Около костра с двумя тушками глуханов важно стоял Солд. Как оказалось, охотились они с Храмом вместе. Солд умудрился одним болтом убить сразу двух глуханов, вернее, одного убил, а одного ранил. А орк промазал и теперь ходил злой, как медведь, разбуженный в спячку. Увидев меня, он аж засветился от радости:
– А чего это, ученик, ты у меня без нагрузки последнее время ходишь? С сегодняшнего дня вводим новую дисциплину – стрельба из лука. Пойдем со мной.
Мне ничего не осталось делать, как со стоном последовать за учителем. Кольцо мне орк дал свое, оно немного недотягивало до браслета, щиток на предплечье – тоже орка, в случае необходимости мог послужить щитом в бою. Но Храм оставался непреклонным. Спас меня завтрак, который приготовили до того, как мы закончили экипировку, и сборы в дорогу.
Ехали вновь переменно – рысь сменялась шагом. При этом длительность рыси сократилась, а шага – возросла. В общем, ехали не спеша. По дороге я узнал причину рвения орка обучить меня стрельбе из лука. Они с Солдом, вернувшись с охоты, поспорили, какое оружие более точное – лук или арбалет. Венцом спора стало решение научить меня стрелять из лука лучше, чем Солд – из арбалета. По дороге орк от меня не отстал. Вспомнив, что он мой учитель, возобновили занятия на выносливость, заключавшиеся в беге с полной экипировкой.
Глава 8
Шальные
Через десятину мы выехали из лесов Скользкого баронства к огромному селу, даже, скорее, маленькому городу, обнесенному частоколом и имеющему распашные ворота со стражей. На воротах с нас взяли по медяку за каждую лошадь, коих оказалось пятнадцать. Предупредили, что сбор разовый, то есть если выедем, а потом снова заедем – придется платить еще раз. Так же гордо сообщили, что это поселение называется «Шальное». И, собственно, является центром Шального баронства. Не забыли также проинформировать, что в Шальном есть два трактира, и лучший из них – это «Старый дуб».
Не успели отъехать, как в воротах появилась кавалькада, состоящая из двух десятков лошадей. На двух из них сидели парень и девушка со связанными руками. Парень был на первый взгляд помладше меня, а девушка с белыми вьющимися волосами ниже плеч – может, чуть постарше. На гербе воинов, ехавших на других лошадях, красовалась белая голова волка.
– Светлое братство, – мне показалось, что Лекам прошипел, а не прошептал эти слова. – Похоже, это наши попутчики по Скользкому баронству.
Уступив дорогу светлым братьям, мы тронулись дальше. Кальд поравнялся с отцом:
– У меня тут друг должен жить. Можем к нему попробовать на постой встать, на трактире сэкономим.
– А примет?
– Не знаю, но попробовать можно.
– А друг, случайно, не кузнец?
– Кузнец.
– Ну тогда поехали, на постой не встанем, так мечи продадим.
– Сейчас, дорогу только узнаем.
Гном пометался по улице меры три, но нашел человека, который знал кузницу его друга. Ехать пришлось совсем в другую сторону. Через полчасти, поплутав по улочкам и переулкам, мы подъехали к кузне. Кальд скатился с лошади и затарабанил в ворота. Спустя меру дверцы приоткрылись, и, ворча на гномьем, оттуда вышел грузный представитель этой расы. Его лицо постепенно светлело, меняя маску недовольства на радушную улыбку.
– Кальд! Молот тебе сам знаешь куда!
– Осальд!
Возгласы перешли в обнимания и тарабарщину на гномьем, через две меры им надоело тискаться, и гном представил нас:
– Это Рик, сын Хальвана.
– О-о-о, вылитый камень, как и отец, – пробурчал грудным голосом гном, обнимая спустившегося с коня Рика.
– Это Шивак, сын Аророна.
Видимо, отец Шивака занимал значительное положение в клане, поскольку Осальд стал серьезным. Пожав предплечье, слегка кивнул Шиваку и только потом обнял:
– Рад знакомству. Как отец? Не болеет? Кирка его остра?
Шивак ответил слегка сдержанно и официально:
– Гарде Дарре, все хорошо, и в доме, и в делах.
– Это наши друзья Рамос, Лекам, Норман, Храм, Солд, – продолжил Кальд.
Мы по очереди протянули руки и пожали неохватное предплечье гнома.
– Что привело тебя ко мне, Кальд? Дела или просто в гости заехал?
– И то, и другое, Осальд. Нам бы сегодня на постой встать, может, примешь?
– Ну проходите. Подумаю, где можно разместить. Сейчас скажу супруге, чтобы стол накрыла, а там посмотрим.
На обед явно не ждали столь разношерстную и большую компанию, но надо отдать должное хозяйке дома – радушной женщине, фигурой под стать хозяину, в грязь лицом она не ударила. Может, горячего и не было, но сыр, колбаса, вяленое мясо и пара салатов вполне утолили наш голод. Ну и, конечно, куда без гномьей настойки в рашках! Как оказалось, именно так назывались маленькие кружки гномов. У меня в голове почему-то крутилось другое название, но какое – вспомнить не мог. Во время обеда Кальд, упуская некоторые моменты, поведал о злоключениях рабства и дороги. Преследователей, правда, заменил на бандитов. Солд благоразумно молчал.
– Ну вот я и вспомнил, что у меня друг здесь живет. И подумал, может, возьмет нас на постой.
– Конечно, оставайтесь. Дом у меня, правда, небольшой, сами видите.
Дом действительно не мог похвастаться габаритами. Кроме кухни, одновременно являвшейся столовой, в доме имелось всего две комнаты небольшого размера.
– Но у меня есть мастерская.
– Гарде Дарре, но после такой дороги нам бы хотелось мягких кроватей, а может, еще чего «помягче». – При этих словах Лекам подмигнул гному. – Мы бы предпочли трактир, если не оскорбим этим твоего гостеприимства. Ну а уважаемые гномы, думаю, сами решат. Да и сомневаюсь я, что на их вкус в трактире «помягче» найдется.
– О-о-о, уважаемый Лекам. Не скажу, что рад, но прекрасно вас понимаю. Тем более что моя репутация только выиграет – вдруг кто-нибудь узнает, что я гостям в мастерской постелил! Но вы можете оставить лошадей и вещи, а тем самым уменьшить плату за трактир, я позабочусь о них.
– Пожалуй, вы бы очень выручили нас. Кстати, о вещах, у нас есть почти двадцать мечей да пяток кинжалов людской ковки, причем не лучшего качества. Знаю, как изделия ты это вряд ли возьмешь, но, может, примешь на перековку?
– Если очень надо, конечно, куплю. У меня как раз металла нет, но цена будет, сами понимаете. Я лучше дам вам адрес оружейника. Он возьмет по хорошей цене, не обманет.
– Ну тогда, думаю, нам лучше выехать сейчас, чтобы успеть продать мечи и встать на постой. Гарде за гостеприимство, Дарре. Прошу не принимать как обиду наш уход. Хозяйке передай, что стол был великолепен, особенно настойка. Прими в дар скромный подарок. – Лекам вытащил из кармана амулет для розжига, отобранный у Солда, и протянул его Осальду.
