с восхищением. — Да, силен старик!»
Что ж, дело, которое должно было отнять у нее много времени и сил, разрешилось на удивление легко и быстро. Анна велела водителю возвращаться в Лондон, а сама прикрыла глаза и стала планировать, что и как станет делать в ближайшие сорок восемь часов. Первое и главное, забрать девочку. Но сделать это нужно так, чтобы никто не узнал, куда она делась и когда это произошло. Теоретически, проделывать такие фокусы Анна умела, но на практике никогда такого еще не делала, а значит следовало подстраховаться и взять с собой на дело «набор взломщика». И, разумеется, никаких такси. Только аппарация. И начать, пожалуй, следует, не откладывая — прямо сегодня ночью.
Оставшееся до полночи время Анна занималась подготовкой к рейду, приказав между делом домовушке Баре подготовить детскую комнату, а другой — по имени Ран — продумать и приготовить самый вкусный завтрак из всех возможных. Домовушки, узнав, что ночью к ним прибудет юная гостья, едва не умерли от счастья и умиления, но тут Анна вспомнила, что с одеждой у Хэтти не так, чтобы хорошо.
— Бара, посмотри пожалуйста в кладовых, не осталось ли там моей детской одежды.
— Той, что я носила лет в пять, — добавила, прикинув размеры девочки. — Найди и приведи в порядок. Если ничего не сохранилось, то попробуй перешить из того, что есть. Нам нужна пижама, домашнее и уличное платья поприличнее, трусики, туфли и летний плащ.
Отдав распоряжения, она спустилась в арсенал и занялась делом. Достала из одежного шкафа армированный кевларовой нитью «костюм ниндзя», берцы, кожаные перчатки с обрезанными пальцами и шелковую балаклаву, а затем в течении часа аккуратно покрывала все внешние поверхности «Зельем Оберона». Это было хитрое зелье, редкое и недешевое, но незаменимое для такого рода операций. Человек в костюме «под зельем», что называется, «исчезал с радара». Обыкновенные «следилки» и сторожевые чары до третьего уровня включительно на него не реагировали, собаки теряли к нему интерес, а люди и маги, находившиеся на расстоянии не больше двадцати метров, непроизвольно отводили взгляд. Следом за костюмом шла сбруя: поясной ремень и нечто вроде спецназовской разгрузки. В карманах и кармашках разместились артефакты различного назначения: защитные, подавляющие магловскую электронику, медицинские и парочка боевых — на всякий случай. Что касается зелий, то в специальном патронташе находились капсулы с полным набором боевых зелий, от восстанавливающих и стимулирующих до набора первой помощи при ранениях и проклятиях. Далее шли две кобуры, — набедренная и наручная, — для палочек и сами палочки. Завершали экипировку пара метательных ножей и боевой гоблинский кинжал. Одевшись и проверив, все ли на месте и хорошо ли закреплено, Анна выпила чашечку кофе и без четверти двенадцать аппарировала в сквер на границе Литтл Уингинга.
Постояв пару минут на месте, Анна тщательно просканировала окрестности, но ничего подозрительного не заметила. Теперь можно было начать движение, и она медленно, соблюдая все меры предосторожности, пошла по направлению к дому номер четыре по Тисовой улице. Первый признак того, что все в этом деле не так уж просто, появился в самом начале улицы. Простенькая, но хорошо замаскированная «сигналка», настроенная на магов. Если не знать, что ищешь, можно запросто пропустить. Но зато чувствительность у такой «сигналки» крайне низкая, и Анна прошла ее, совершенно не потревожив. Вторая и третья линии обороны располагались с передней и задней стороны дома и еще одна «сигналка» стояла прямо на дверях. Все они были настроены на ауру магов, но, имея в своем распоряжении «волшебный глушитель», Анна осталась ими незамеченной. А дальше все было бы просто, — «отпирающее», «сонное», «внушающее» заклинания, и дело сделано, — если бы один старый прохвост не заложил в доме не извлекаемую, как он, верно, считал, «мину ловушку». Это было очень сложное «пристяжное» заклинание. Оно привязывало одного из жильцов дома к самому дому, к городку Литтл Уингинг и к двум взрослым членам семьи. Легко догадаться, для чего это было сделано. Попробуй возьми ребенка, чтобы переместить его в другое место. Как только «оборвутся» все привязанные к нему нити, активизируются не только мощные сигнальные чары, но и «следилка», прикрепленная прямо к голове девочки. Вот тут Анне пришлось попотеть по-настоящему. Чары нельзя было отключить, их нужно было переставить на какой-нибудь другой объект. Этим она, собственно, и занималась почти целый час. Работа тонкая, требующая немалых знаний, особого навыка и недюжинной выдержки, но Анна умела собираться, когда ей это было нужно. Собралась и на этот раз.
Наконец в половине второго ночи все было сделано. Все люди в доме, кроме маленькой девочки в чулане под лестницей, спали волшебным сном. Утром, когда они проснутся, им придет в голову устроить себе длинные выходные и провести уикенд вдали от дома. При этом они совершенно забудут, что кроме них и их сына, в доме живет еще один ребенок. Они соберутся, сядут в машину и уедут, и, хотя девочки в их доме уже не будет, никто об этом не узнает, потому что все «поводки» теперь были привязаны к их сыну Дадли. Ну а «следилку» на голове девочки Анна пока просто «заморозила». Снимать ее она решила дома, в лаборатории. Тогда хитрый старик даже не узнает, что его «спящая закладка» уже обнаружена и обезврежена. Теперь можно было безбоязненно разбудить девочку.
Анна сняла с себя балаклаву, — нечего зря пугать ребенка, — и осторожно тронула девочку за худенькое плечико:
— Проснись, деточка!
— Не пугайся, — улыбнулась, посветив свое лицо слабеньким «Люмусом». — Я не сделаю тебе ничего плохого.
— Вы мне снитесь, тетя? — спросила тогда совершенно неиспуганная девочка.
— Нет, — покачала головой Анна. — Я настоящая. Меня прислала твоя мама. Она просила узнать, не хочешь ли ты оставить этот дом?
— Значит, вы ангел! — счастливо улыбнулась Хетти.
— Почему ты так решила? — удивилась Анна.
— Вы красивая, как ангел… Только кто-то вас обидел. — Маленькая ручка поднялась над одеяльцем и тонкие пальчики коснулись ее шрама.
Увидеть ее шрам при таком освещении мог только маг.
