— Мой хозяин дал ему помощницу. — Леопард махнул хвостом взад и вперед, как кот, высматривающий добычу. — Прощай.
Только в это мгновение я вспомнил о стуле, который принес, чтобы использовать как щит. Я замахнулся им на леопарда, но он уже исчез.
Стул ударился о пустые ступеньки. Ноги в сандалиях были уже далеко внизу. Шаги быстро затихали… и исчезли.
Когда я вернулся в комнату, Мит-сер'у еще спала, в луже крови. Я отрезал кусок от моей головной повязки и быстро перевязал ее. Нехт-нефрет услышала ее стоны и прибежала на помощь. Он подняла слуг гостиницы, заставила принести чистые тряпки и зажгла эту лампу.
— Мне приснилось, что у меня появился самый замечательный браслет, — сказала нам Мит-сер'у. — Он из рубина, и обвил мое запястье как кольцо огня — такой браслет могла бы носить царица.
— Ты видела, кто порезал тебя? — спросил Нехт-нефрет.
Я не поверил своим ушам, когда услышал ответ Мит-сер'у. Ее большие темные глаза были полны сном. — Моя сестра Сабра попросила меня отдать это ей, — сказала она, — и я отдала. С радостью.
Нехт-нефрет наклонилась над ней. — У тебя есть сестра? Ты никогда не говорила о ней.
— Да. — Мит-сер'у кивнула и как будто проснулась. — Она старше меня. Ее зовут Мафтет и я ненавижу ее. — После чего заснула, как и раньше. Бледная и слабая.
У нее чистая рана, длинная и глубокая. И очень она мне не нравится. Вскоре я скажу Мит-сер'у, что мы должны поменять повязку; я хочу осмотреть рану при свете дня.
Хватит писать. Я должен поспать. А Муслак вообще не просыпался.
МЫ опять на корабле. Я хотел показать Мит-сер'у целителю, но он еще на берегу. Вместо этого я привел ее к Чаниу, он и Тотмактеф осмотрели ее рану и смазали ее лечебной мазью. — Она будет держать вместе концы раны, — сказал ей Чаниу. — Постарайся поменьше двигать рукой и не поднимай ничего тяжелого. Ты потеряла много крови.
Она пообещала, что не будет, и Чаниу приказал ей оставить нас и полежать на палубе в тени. — Ты должен давать ей самую лучшую воду, которую сможешь найти, — сказал он мне, — и не забывай смешивать ее с вином. Пять мер воды на меру вина.
Я сказал, что у меня нет вина.
— У тебя есть деньги, Луций, а на деньги всегда можно купить вино. Сходи на рынок, как только он откроется. Не забудь, что ты должен купить хорошее вино. Покупай только у почтенного торговца.
— Я пойду с тобой, — сказал Тотмактеф, — если благородный Чаниу не возражает.
— И вода тоже должна быть хорошей, — сказал нам Чаниу. — Самой чистой из всех возможных.
Потом он начал спрашивать меня о ночных событиях. Я прочитал ему все, что написано в свитке, рассказал о звоне и о коте.
— Это был Темный Бог, — сказал Чаниу, совершенно не испугавшись. — Мы называем его Ангра-Манью. Такое имя он носит среди нас, но другие народы называют его иначе. Он известен тем, что ест звезды.
Я не верю в то, что можно съесть звезды, но не стал спорить с Чаниу.
— Мы называем его Апеп, — сказал мне Тотмактеф, — а еще Аапеф, Сет, Сут, Сутех, Сетчех и еще многими другими именами.
Я спросил, возможно ли умиротворить этого бога.
— Ты не должен хотеть этого, — сказал Чаниу.
Целитель вернулся, на его плече ехала обезьянка. Эта обезьянка корчила гримасы Мит-сер'у и мне, что-то щебетала, шепталась с целителем, пыталась заглянуть под тонкую хлопковую рубашку Мит-сер'у и еще делала множество вещей, которые развеселили меня.
Я сказал целителю, что Мит-сер'у ранена, но он не захотел осматривать рану. — Если благородный Чаниу уже занимался ею, он сделал все, что я бы мог сделать, — сказал целитель. — Но я сделаю амулет, который защитит ее от подобных событий.
Он взял маленький мешочек, который Мит-сер'у носит вокруг шеи; я видел, что она не хотела отдавать его, но я заставил. Этот мешочек дал ей жрец Хатхор.
— Что это за темный бог, — спросил я, — которого благородный Чаниу называет Ангра-Манью?
— Ты весь день сидишь на солнце, — сказал мне целитель, — для того, чтобы тебе было удобно. Эта так?
Я сказал, что не помню, что наверно так оно и есть. Мит-сер'у сказала, что мы сидим в тени. Солнце здесь очень сильное и яркое, и даже моряки предпочитают поваляться в тени паруса, когда нечего делать. Мои солдаты — те пятеро, которые из Кемета — ставят свои большие щиты и сидят в их тени.
— В таком случае, — сказал целитель, — ты не должен слушать, когда говорят зло о Темном Боге.
Я спросил, действительно ли этот бог появляется в виде огромного черного кота.
— А, ты видел его слугу. Он часто появляется в таком виде. Я видел его в таком виде ночью, на этом корабле.
Я объяснил, что он не дал мне вернуться к Мит-сер'у, когда ее ранили; целитель сказал, что этого больше не произойдет, потому что амулет, который он даст ей, помешает этому.
— Как такое может быть? — спросила Мит-сер'у. — Мне разрезали руку, а я даже не проснулась. И, клянусь, я выпила только одну кружку.
— У нее очень острый нож, — сказал целитель, — и она знает заклинания, которые заставляют человека спать глубоким сном.
Мы захотели узнать, кто эта женщина. Было ясно, что он знает ее. Он не сказал нам, объяснив, что время еще не пришло и могут произойти злые дела, если он откроет ее имя.
— Если этот леопард бог, — спросил я, — как же он может служить этой женщине?
— Он не может и не служит, — сказал нам целитель. — Он служит Темному Богу, а Сабра служит мне.
18
ОБЕЗЬЯНА
ЛЮБИМИЦА целителя захотела проститься с нами, когда Тотмактеф, Урей и я пошли на рынок, чтобы купить вино для Мит-сер'у. Она встала на задние лапы и замахала передними, и мне это показалось злым предзнаменованием. Если бы такие глаза были у человека, я бы предположил, что это плохой человек.
Чаниу приказал нам купить хорошего вина, и принести Мит-сер'у самую чистую воду. Все из-за раны, которую она получила ночью в гостинице. Я не помню ни гостиницы, ни леопарда, но знаю, что рассказал об этом Чаниу. Я прочитал этот свиток, и все, что я ему рассказал, написано здесь.
Когда мы ушли с корабля, и набережная и склады остались позади, Тотмактеф уверил меня, что Муслак не отплывет без меня, и в любом случае Чаниу не позволит ему уплыть без нас.
Первое, что мы сделали, — купили мне новую головную повязку. Моя голова выбрита наголо, наверно против насекомых, и Тотмактеф сказал, что, если я не покрою ее, меня посчитают жрецом. У меня большая голова, но продавец позвал жену и она очень быстро сшила повязку по моему размеру. Она сделала ее из толстой хлопковой материи с синими полосами. Она предохранит от солнца мою голову и защитит плечи. Мне она очень понравилась, и я заплатил за вторую, для Урея, чью лысую голову легко, по ошибке, принять за выбритую.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
