том, что к особняку подъехало несколько экипажей, из которых выбралась достаточно большая компания мужчин и женщин. Поэтому мы забрали обнаруженный саквояж с деньгами, какие-то документы и быстро покинули квартиру. Хоть на этот раз полешук помог отправить поляков в ад. Только горло мадам Гиллер, дочку неудавшегося классика белорусской поэзии этого мира, я перерезал собственноручно. Брать пленника с собой не было никакого смысла. Мы просто не готовились к долгой акции, и уже через несколько часов нам надо быть на вокзале.
После экспресс-допроса, террористы поняли, что шутки закончились. Правда, Мерославский пытался чего-то верещать про его благородное происхождение, когда ему вынули кляп. Странный он какой-то. Наверняка до последнего не мог поверить, что мы пришли убивать. Затем после нескольких процедур что-то в его голове прояснилось. Этот профессиональный повстанец, замаравшийся во многих революционных событиях, вывалил целый воз информации. К сожалению, половину я уже знал, а остальная практической ценности не имеет.
Пан Людвик действительно был одним из организаторов тайного общества. Вернее, он в это искренне верил. Для него это не первый опыт, он уже основывал эмигрантскую группу «Польский Круг» и возглавлял польско-итальянскую военную школу в Генуе. Вот только не похож товарищ на грамотного интригана и манипулятора. Это известная фигура в мятежных кругах, но не особо уважаемая. Сейчас у поляков нет лидера уровня Домбровского, Калиновского или Сераковского, да и многие фигуры помельче давно кормят червей. Поэтому выход на первые роли персонажей вроде Мерославского я воспринимаю нормально. Он даже особо не скрывал, что лично готовил боевиков, отправленных в Питер убивать меня и Шувалова. Но была во всём этом определённая неправильность. И ещё — откуда они взяли столько денег и агентов в России? Пожертвований эмигрантских кругов на это явно недостаточно. В нынешней Европе хватает польских обществ — и не все они радикальные — которым также помогают богатые беглецы.
Падлевский стойкого партизана из себя не строил. Немного плевался и шипел угрозы в мой адрес, но на вопросы отвечал. Дяденька из профессиональной семьи мятежников, так что его ненависть к России вполне закономерна. Здесь ещё сыграла свою роль новость о смерти его любимого младшего братца Зыгмунта и моём участии в этом богоугодном деле. Пан с гордостью заявил, что именно он выбрал первоочередную цель для нападения боевиков «союза». К Шувалову у эмигрантов тоже хватает претензий, уж очень неплохо тот руководил Северо-Западным Краем. Фон Кауфман сейчас на Кавказе, и достать его проблематично.
Чехович нёс такую лютую ахинею, что я засомневался в его адекватности. Он производил впечатление одержимого бесами. Только роль потусторонних посланцев выполнял набор бредовых идей. Если борьбу за независимость Польши я могу понять, но вот остальное! Ощущение, что человек понадёргал идей у разных революционных проповедников типа Маркса, Прудона, Дежака и подобной погани. В итоге у Зыгмунда в голове образовался полный винегрет, и он толком не может объяснить, за что борется и в какие идеалы верит. При этом у пана достаточно средств, которые тот загодя вывез из России и грамотно вложил во Франции. Спрашивается, зачем ты опять лезешь в политику? Тебя уже один раз взяли в плен, по очередной дурости наших властей простили и даже разрешили уехать из страны. Тем более, что вступать в откровенно террористическую организацию — весьма опасное и неблаговидное дело.
Бывшая Марцинкевич изрядно меня перепугалась, но старалась вести себя с достоинством. Чую, что эта змея многое не договаривает, но резать её на куски при Янке — глупая затея. Но слегка я мадам припугнул, и кое-какую полезную информацию она выдала. Именно при допросе Камиллы всплыла фамилия казначея организации Мацея Лесковского. Сей интересный персонаж является кузеном убитого мною мятежника Станислава Лесковского. Тот, в свою очередь, был лучшим другом Болеслава Свенторжецкого, старшего брата Агнешки. Ненадолго на меня нахлынули воспоминания о сражениях и погонях во время восстания, но я быстро пришёл в себя. Сейчас не до ностальгии. Но одна мысль всё-таки засела в голове — хорошо, что среди захваченных террористов не оказалось моего родственничка. Ведь его смерть жена мне точно не простила бы. А ещё я порадовался, что среди захваченных нет моего старшего брата Яна.
Что касается подвижницы, организовавшей в глухой деревеньке школу из целых двух учеников, при этом используя свой проект как ширму для помощи восставшим, то она мне помогла. По словам Гиллер, основные деньги в кассу «союза» шли через Лесковского, которыми он и распоряжался. Нам с Янкой откровенно не повезло, так как пан Мацей покинул квартиру полчаса назад. Именно сей мутноватый господин и направлял Мерославского. По крайней мере, Камилла рассмеялась, когда я спросил, как такой странный человек мог стать во главе организации. Её ответ многое объяснил. Мол, умный человек не станет выпячивать своё участие в руководстве, оградившись спинами болванов и мечтателей. А ещё никто не знал, где жил загадочный казначей.
Чую, что нащупал нужное направление, но на поиски кукловода или их представителя просто нет времени. Думаю, что Лесковский сразу заляжет на дно, после обнародования фактов убийства террористов. Я не особо высокого мнения о французской полиции, но всякое случается. Если подойти к процессу поимки преступников грамотно, то можно найти, где наследили мы и наши американские друзья. Поэтому надо быстрее покинуть город, предварительно вытянув из поляков больше информации.
К сожалению, подъехавшая компания нарушила мои планы. Мы с Янкой быстро прикончили террористов, и ушли через чёрный ход.
Что касается рефлексий или чувства стыда, то они меня не посещают. Знаете, никогда в прежней реальности не мог понять нездорового милосердия к женщинам и детям-преступникам. Почему мразь, убившая детей или торговавшая наркотиками, должна заслуживать снисхождения? И причём здесь её пол? На каком таком основании? Или как можно прощать взбесившихся детишек, творящих периодически такой ужас, что им позавидуют взрослые маньяки. Как можно оправдывать убийцу, исходя из того, что он не достиг четырнадцати лет? То есть отнимать чужую жизнь, будучи ребёнком — можно, а нести за это полную ответственность — нельзя. Вся эта отрыжка ещё советской уголовной системы всегда меня бесила. Почему не использовать американский вариант? Исходя из тяжести совершенного преступления, судья должен иметь возможность судить несовершеннолетнего как взрослого, и он не должен обращать внимания на пол обвиняемого. Поверьте, в этом случае количество убитых и искалеченных сверстниками детей сильно сократится. То же самое касается женщин, совершивших тяжкие преступления. Понятно, что я утрирую и надо рассматривать всю правовую систему, её коррумпированность и непонятную снисходительность в целом.
Но сейчас речь о конкретных террористах. Камилла Гиллер участвовала в разработке покушения на меня и Шувалова. Графа, кстати, подорвали
