барьеры безопасности, подбирать пароли. Талант! Криминальный талант! Хакерский талант! Через год новоявленный крэкер уже жил в трёхкомнатной квартире в центре Ростова. Все комнаты его жилища-офиса были забиты дорогим «железом». Девчонки, музыка, дорогие рестораны и ночные клубы. Всё это было. Но основное время занимали компьютерные дела. Он строчил программы с невероятной скоростью. Лучшего специалиста по взлому любых уровней безопасности закрытых сообществ, наверное, не было. Сам Кирилл про себя стал говорить: «Я не компьютерный гений. Я просто гений». Однажды он для прикола запустил в сеть трояна, который повсеместно подменял аудиофайл с гимном Российской федерации на «Боже царя храни…». Конфуз от подмены случался не только у простых пользователей, но даже на высшем государственном уровне. Вредоносная программа так искусно маскировалась, что её удалось нейтрализовать только после того, как выявили автора.
Так Целовальников попал в обойму спецслужб. Выбора не было: три года тюрьмы, либо работа в секретном спецучреждении под эгидой Службы внешней разведки. Через год его перевели в ФСБ. Кирилл никогда не сожалел о прошлом. А настоящим он просто наслаждался. Реальная работа, реальная оценка его талантов. И что немаловажно – его таланты востребованы страной, в которой он родился. Кацэ рад был послужить России, как бы громко это не звучало.
Приглашение в группу Калачова он принял сразу. Интуиция подсказывала, что ему предстоит решать задачи самого высокого уровня. Кайф, адреналин, драйв – вот всё, что он хотел получать от проделанной работы. Ну, и естественно, успех. Триумфальная победа над серьёзным соперником, сидящим за океаном, была частой гостьей во сне. Теперь он хотел испытать подобные эмоции наяву. Поэтому каждая свободная минутка его жизни была без принуждения посвящена новой работе.
Вот и сейчас, чуть обсохнув и попив талой воды «проклятого» ледника, он плотненько уселся в любимое кресло и внимательно уставился в экран.
– Так-так-так… Сейчас посмотрим, как к вам пробраться, господа пиндосы. Так, так, так…, – пальцы тарахтели по клавишам в ритме ударной дрели. – Вот гады, вот нагромоздили! Как же вы работаете с такими навешенными на систему сложностями? Три уровня общей защиты и неизвестно, сколько уровней личной. Экран для предотвращения выходов внутренних сигналов и глушилка для внешних. Ёшкин кот, а тут ещё что такое!?
Провозившись часа два, Кирилл резко отпрянул от стола, крутанувшись в кресле. Угу, быстро попасть в систему не получается. А что нам подсказывает опыт? А опыт нам подсказывает: если не можешь войти в дверь, ищи щелку в окне. Нет, не в «винде», а в гипотетическом окне. Узнать бы, где оно? Стоп! А не дурак ли я? Нет, я гений! У меня же есть муха. Кстати, где она? Хи, она там, где ей и положено быть. Он катнулся в кресле и оказался у странного никелированного шкафа, который полностью занимал одну из стен комнаты. Кирилл сканировал свой палец – тут же появились голографические клавиатура и экран. Кацэ набил слово «Муха» и из крыши шкафа выперся манипулятор, который запустил свою лапу в выдвинувшийся из металлической панели ящичек. В следующий момент лапа опустила на ладонь Кирилла металлическую коробочку, размером с человеческий ноготь.
Кирилл скомандовал:
– Откройся.
Верхняя крышка разделилась пополам, а половинки разъехались в разные стороны. Следом из глубины коробочки взмыл вверх крохотный манипулятор с тремя металлическими пальчиками, которые аккуратно сжимали настоящую муху. По крайней мере, внешне она ничем от настоящей не отличалась.
– Эх, зря я тогда не доработал программу и надолго забыл о тебе, – Кацэ поднёс муху поближе к глазам и внимательно со всех сторон её осмотрел: – Хороша, чертовка. Не переживай, родная, скоро ты у меня полетишь. Правда для этого сегодня не придётся спать. Эх, успеть бы! Да куда я денусь? Как не готовься, как не планируй, а всё равно всё великое делается за одну ночь. За последнюю ночь.
Глава тридцатая
13 апреля
Сочи
В бой идут трансгендеры-лесбияны
Калачов поставил перед подчинёнными задачу найти Рашева раньше американцев:
– Идеи есть?
Лиза с ходу предложила:
– Надо обложить посольство так, чтобы мышь не проскочила.
Шустицкий демонстративно пожал плечами:
– Зачем? Оно и так у нас под колпаком. Но янки приспособились. Нашу внешнюю прослушку они надёжно глушат. К тому же, если пиндосы уже схватили Рашева, вряд ли они держат учёного в самом посольстве. Это неправильно. Никто так не поступает.
– Но в экстренных случаях могли бы, – возразила Лиза.
– Все экстренные случаи предусмотрены за много лет до того. Где-нибудь в конспиративной квартире давным-давно сидит агент-крот. Ничем себя не выказывает. Человек, как человек. Но в час «икс» к нему приходит другой агент, который называет кодовое слово и всё меняется.
– Так, – активизировалась Алиса. – Этот крот явно живёт не в многоквартирном доме. Для того, чтобы надёжно спрятать пленника от любопытных глаз, нужен частный дом. В Сочи таких полно, но можно провести аналитическое просеивание, применив заданные применительно к нашей ситуации фильтры. Например, слишком тихий домик, слишком примерные хозяева. Можно сразу не учитывать дома, принадлежащие публичным личностям, или наоборот лицам низкой социальной ответственности: наркоманам, алкоголикам, нарушителям закона.
– Трудная задача. Требует больших усилий и ресурсов. Но ты, Алиса, подумай над её разрешением.
– Хорошо, Геннадий Васильевич.
– И тем не менее, – Лиза снова вернула в обсуждение свою версию, – кто-нибудь из посольства ездит в эту нору. Не может, не ездить. Им надо срочно завладеть «Прометеем». А иначе они могут опоздать навсегда.
– Возможно, возможно. Но в современных условиях проследить будет сложно, – рассудил генерал. – Улицы забиты беженцами. Агенты могут не выезжать из посольства, а просто выйти, оторваться от преследования, а уже потом использовать транспорт. Придётся задействовать все ресурсы, чтобы проследить все контакты абсолютно всех сотрудников американского посольства. Есть множество способов уйти от слежки. Тот, с помощью которого они остались незамеченными при посещении НИИ нанохимии – всего лишь один из многих.
В кабинет генерала осторожно заглянул Целовальников. Вид усталый, глаза краснющие, но улыбка довольная. Генерал понял, что Кацэ опоздал не просто так и не стал его распекать. Он указал рукой на свободный стул и сразу спросил:
– Кстати, Кирилл, ты выяснил, каким образом они отключили все камеры?
– Пока не до конца, патрон. На этот момент нам удалось выявить следы вредоносной программы. Она сидит в центре управления электросетями. Судя по тому, что мне до сих пор не удалось определить алгоритм её появления и действия – продукт хороший, качественный. Мы убили её на одном из серверов, а сам сервер отключили от сети. Но она снова всплыла. Как? Каким образом? Пока загадка. Но я обязательно её хакну, – Кирилл сжал губы и цыкнул. Но тут же воодушевился: – Нам противостоят профессионалы высокого уровня. Но и мы не лыком шиты.
Последнюю фразу он произнёс с многозначительной интонацией. Чем вызвал вопрос командора:
– Есть идея?
Кирилл
