— Ваня! — в ужасе крикнула Маш-шу, закрывая рот ладонями.
И только вожатая Катенька была спокойна. Опустив веки и наслаждаясь процессом, со счастливой улыбкой на лице, она читала стихи Паршивича, пришедшиеся как нельзя кстати:
— Ах, незваные вы гости! Впрочем, милостиво просим: праздник наш не нарушая, вместе с нами плыть, играя!
Но на волшебные слова ряженой Предводительницы русалок, воронка перестала крутиться, и, обнимая Ивана за плечо, оттуда вылезло сине-зеленое существо с дрэдами из водорослей.
— Продолжайте свои игрища, — булькающим голосом произнесло оно, крепче прижимая ко рту программиста прямоугольный зеленый квадратик, очень похожий на скотч, — я только заберу у вас Ивана Дуракова.
— Ну уж нет, — нарушая все сценарии, крикнула Маш-шу и бросилась на понтон.
Она бы поплыла на спасение брата, если бы я ее не опередил.
Не задумываясь, я дельфинчиком спрыгнул в воду, и тут же от трения с головы слетел парик, который, второпях одеваясь, я забыл перевязать ленточкой. Но конспирация больше не интересовала меня, надо спасать напарника, а не развлекаться на сомнительном ритуале. Под водой я стянул и мешающую футболку, а затем, вынырнув и вдохнув побольше воздуха, направился к воронке, образованной не подставным, а взаправдашним водяным.
Через мгновение я заметил, как рядом со мной рассекая волны мчится крокодил. Воронка удалялась все дальше от пляжа вниз по течению, но мы с нетеру не собирались оставлять все, как есть.
Маша стояла, закрыв рот руками, и чуть не плакала. Она-то понимала: все произошло не по сценарию Паршивича. Кто-то воспользовался случаем и решил похитить ее брата. Остальные продолжали веселиться, словно водяной не просто выкрал интересующего человека, но и наложил искусный морок на толпу. Впрочем, если прочитать сценарий юного поэта из третьего отряда, то перед появлением Нептуна и происходило изгнание самого главного черта. Эк, рассчитала все нечисть! Словно Паршивич — их человек.
— Вот и скрылись злые гости, ну а мы прощенья просим, — поклонившись, сказала Катя, — за их злое нападенье и продолжим час веселья!
Как цинично с ее стороны. Хотя я ее не осуждаю. Вполне возможно, ей кажется, будто Ивана увозит на катамаране 'пятнадцатилетний' капитан, и вожатый после праздника вернется к ужину в лагерь. Но об этом я расспрошу ее позже, а пока надо спасать товарища.
— Бал морской мы продолжаем, в воду всех вас приглашаем! — перебил ее старичок-морячок.
Когда я последний раз обернулся в сторону пляжа, черная кошка ткнула лапкой в магнитофон, и громко заиграла задорная песня 'Рыбка-рыбка, не простая, рыбка-рыбка-золотая'. Маш-шу, понурив голову, не ожидая ничего хорошего, брела прочь с понтона. Милли и пара чертей пытались сбросить ее в воду, но в результате это она их отправила покупаться. Даже на расстоянии я поймал себя на мысли, что сердце любимой предчувствовало недоброе.
Она подняла промокший черный парик, мою неумелую маскировку.
Как мне потом рассказали, дети и Кощеенко веселились, там и приплыл Димон-Нептун, прочитал несколько стишков, перекрикивая голосистую русскую попсу, а потом опять все бросились купаться и обливаться.
Пока лагерный народ развлекался, полностью отдавая себя ритуалу, в реке разразилась целая баталия: кеметский водяной против русского. Они нападали друг на друга магией, стараясь выбросить противника на берег. Пока Себек отвлекал фольклорную нечисть, я попытался подобраться поближе к Ивану, чтобы вытащить его из омута. Но течение, созданное Водяным, не позволяло: либо самому туда же, либо уплывай подобру-поздорову. И тогда я решил искоренить зло и помочь нетеру в борьбе с речной нечистью.
Я поднырнул и схватил Водяного за лодыжки, что тот не мог передвигаться.
Холодное, почти ледяное склизкое тело испустило воду под таким напором, что меня могло запросто отбросить на десяток метров, не схватись я за подтяжки Водяного. Они растянулись супротив всем законам физики нашего мира, ясно, волшебные. Но так называемый закон Гука никто не отменял, поэтому я, вцепившийся в резинки мертвой хваткой, изо всех сил налетел на врага, выбив из воды его, а заодно и читающего заклинание Себека. Я не успел ничего сообразить, как мы трое свалились под растущей у самого берега ивой, и мой кеметский покровитель растворился в воздухе, словно его тут и не было.
В голове гудело. Я обтер пот с ушибленного лба и бросился в реку, однако, спасать уже было некого. Омут мигом исчез, поглотив в себя моего единственного друга.
— Иван! — крикнул я, ныряя туда, где только что барахтался Дураков.
Но тела на дне не обнаружилось, ровно как и следов от воронки.
— Порождение Апопа, — пнул я под бок бесчувственное тело Водяного.
Синекожий толстячок перевернулся набок, и из кармана его штанов выпала блестящая баночка. Любопытство победило, и я решил поднять вещицу да изучить. Приучен я к кремам и притираниям, падкий я на подобные сосуды. Однако в потерянной фольклорной нечистью банке что-то звонко гремело: то ли камни, то ли бусины. Я повертел сосуд, разглядывая аккуратно приклеенную этикетку с изображенной на ней желтой короной.
- 'Царевна Лягушка', - прочитал я над изображением, — пятьдесят капсул. Способ применения: одна капсула после еды. Показания к применению: несчастным девам, желающим выйти замуж за Ивана-царевича. Побочные эффекты: царевичу нужна только одна невеста.
Ну и ерунда! Приворотное зелье! Мне оно точно без надобности, сам когда-то был царевичем и замуж за коллегу не собираюсь. Но как наемник отдела странных явлений я просто обязан изъять этот предмет в качестве улики, даже если не представляю, каким образом это используется.
Я спрятал баночку в карман мокрой юбки, и лишь потом начал приводить нечисть в чувство.
— Юля, Юля! — звонкий детский голосок летел по сосново-березовому лесу.
И только тут я в ужасе посмотрел на себя: без парика, с голым торсом, в женской юбке, — кошмар! Еще мгновение, Милли выскочит к реке и рассекретит меня. И кем мне ей представляться. Уже не пройдет: 'Зови меня просто Юля! Неб? Да, у девочки тоже не русское имя, но ему не три тысячи лет как моему. А если полностью, со всеми титулами? Немного обескуражит как Саурона, но в ужас не повергнет. Психика у людей будущего крепкая, наглость и самоуверенность чрезмерны, они даже не боятся быть скормленными крокодилам, им страшнее попасть под машину или вывалиться из само-лета. Что-то не о том я думаю. О, боги, вы скрылись так не вовремя. Опять приходилось действовать наверняка. Я вскочил, забыв о Водяном, и спрятался за широкий сосновый ствол. Найти меня не составляло труда. Оставалось надеяться на удачу. К берегу вышли светловолосая девочка в розовой футболке, Янсен, и, к счастью, Маш-шу. Я расслабился и опустил веки, передавая любимой мысль: 'Уведи ее подальше от сосны! Краем глаза я заметил, что подруга кивнула, остановившись на придавленной мокрой траве. Стоило отвлечься на мгновение, как водяной дух пропал без следа.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
