Очутившись в небольшой прихожей, он сбросил с себя куртку и повесил ее на крючок. В следующую секунду Кара бросилась в его объятия, прижавшись к нему всем своим дрожащим телом.
Когда он обнял ее, ей стало тепло и несказанно хорошо.
– Я замерзла, – сказала она, стуча зубами.
– Сейчас я тебя согрею. А где твоя куртка?
– Я оставила ее в машине Алексы. Не могла же я тащить куртку с собой в бар.
– Прыгай, – неожиданно скомандовал он, подхватывая ее под мышки.
Она послушно выполнила его просьбу и, подпрыгнув, обхватила его ногами за талию, а он крепко обнял ее за спину и, прижав к стене, освободил руки для объятий. Их уста жадно прильнули друг к другу. Не прерывая поцелуя, он приподнял ее футболку и стянул через голову, потом высвободил из лифчика полные груди и стал осыпать мелкими поцелуями щеки, шею, ключицы, ложбинку между грудей. Потом взял в рот тугой набухший сосок и стал ласкать его языком, слегка прикусывая зубами. Кара застонала от наслаждения.
Когда она запустила пальцы в его волосы и слегка потянула, он понял это как просьбу переходить от прелюдии к действию и с готовностью подчинился. Сделав шаг назад, он дал ей возможность расстегнуть джинсы и выскользнуть из них, в то время как он сам стянул с себя брюки и отшвырнул их в сторону.
Обхватив ладонями ее лицо, он жадно оглядел ее с головы до ног и хрипло проговорил:
– Боже, как ты прекрасна…
Она мгновенно покраснела, но не сделала даже попытки прикрыться. Напротив, протянула руку и нежно коснулась его щеки:
– Спасибо.
Он снова стал целовать ее, и через несколько секунд их тела слились в объятии. Ее мягкие груди плотно прижались к его горячей коже, от нее пахло полевыми цветами. Майк не мог больше ждать ни секунды.
– Я хочу тебя, – горячо прошептал он.
– Так за чем дело стало? – лукаво улыбнулась она, и он тут же подхватил ее на руки.
В его крошечной квартирке ему не пришлось далеко нести ее до постели.
Кара чувствовала, что ее сердце вот-вот вырвется из груди. Майк не принадлежал к числу разговорчивых людей. Он мог молчать довольно долго, но если уж начинал говорить, его слова были весомы. Сегодня все, что он говорил, производило на нее глубокое впечатление. Она легла на середину постели и откинулась на подушки, не отрывая взгляда от разгоряченного лица Майкла. Опершись на руки, он склонился над ней и жарко прошептал:
– Ты мне нужна…
Казалось, эти слова дались ему с трудом. Вряд ли он их часто говорил.
– Я твоя, – откликнулась Кара.
И это было правдой, хотя она знала, что в конечном итоге это принесет ей только боль. Она не стала смотреть ему в глаза, чтобы не увидеть в них панику или ненужные вопросы. Вместо этого просто взяла рукой его напряженный фаллос и направила его туда, где он был ей больше всего нужен.
И только тогда позволила себе взглянуть в лицо Майка. Оно было напряженным, зрачки глаз расширились от вожделения, но когда он глубоко вошел в нее, выражение лица смягчилось и ее сердце растаяло, полностью открывшись ему.
Она смаковала каждое его движение внутри себя – резкий сильный вход и длинный выход. Не было никакого желания о чем-то думать, хотелось полностью отдаться сладким чувствам.
Обняв его ногами за талию, она вдруг сильным движением повалила его набок.
– Давай поменяемся местами, – почти скомандовала она, надеясь, что более острые ощущения позволят ей избавиться от надоедливых мыслей.
К ее удивлению, Майк согласился, и уже в следующее мгновение она сидела на нем верхом. Когда он протянул руки и переплел свои пальцы с ее, этот простой жест тронул ее до глубины души, и в горле застрял комок.
Но недолго она оставалась хозяйкой положения. Майк с легкостью подстроился под ее ритм и сумел быстрее, чем она могла себе представить, привести ее к той грани, за которой начиналось чистое блаженство. Кара все больше понимала, что он овладел не только ее телом, но и умом и сердцем.
Это была последняя связная мысль, прежде чем ее унесла ввысь мощная волна наслаждения. Совершив последний толчок, Майк последовал за ней, произнеся ее имя.
Она не знала, как долго пребывала на вершине блаженства, но постаралась извлечь из него все до последней капельки. Вернувшись с небес, она упала Майку на грудь, тяжело дыша. Майк тоже тяжело дышал, его пальцы запутались в ее волосах. Повернув Кару на бок, он нежно обнял ее и прижал к себе.
Пока они молча лежали, Кара пыталась собраться с мыслями и снова выстроить защитную стену вокруг сердца. Но для этого ей потребовалось рассуждать здраво. Да, нельзя не признать, что она испытывает к Майку некие чувства. И это вполне естественно, поскольку у нее очень давно не было секса. Нет, неправда, не только секс тому причина. Ей очень хорошо с ним, как не было еще ни с одним мужчиной. Именно поэтому ее так сильно тянет к нему. Но это еще не любовь, она знает его недостаточно хорошо и долго. К тому же влюбляться не входит в ее планы, и она приложит все силы, чтобы этого не произошло.
Понимая, что разбудит Майка, если попытается немедленно выбраться из постели, она решила отложить все проблемы на завтра и тоже немного поспать.
Кара и Майк позавтракали у него дома. Каждый съел по миске хлопьев с холодным молоком, тост и выпил чашку кофе. Потом он отвез ее домой. Им было хорошо и удобно вместе. Такое сочетание физического влечения и психологической совместимости Кара считала большой редкостью.
Утром он сам повез ее домой. Он обращался с ней не как с девушкой на одну ночь. Напротив, проводил ее до дверей и поцеловал на прощание, прежде чем отправиться на работу.
Кара позвонила в Хэвенсбридж и оставила для Даниэлы сообщение, в котором обещала приехать к девяти утра. Потом она приняла душ, быстро высушила волосы и стянула их в пышный конский хвост, взяла ключи и собралась уже идти, как вдруг зазвонил телефон. Взглянув на него, она сразу поняла, что это Майк. Что и говорить, ей было приятно увидеть его имя на дисплее.
– Привет! – сказала она, отвечая на звонок.
– Привет! Послушай, я знаю, что у тебя сегодня выходной, но я только что звонил судье Бейну, тому самому, который вел дело о наркотиках и меченых деньгах. Его жена сказала, что с ним можно поговорить сегодня утром. Не хочешь составить мне компанию?
– И ты еще спрашиваешь? – отозвалась Кара, обрадованная не только перспективой узнать неизвестные подробности дела, но и тем, что Майк счел нужным взять ее с собой.
– Хочу тебя предупредить, – довольно мрачно продолжил Майк, – этот разговор может оказаться очередным тупиком.
– Почему?
– Его жена сказала, что у него болезнь Альцгеймера, и хотя бывают просветления, это случается редко. Сегодня, похоже, не лучший день для разговора, но жена предложила попробовать, поскольку невозможно предугадать, когда наступит очередной период здравомыслия.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
