двадцати пяти сбитий за все время сделал! Войд! Во-ойд?
– А, чего? – выпал я из размышлений, причём даже сам не заметил, как в них провалился, вот я шёл и весело общался со своими друзьями, за год этих двоих я привык так называть и стал их реально таковыми считать.
– Ты вообще с нами? – уточнил уже у меня Лаки. – А то ты как-то выпал из реальности.
– Ага, – ответил я спокойно, вспоминая то, что меня так выбило из колеи.
Вот мы шли, общались, а потом… голос. Помню он мне что-то говорил, но не помню, что. И голос был очень знакомым, словно из далёкого детства, очень далекого детства… но я не мог вспомнить, кому он принадлежал. Но вот он говорил… что-то о моей силе, что-то о том, что я должен буду сделать или уже сделал когда-то? Словно я вернулся в прошлое, чтобы стать тем, кто есть сейчас, но это звучало как какой-то бред, по сути, это и был бред, но какой-то… слишком реалистичный.
– Ладно, на завтра у вас какие планы? – уточнил я у своей тройки, когда мы уже были в расположении.
– Думаю снова в капсулы зарубиться! – с азартом проговорил Лаки. – Только… думаю во что-то другое поиграть, может, на мечах поучусь сражаться, может, ещё что-то попробую, не знаю. Но это клёво! Мне очень понравилось!
– А я думаю посетить музей, – как-то стеснительно, что ли, сказал Пульсар, отведя взгляд в сторону. – У меня отец часто находил какие-то артефакты, рассказывал о них много… я, правда, не помню, что именно он рассказывал, но мне нравилось. Вот и сейчас хочу походить по музею.
– Их тут пять, – усмехнулся Лаки. – А ты, Войд?
– Надо кое-какие хвосты позакрывать, – нахмурился я. – Личные проблемы, скажем так.
Перебросившись ещё парой слов, мы разошлись по своим комнатам, где я открыл сообщение, что пришло вместе с тем странным… выпадением из реальности. Оно было от брата, оно было очень гневным и очень… решительным. Хотя по его манере написания так не скажешь.
Дорогой Тиберий.
Мне очень горестно узнавать, что ты воспротивился моей воле. Да, есть моя вина в том, что я не опроверг глупые слухи по поводу твоей мнимой смерти. Но ты меня расстроил. ОЧЕНЬ!
Твое решение передать планету Академии, этому полулегальному формированию, очень сильно ударило по репутации нашего клана. Ты представляешь, из-за этого Вайты, Блеки, Блу и Грины разорвали с нами некоторые контракты… на МИЛЛИАРДЫ КРЕДИТОВ В ДЕНЬ! Ты мне обязан всё это компенсировать. Иначе я уничтожу тебя и всю Академию. Каждый месяц двадцатого числа я буду ждать от тебя получки в три триллиарда кредитов. Иначе никак, братец. Иначе смерть.
Без уважения, твой старший брат.
Интерлюдия 3
Грей
Целых три месяца после космической битвы ничего не происходило. Все планеты возле ключевой звезды, что прозвали оборонной, были превращены в крепости. Тысячи защищённых крепостей на каждой планете, на каждом клочке суши траншеи. Все готовились к войне, к долгой и жестокой осаде, но, как гласит истина, чем дольше армия простаивает, тем сильнее расслабляется, тем большей бюрократией её нагружают.
– Какой, к чёрту, отчёт?! – взорвался Грей, стоя в помещении квантового приёмника сигнала, в котором говорящий словно присутствовал рядом с другим говорящим, хотя могли находиться в разных уголках галактики. – Вы понимаете, что это уже ересь с вашей стороны?! Даже когда мою когорту осаждали на другой планете, вы не требовали столько отчётностей в одном файле! Зачем вам точный и пофамильный состав войск? Зачем вам состояние вооружения? Вы этим будете воевать? Нет! Надо посчитать и сверить, присылайте сюда своих офицеров, мы тут к битве готовимся!
– По нашим сведениям, противника на подступах к звёздной системе не обнаружено, – спокойным и довольно бесящим тоном говорил старший офицер из штаба объединения. – Так что нам нужны полные сведения о составе ваших войск, а также всё вооружение. Думаю, Грей, вы не дурак, понимаете, зачем нам это надо. Ваша планета – третья от звезды, и третья обитаемая от края звёздной системы, удар по вам весьма маловероятен.
– Да мне плевать на все ваши тактические проволочки, – нахмурился командующий обороны всей планеты. – Вы хотите отнять у меня людей, хотя у меня и так их меньше всего, я это знаю. А это, чтоб вы понимали, подорвёт оборону всей этой планеты очень сильно. И не важно, сколько человек вы захотите забрать, одного или тысячу, в любом случае я вам никого и ничего не отдам.
– Вы слишком много на себя берёте, Старший Легус! – уже гневно высказался старший офицер. – Мы применим к вам все доступные нам дисциплинарные меры!
– А я вас пошлю на все возможные направления, – усмехнулся Грей. – Не забывайте, с кем вы общаетесь. Я с этими тварями воевал ещё тогда, когда вы в своём главном штабе имитировали свою военную деятельность. Так что не вам мне ставить условия, а мне вам. Или вы хотите мне показать, что у вас опыта ведения боевых действий против пустотных больше, чем у меня?
– Вы!.. – покраснел говорящий, после чего его кто-то отвлёк. – Конец связи! Но мы ещё не закончили! Вам ваша гордость дорого обойдётся!
– Прощайте, – усмехнулся Грей, обрубая передачу данных.
Помассировав виски от усталости, Грей вышел из помещения и направился на улицу. Последнее время штабные и ни хрена не знающие офицеры часто берут на себя больше, чем имеют вообще на то прав. Да, Грей был в составе войска, но он сразу обозначил свою позицию, что будет вести войну так, как сам считает нужным. Его не услышали и попытались перечить.
На улице Грей взял сигарету, что до сих пор производили, хоть и кричали, что это вредно для здоровья, и сделал затяжку. Система тут же предупредила, что происходит отравление организма, но Грей отмахнулся. Порой разговоры со штабными уродами тяжелее, чем самая безвыходная битва, они – нервы трепать мастера, при этом ничего не давая взамен.
Задрав голову к небесам, командир посмотрел на ночное небо. У кого-то ночь, а у кого-то ещё день, вот и требуют установить канал связи, когда ИМ удобно, а не когда удобно тем, кто держит оборону. Они там спят на мягких кроватях, а тут бойцам даже обычные койки не предоставить, некоторым приходится спать на полу или на том, что сделали сами, своими руками.
Но сейчас… мысли Грея были не об этом, он уже какой день думал о тех самых «семенах», что разлетелись во все стороны, по времени они уже должны были пролетать мимо этой звёздной системы. И Грей всё ждал, когда
