Прислонясь спиной к камню, краснокожий снова посмотрел на другую сторону ручья. Он сидел довольно высоко, и ему хорошо была видна темноволосая женщина, спящая в мирной тишине. Индеец не отрывал от нее взгляда до тех пор, пока солнце не поднялось высоко. Тогда он встал, спустился к воде и посмотрел на свое отражение. Оно было четким и ясным, как в зеркале. Найдя надежную точку опоры, индеец зачерпнул пригоршню воды и плеснул себе в лицо несколько раз. Потом, взяв охотничий нож, принялся тщательно бриться, глядя в ручей. Черная щетина исчезла, срезанная острым как бритва лезвием.
Держа нож в руке, он выпрямился во весь рост, на мгновение замер, а затем отправился обратно, но уже не вплавь, а ступая на торчащие из воды камни, чуть ниже по течению.
Затем снова надел набедренную повязку, мокасины и подошел к женщине, все еще спящей под укрытием каменного выступа.
Диана лежала на боку, но теперь она отвернулась от ручья. Укрывавшая ее попона сползла, открыв девушку до самой талии.
Индеец очень осторожно лег рядом с ней, так что спина Дианы почти касалась его. Он устало вытянулся, закинул руки за голову и тихонько зевнул, с наслаждением почувствовав, как расслабляется каждый мускул его тела, как медленно, постепенно одолевает дремота…
Он почти заснул, когда Диана вдруг беспокойно шевельнулась и перевернулась на спину, приподняв голову; длинные черные локоны упали на щеку индейца, на его плечо, на обнаженную грудь…
Он задержал дыхание, уверенный, что девушка просыпается.
Очень медленно и осторожно он повернул голову и увидел, что губы Дианы вздрагивают. Легкая дрожь пробежала по всему ее стройному телу.
Сердце индейца на мгновение замерло, когда девушка, так и не проснувшись, повернулась к нему лицом и прижалась; ее замерзшее тело инстинктивно искало тепла. Голова Дианы очутилась в каком-нибудь дюйме от его поднятой руки. Индеец почувствовал ее влажное, горячее дыхание. Она еще чуть придвинулась к нему, коснувшись его ресницами. Этот нежный укол заставил индейца вздрогнуть всем телом.
Но ему и в голову не пришло повернуться к ней и сжать ее в объятиях. Он все так же лежал на спине, а она сонно к нему прижималась. Ее легкая бледная рука легла на его плоский живот, колено с ямочкой скользнуло вдоль обнаженного бедра…
Прежде чем индеец стал мужчиной, его научили многому, в том числе и сдержанности, и самоограничению. Он прекрасно умел контролировать свои эмоции и желания… и лишь благодаря этому мог сейчас лежать рядом со светлокожей прекрасной женщиной, не пытаясь коснуться ее. Феноменальный самоконтроль делал его желанным любовником, которого добивались прекрасные, ненасытные женщины. Он был способен заниматься любовью когда угодно, вне зависимости от места, времени и обстоятельств.
Но способность к жесткому самоконтролю работала и в противоположном направлении. Его ум управлял телом, справляясь с инстинктами. Если было нужно, он мог не допустить возникновения раздражающего, мешающего физического желания. И сейчас ему пришлось использовать все свое умение…
Он стиснул зубы, когда мягкая грудь Дианы коснулась его; на лбу выступила испарина, когда босые ноги Дианы протиснулись между его икрами; мускулы плоского живота напряглись, когда колено девушки нечаянно сдвинуло его повязку, из-за этого узел кожаной тесемки, удерживающей повязку на бедрах, ослаб…
Индеец тяжело сглотнул, но не пошевельнулся. Он призвал всю свою волю. Он приказал мозгу совладать с телом. Он закрыл глаза и медленно, глубоко вздохнул.
И заснул.
Глава 16
Глаза Дианы, затрепетав ресницами, приоткрылись, потом опустились вновь. Наконец девушка окончательно проснулась. Зевнув, она со вкусом потянулась, вглядываясь в окружавшую полутьму. Необычно низкий потолок показался ей совершенно незнакомым. Он напоминал обломок скалы.
Затуманенное сном сознание Дианы пыталось разобраться, что находится вокруг, что происходит… Она лежала тихо, прислушиваясь. До нее донеслись звуки негромкого дыхания, совсем не похожие на свистящий храп Кэт Техаски.
Диана медленно повернула голову, и ее сонные глаза расширились от страха и недоумения.
Рядом с ней спал краснокожий со Скалистых гор!
И тут она мгновенно все вспомнила. Парализованная ужасом, Диана не могла ни вскрикнуть, ни пошевелиться. Она лежала как скованная, и лишь ее расширившиеся глаза двигались, когда она молча таращилась на спящего дикаря.
Он лежал на спине, закинув длинные руки за темноволосую голову. Испуганный взгляд Дианы медленно, осторожно скользнул по грубоватому лицу. Черные как сажа ресницы были опущены, таящие угрозу глаза закрыты. Высокие выступающие скулы бросали тени на впалые бронзовые щеки. Нос, явно когда-то сломанный, добавлял нечто мягкое, человечное к резким чертам. Жесткие, твердые губы, чуть приоткрывшиеся во сне, выглядели полнее, мягче.
Но все равно в них таилась угроза.
Взгляд Дианы перешел с лица на шею. Расшитая бусами лента исчезла. На горле были отчетливо видны пурпурные и желтые пятна. Диану на мгновение охватило искреннее сочувствие. Нахмурившись, она продолжала рассматривать дикаря. Его гладкая бронзовая грудь была испещрена длинными, неприятного вида розовыми полосами. Она закусила вздрогнувшую нижнюю губу. Это ее рук дело… И снова почувствовала, как ее ногти впиваются в теплую плоть…
Она перевела взгляд ниже и чуть заметно скривила губы.
Кожаный ремень, удерживавший узкую набедренную повязку дикаря, развязался. Крохотный кожаный фартук держался, прикрывая лишь пах. Все остальное обнажилось. И великолепное мускулистое тело полностью открылось нервному, виноватому взгляду девушки.
Насторожившаяся, но охваченная любопытством, Диана молча уставилась в точку, где соединялись ноги. Внимательно изучила выступы бедер, живот, выемку пупка, черный ручеек вьющихся волос, убегающий под набедренную повязку.
Диана прикрыла глаза.
Она пыталась направить свои мысли в другое русло; быстро восстановила в памяти все, что увидела и услышала с момента пробуждения: тень нависшей скалы, индейца, спящего рядом с ней, а за ним — открытое солнечное пространство, глубокое, ровное дыхание дикаря и металлическое позвякивание где-то снаружи.
Диана собралась с мыслями, пытаясь определить, каковы ее шансы на побег. Спящий индеец находился между ней и выходом из пещеры. Украденный жеребец явно был стреножен и пасся совсем неподалеку. Если она сумеет перебраться через индейца, не разбудив его, то сможет поймать лошадь и вырваться на свободу. И такая возможность едва ли повторится…
Диана внимательно всмотрелась в лицо краснокожего. И тут же похолодела. Его темноволосая голова повернулась, безжалостные черные глаза были широко открыты. Диане показалось, что они целую вечность лежали не шевелясь, пристально глядя друг на друга.
