драться.
Морена вздохнула.
- Иди.
- Что?
- Нам нужны деньги, но главное — эта работа даст нам протекцию. Еще не поняла, как тут устроены вещи?
Ника нахмурилась.
- Мне надо подумать, - отчеканила она. - Спокойной ночи.
Не дожидаясь ответа, она вышла из дома Морены, хлопнув дверью. Женщина только покачала головой.
Ника, вернувшись к себе, сумела раздеться и рухнуть, чтобы мгновенно провалиться в сон, оставив все тревоги и решения завтрашнему дню.
***
Кассандра, изучающая бумаги, получила сообщение Ники и поморщилась. Фамилии, счета, иногда копии писем — очень ценная информация, которая нуждалась в сортировке и грамотном использовании. Кассандра уже могла сказать, что теперь способна шантажировать всю семью Тажирон и кое-кого из Бинаон, но понимала, что делать этого категорически не следует — следы выведут на Кораки, ведь никакого другого способа паралийцам разжиться такими секретами не существовало. Знать всего Эрзо в таком случае ополчится на Кораки, а те, в свой черед, сделают своей целью уничтожить аристократов Паралии.
«Нет, такого нам не нужно», — мрачно подумала она. — «И что мне ответить Нике?».
Размышления ее прервал аккуратный стук в дверь.
- Можно? - Селена заглянула в спальню. - Тут обед.
Кассандра вздохнула и поднялась, проходя в общий зал. Селена прошла за ней, молча присела рядом и, подождав по этикету, пока Кассандра съест первый кусок, принялась за трапезу.
- Каков план на день? - прожевав салат из овощей, спросила она. - Указания?
- Помоги Тавриону с выбором тканей. Найди Аглаю, посмотри, кого она там нашла. И еще нужно будет проинспектировать помещение. Как закончишь, скажи мне, я потом заберу готовое изделие и пройдусь по городу.
Селена чуть приподняла бровь и едва не спросила, не собирается ли Кассандра сама проверить работу, но промолчала. «Кажется, ее тяга к контролю начинает ослабевать.. Или она просто устала», — подумала она, продолжая неторопливо есть.
Кассандре ужасно хотелось проверить все самой — но слова Тавриона что-то глубоко в ней задели. Да и Ника, если подумать, постоянно гнула эту же линию. «Надо учиться делегировать», — повторяла она про себя, надеясь сдержаться. — «Да и бумаги заберут весь день... Ценный подарок, если у него вообще может быть цена».
- Селена. Ты сможешь сопровождать меня на приемах? - вдруг спросила она.
Та вздрогнула.
- Я... я не знаю.
Кассандра кивнула.
- Тогда еще задание. Найди мне компаньонку для посещения званого ужина. Три кандидатуры, финальную я отберу сама. Ты же знаешь, где их искать?
- Вы же говорили, что такие люди не могут быть нейтральными.
- Да. Они точно будут работать на кого-то еще. Но, если мы выясним, на кого, сможем намеренно дезинформировать, производить нужное нам впечатление... Это может стать возможностью, если грамотно ей воспользоваться. К тому же, это несколько успокоит знать Эрзо — они наконец-то приставят к нам соглядатая.
Селена кивнула, расслабляясь.
- Я найду, - пообещала она, придвигая себе блюдо с тонко нарезанным мясом.
Кассандра прикрыла веки. «Кого из семей лучше подпустить? Или дать подсуетиться самым ловким, и посмотреть, кто это будет?» — она медленно жевала ароматное, чуть подкопченное мясо с тонким волокном, совершенно не ощущая вкуса. — «В бумагах больше всего собрано компромата на Тажирон. Очевидно, Кораки дает нам намек на то, что с ними лучше дел не иметь, а также преследует свою цель снизить их влияние. Сейчас это главная семья, наиболее влиятельная в городе. Но кто ставленник Кораки? Кого они намерены продвинуть?»
Кассандре не удалось насладиться обедом и почувствовать вкус хотя бы одного блюда. Спустя сорок минут она аккуратно промокнула рот кружевными салфетками, кивнула Селене и ушла в спальню, все еще погруженная в размышления. Приняв решение дать кому-то подсуетиться, а уже после разбираться, как действовать дальше, она дорассортировала бумаги, выделив главные болевые точки Тажирон. Оставшиеся бумаги все еще впечатляли объемами, но Кассандра призналась себе, что дальше расплетать чужие интриги она сегодня не может.
Спрятав бумаги в тайник, она подошла к туалетному столику — пришло время для подготовки к променаду.
***
Персонал в самой дорогой лавке, как и ожидалось, был прекрасно вышколен. Тавриону не пришлось долго ждать, прежде чем мальчишка-посыльный сбегал за хозяином места, где торговали элитной тканью.
- Приветствую, - степенно проговорил хозяин, отвесив изящный поклон от простолюдина аристократу. Таврион ограничился кивком, заслужив заинтересованный взгляд. - Чем могу служить светлому господину?
- Приветствую, - Таврион специально замедлял речь. - Разговор будет долгим, а потому приглашаю вас обсудить его за обедом в Нэт, если у вас нет других планов. Как вас зовут?
- Зейд, светлый господин. Планов нет, и как раз обеденное время, так что с радостью воспользуюсь вашим приглашением. А как вас зовут, светлый господин?
- Таврион Эборос. Прекрасно, Зейд, тогда прогуляемся.
Они шли, обсуждая преимущества разных тканей, сетуя на дороговизну окраски и сложность технического процесса, обругали мегалодонов и слишком жаркую погоду, сошлись на том, что лучшее время года — ранняя осень и поздняя весна, и, наконец-то, дошли до Нэта.
Едва сдержав нетерпеливость и желание ускорить шаг, Таврион усилием воли зашагал еще медленнее. Он успел заметить, что дела в Эрзо решались неторопливо и за едой — в Паралии, напротив, и торговцы, и аристократы предпочитали разделять переговоры с трапезами, считая, что принимать решения не стоит за едой, ведь это портит вкус блюд. Таврион внутренне был с этим согласен, а потому предвкушал очередную трату вкуснейших лакомств зазря и сокрушался.
- Светлый господин, - подошедший официант вначале поприветствовал Тавриона. - Господин.
Зейд степенно кивнул.
- У нас есть прекрасный столик на двоих, - официант углубился в зал, ведя за собой гостей. - Или еще кто-то ожидается?
- Нет, нас будет двое, - лениво ответствовал Таврион, рассматривая фрески, досконально изученные еще в прошлый раз. - Закуски, второе, десерт — все на ваше усмотрение.
- Вина?
- Нет, благодарю, - хорошо хоть в Эрзо не принято было пить на переговорах.
Они уселись, продолжая бессмысленный, и при этом очень важный треп. Таврион поинтересовался делами семьи, здоровьем родителей, передал сердечные пожелания счастья беременной жене Зейда. Зейд, в свою очередь, с чувством рассказывал, описывая малозначительные мелочи, и при этом расспрашивал о Паралии. Разумеется, о той, которой уже не существовало — о кригерах и событиях шестилетней давности они слаженно умалчивали, делая вид, что ничего такого и близко не бывало.
- Удивительно, - выслушав рассказ о любви к картинам в Паралии,
