и девочку, но можно и больше. За каждого нового внука, если память не изменяет, полагается отдельное вознаграждение.
Я стояла и хлопала глазами. А Праудмор краснел ушами. Молчал.
– Так, подождите, – в моей голове пронеслась мысль. – А как же Анна? Если он решил завести себе молоденькую жену, то зачем ему внуки? Пусть вон сам и займётся наследным делом на старости лет.
Всё, меня было не остановить. Я негодовала – мало сказано! Я была в ярости! Вот такие фортели меня точно не устраивали!
– Анна… – поверенный Балора недоумённо на меня уставился. – Погоди, где‑то я слышал это имя.
Громчер достал очки из нагрудного кармана, водрузил на нос и стал рыться в стопках бумаг у себя на столе. Выудил газетную вырезку и воззрился вначале на неё, потом на меня, а потом ка‑а‑ак вылупился с раскрытым ртом, будто увидел привидение.
Оказалось, я была недалека от истины.
– Так ты же утонула! Плыла на том пароходе, который пошёл ко дну… Но как? Ты её нашёл? Со дна достал? Что… где… как?..
Праудмор зло сощурился в мою сторону, склонился и прошептал на ухо не без иронии:
– Допрыгалась? Так хочется уехать к моему отцу?
– Нет!
– Милая моя, вы не слушайте меня, я не ведаю, что несу! – Поверенный подскочил на ноги, стащил с себя парик и скинул его на кресло. А сам резво устремился в мою сторону. – Ваш отец обыскался по всему континенту, ему было невдомёк, что вы утонули, то есть мы все думали, что вы утонули, но он‑то оказался прав, прав! Каков отец‑молодец! Чует сердечко родную кровиночку, а?
– Чего?
Мне оставалось только стоять истуканом. Во всяком случае, выхода из ситуации я не видела, только дверь, что позади меня, но она – не выход в фигуральном смысле. Ведь мне ещё Дору выкупать…
Ага. Тут бы самой не встрять в новую кабалу. Долговую – не долговую. Всё одно, почти рабство.
– Так значит, мне можно вас поздравить, да? – очередная порция сумбурной речи поверенного удивила не только меня.
– Поздравить нас?
– Ну, вы уже обвенчались, не так ли? – Рыжий низенький мужчина с залысиной на темечке смотрел на нас с искренним участием. Аж неудобно было ему врать.
– Нет, это пока невозможно, но всё ещё впереди, – быстро ответил Праудмор.
Вот молодец. Нашёлся, а я, наоборот, потерялась в мыслительных кульбитах.
– Так, подождите. Чего? В смысле… Почему вы вдруг решили, что мы должны обвенчаться, ведь Свюззи… он же вроде продал меня Балору Праудмору.
– Продал? – поверенный фыркнул. – Ни в коем случае! Ваши семьи заключили договор! Только и всего, деточка.
Кхм, вообще‑то я давно уже не «деточка», но ему простительно, потому что говорил он без издёвки и даже с какой‑то трогательной наивностью в голосе.
– А вот тут я бы хотел узнать больше подробностей, – пока ещё герцог (не лишённый титула) пришёл мне на подмогу. Начал допрос первый.
Информатор же и рад стараться.
– Балор, да будет вам известно, озабочен продолжением рода Праудмор, – Громчер зашёл издалека. Покачиваясь на пятках, он стал ходить из стороны в сторону. – Поэтому, когда первая жена Сирейли сбежала, прихватив все его деньги, Балор милостиво нашёл её брата, Лакса, и обязал его отработать на благо Оствудской торговой империи все убытки, причинённые этой, не буду называть плохим словом, женщиной.
– Так и было.
Герцог кивнул.
– Мой клиент даже хотел в порыве злости лишить сына всякого наследства, отозвать решение о передаче титула, одним словом, наказать, но тут случилась кража в Мэнвуде. И, вы сами понимаете, вопрос наказания был отложен. А за ним ещё и предложение Свюззи о договорном браке. Одним словом, Балор решил, что женитьба на Анне, то есть на вас, – он виновато посмотрел в мою сторону, – будет достойным наказанием.
Я молча внимала и почти понимала. Почти…
– То есть, я не хотел ни в коем разе вас оскорбить, моя дорогая. Наказание – это для него, но я вижу, что вы скорее награда любого рыцаря, нежели наказание…
– Получается, – Сирейли озвучил мои мысли вслух, – Свюззи Анну подготовили в жёны мне?
– Ну а кому же ещё?
Поверенный уставился на нас самым невинным взглядом из всех возможных. В его‑то возрасте даже неприлично. Или он переигрывает с лицемерием, или действительно настолько непригоден для своей работы, ведь под его управлением, наверняка, находятся немаленькие суммы денег. А может, он скрупулёзен только во всём, что касается цифр, записанных в столбик?
Что‑то мне подсказывало, я попала в точку.
– Но подождите, я уже женат!
– Разведён. – Поверенный резво развернулся к столу и взял оттуда красивую квадратную бумажку с золотистой печатью и красной кисточкой сбоку, видимо, чтобы завязывать документ трубочкой. – И у меня тут есть разрешение на новый брак. А также списо‑о‑о‑к, – он немного увлёкся, перечисляя ранее проделанную работу, – претенденток на звание миссис Праудмор… Ой!
Громчер обернулся к нам, слегка покраснев.
– Думаю, он уже излишен. Будь у меня такая красавица‑жена, я бы не только по сторонам не смотрел. Я бы из поместья лишний раз не выходил, если вы меня понимаете.
– Кх‑кхм, – Сирейли сделал вид, будто закашлялся. А я чуть слюной не подавилась. Вовремя сглотнула. Язык так и жгло – ответить одному и другому. Праудмор перехватил инициативу в свои руки. – Если вы не против, я бы переговорил с невестой наедине, нам нужно обговорить некоторые детали, прежде чем я подпишу бумаги отца. Ведь он этого хочет? Поэтому заморозил мои счета?
– Да, так и есть. – Громчер согласно кивнул, сложил бумаги обратно на стол и поспешил оставить нас только вдвоём.
Дверь тихонько скрипнула. Раздался щелчок. А герцог зачастил:
– Я понимаю, был неучтив. Это у меня хроническое. Но и ты меня пойми, ты была никем для меня, когда я тебя купил. А ещё меня злило, что ты такая аппетитная, но…
О, вот теперь, кажется, правда попёрла, завёрнутая в смягчающие обстоятельства:
– Но?
– Но Пион.
Глубокий вдох. Устало закатила глаза к
