внимательно прошёлся взглядом по присутствующим, а затем огляделся по сторонам. Генерал его угомонил:
– Чего ты вертишься? Здесь все свои.
Компьютерный гений ухмыльнулся:
– Точно сказано: «Все свои». Слава богу, «засланного казачка» нет.
Командор понял, что речь идёт о Нутрецове. Он сразу отреагировал:
– И с ним – все свои.
Кирилл сморщил нос, словно под него сунули какую-то тухлятину:
– Не нравится мне этот тип.
Калачову пришлось ужесточить свой голос:
– Оставь своё личное мнение при себе. Давай рассказывай.
Кацэ натянул на лицо хитрую гримасу и многозначительно произнёс:
– Всё просто. Они нам засунули червя. А мы им подкинем муху.
– Муху? – даже генерал сразу не смог оценить великую идею Кирилла.
– Да! Именно, муху.
– Он бредит, – закатила глаза Алиска.
– Сами вы… Я безмерно талантлив, но есть люди не хуже меня. Хотя не так. В моей профессии лучше меня нет. А вот в других есть такие же, как я – корифеи, вундеркинды, спецы экстракласса. Один из них сконструировал роботизированный аналог обычной мухи.
– Кто он? – укоротил тронную речь новоявленного «корифея» Калачов.
Лицо Кацэ превратилось в нечто загадочное:
– У меня нет полномочий раскрывать его имя. Он работает в очень секретной организации. Поэтому зашифрован так, что нам и не снилось.
Генерал ухмыльнулся:
– Ты что там делал?
– Где?
– В супер «секретной организации».
Парень понял, что над ним подтрунивают, поэтому решил обидеться. Но тут же передумал:
– С ним я встретился случайно на нейтральной территории. Где – я вам не скажу. Не пытайте меня.
– Бог с ним, с твоим корифеем. Что там про муху?
– Короче, он в свободное от основной работы время собрал электронную муху, а я обеспечил её программным обеспечением.
И далее «корифей» изложил свой план. План понравился всем. А единственный закономерный вопрос, тут же получил ответ:
– Естественно, где-нибудь в лесу проблемы энергообеспечения возникнут. Но в городских условиях муха может жить вечно. Она заряжается от электромагнитного поля любого прибора. В том числе обычного электропровода…
…На следующий день к пункту пропуска американского посольства подошли двое. Одеты они были странно: пёстро, эпатажно, ярко. Крашенные во все цвета радуги волосы не имели формы какой-либо из известных причёсок. Вместо лица броский макияж. В таком «боевом» камуфляже трудно было узнать Юшкевич и Ахтарова. Командор сделал ставку на опыт. У Лизы из-под короткой оранжевой юбчонки торчали ноги в фиолетовых чулках. Коленки Влада, обтягиваемые оранжевыми колготками, едва прикрывал клетчатый килт.
Как только они остановились перед дверью КПП, тут же перед ними возник голографический привратник в форме американского офицера:
– Сегодня посольство не принимает. Пожалуйста, не останавливайтесь. Проходите мимо.
Влад и Лиза переглянулись, словно бросая жребий кому отвечать. Мужчина взял инициативу на себя:
– Вы не имеете права нас прогонять. Нас преследуют.
– Вы американские граждане?
– Нет. Но хотим ими стать.
– Вы можете подать соответствующее заявление завтра с десяти утра.
– Мы не доживём до завтра! – взволнованно подключилась к розыгрышу Юшкевич.
– Сегодня посольство не работает. Приходите завтра, – неумолимо повторил прозрачный облик офицера и начал растворятся в воздухе.
Всё пошло насмарку. Влад это ощутил по полной программе, поэтому завопил:
– Если вы нас не впустите, все узнают о вашем равнодушии к проблемам сексменьшинств! Вы не толерантны! Мы послали письма во все демократические СМИ. Если нас сегодня убьют, они опубликуют их!
В ответ ничего…
В это время рядом с «сексменьшинствами» остановился представительский автомобиль. Из него вышел Калачов в форме генерала и два здоровенных лба в новеньких чёрных костюмах – явно спецагенты ФСБ. Костюмы встали чуть позади генеральского мундира. Троица пристально уставилась на яркую парочку. При этом генерал властно поманил перебежчиков пальцем.
Разукрашенные просители политического убежища переглянулись и бросились к дверям КПП с новыми воплями:
– Спасите! Помогите! Они нас убьют!
На их стук вновь явился «призрак» офицера:
– В чём вас обвиняют?
– Ни в чём! – жалобно всхлипнул Ахтаров. – Помогите, ради всего святого.
– Теряем время. В чём конкретно вас обвиняют?
– Правда, ни в чём! – Влад вдруг рухнул на колени и, разрывая яркие колготки, двинулся в сторону голограммы. – Они нас преследуют за то, что мы хотим быть свободными.
– «Свободными»? И это всё? – прозрачный офицер ухмыльнулся и вновь вознамерился раствориться в воздухе.
Лиза выпучила глаза в сторону напарника и грозно качнула подбородком. На подготовку акции был отпущен всего один вечер. Лиза привыкла действовать обстоятельно, без сюрпризов, и готова была расписывать все возможные варианты событий хоть до утра. Но Влад уверил её: он всё берёт на себя – сейчас лучше разойтись по домам. Надо выспаться и тогда импровизация его бодрого организма найдёт выход из любой ситуации.
Обладатель клетчатого килта понял содержание её взгляда – в провале будет виноват только он. Поэтому вновь завопил:
– Хорошо! Хорошо! Я сознаюсь. Нас преследуют за то, что мы трансгендеры-лесбияны!
«Охренеть!» – прошептали губы напарницы.
– Не совсем понял – кто? – переспросил офицер.
– Трансгендеры-лесбияны, – внятно произнёс Влад, влезая на любимого конька. Он обожал потрепаться на любую заданную тему.
– Это как?
– Обыкновенно, – неожиданно для Лизы голос Влада вдруг стал нежным, наполненным лирикой и патетикой. – Я полюбил Маргариту. Но полюбил её не пошлой, обрыдлой, банальной любовью разнополых особей. Я полюбил её невероятной любовью. Необыкновенной любовью! Неповторимой. Дивной, бесподобной и прекрасной! Лучшей в мире! Когда-нибудь про нашу любовь новый Шекспир напишет великую трагедию. Ведь это так замечательно, так чудно! Я полюбил так, что чувствовал себя… – он затряс ладонью, подыскивая мысли и слова. – Хм, я чувствовал себя ею. Я хотел быть её зеркальным отражением. Нет, не зеркальным! Я желал быть точно такой же, как она! Я хотел быть ею! Чтобы мы не могли понять сами «ху из ху». Жаль, что мы не родились сиамскими близняшками! Нет ничего прекрасней, чем любовь двух алых роз, растущих на одной клумбе. Поэтому я сделал операцию. Каково же было моё удивление, когда, вернувшись домой, я обнаружил Марго в облике мужчины. Она испытывала те же чувства, что и я. И это прекрасно! Я вернулся в свой прежний облик. Она сделала тоже самое. Мы делали операции до тех пор, пока вот эти, – Влад презрительно ткнул пальцем в сторону генерала, – не заинтересовались нашими манипуляциями, как с внешностью, так и гендерными признаками. Мы знали, что нас ждёт. И вот мы здесь!
На этих его словах стоявшая в полном оцепенении Юшкевич сделала глубокий вздох и шумно выдохнула воздух. Внутри неё боролись два противоположных чувства. С одной стороны, хотелось плюнуть в сторону напарника и удалиться. Так ей было противно. С другой стороны – долг. Долг победил. Победил предельно быстро. Она завопила в унисон дружку-подруге:
– Если вы не поможете, весь мир узнает, что вы могли спасти Ромео и Джульетту нашего времени, но проявили равнодушие и отсутствие толерантности…
Офицер не стал дослушивать. Электронный замок щелкнул, и «друзья-подруги» тут же исчезли в приоткрытых дверях.
Проходная была небольшой. Хипповатую парочку здесь встречал всё тот же виртуальный офицер и два реальных секьюрити.
– Как к
