– Почему?
– Его жена сказала, что у него болезнь Альцгеймера, и хотя бывают просветления, это случается редко. Сегодня, похоже, не лучший день для разговора, но жена предложила попробовать, поскольку невозможно предугадать, когда наступит очередной период здравомыслия.
– Как жаль, – разочарованно протянула Кара, понимая причину досады Майка.
– Мне тоже, но что тут поделаешь? Если не получится толком поговорить с судьей, придется поискать другие ниточки.
Ей было приятно, что Майк держит ее в курсе событий по делу, хотя мог бы заняться им самостоятельно, без всяких помощников. Значит, он хочет, чтобы она была рядом, хотя в этом деле был замешан его биологический отец, что делало его очень личным для Майка.
– Кара? Ты слышишь меня? Я сказал, что заеду за тобой через полчаса. Договорились?
Она вздрогнула, осознав, что какое-то время ничего не слышала, погрузившись в собственные размышления.
– Да! Вот только я обещала Даниэле приехать сегодня утром в Хэвенсбридж.
– У меня сегодня есть свободное время, я могу поехать вместе с тобой, если ты согласна.
– Конечно, согласна! – воскликнула Кара, тронутая его предложением.
– Вот и отлично. Скоро увидимся.
С этими словами он отключился.
Майк подъехал к ее дому, как и обещал, через полчаса, и еще через пять минут они уже подъехали к красивому ухоженному дому в колониальном стиле. Кара была не слишком хорошо знакома с этой частью города, но знала, что здешние дома стоили целое состояние.
– Неплохой домик! – присвистнула она.
– Очень даже неплохой, – согласился с ней Майк. Сняв солнечные очки, он несколько секунд любовался домом, потом снова надел их и скомандовал: – Идем!
Жена судьи встретила их на пороге. Это была пожилая седовласая приветливая женщина.
– Майк Марсден? Прошу вас, проходите.
– Благодарю вас. Это офицер полиции Кара Хартли.
– Приятно познакомиться, – сказала Кара, пожимая женщине руку.
– Мне тоже, – ответила та. – Маршалл сейчас у себя в кабинете. Там он проводит бóльшую часть своего времени.
Она повела их в кабинет мужа. Переглянувшись, Майк и Кара пожали плечами и вошли вслед за ней в комнату, наполненную солнечным светом. Было совершенно очевидно, что миссис Бейн любит мужа и всячески заботится о нем. Шторы были максимально раздвинуты, чтобы дать доступ воздуху и свету. Повсюду стояли живые цветы, придававшие атмосфере уют и ощущение радости.
– Маршалл, к тебе пришли.
Судья оторвал взгляд от телевизора. В свои семьдесят три он выглядел весьма моложаво. Он вышел на пенсию не потому, что устал работать или не имел для этого сил и здоровья. Просто у него случилась болезнь Альцгеймера.
– Кто это? – звучным голосом поинтересовался он, глядя на Майка и Кару совершенно ясными глазами.
– Я же тебе говорила, что к нам придет новый шеф полиции, Майк Марсден, помнишь? С ним офицер Кара Хартли. Они хотят задать тебе несколько вопросов, – сказала миссис Бейн, заботливо расправляя несуществующие складки на пледе, которым были накрыты колени мужа.
Он сжал ее руку, и она отошла в сторону.
– Пойду принесу прохладительные напитки, – негромко проговорила она.
– Спасибо, но, право, не стоит беспокоиться, – сказала Кара.
– Мы не задержим вас надолго, – сказал Майк судье Бейну.
Миссис Бейн покорно кивнула.
– Если передумаете, дайте мне знать.
С этими словами она ушла.
Майк и Кара уселись в кресла напротив судьи.
– Итак, чем могу быть полезен вам, молодые люди? – поинтересовался он.
– Нам нужно вернуться лет на тридцать назад, – ответил Майк, – к тому случаю, когда за нарушение правил дорожного движения был остановлен парень и в багажнике его машины были обнаружены наркотики и несколько тысяч долларов мечеными купюрами.
Майк кратко и внятно изложил судье все факты. Даже если у него за все эти годы были сотни дел, связанных с наркотиками, вряд ли среди них нашлось бы много связанных одновременно с мечеными деньгами.
Судья Бейн перевел взгляд на потолок, и Каре показалось, что он мысленно переносится в прошлое. Она взглянула на Майка – тот терпеливо ждал ответа, изучающее глядя на пожилого мужчину.
– Это было в 1983 году, так?
– Да, – тихо подтвердила Кара.
– О, я столько лет провел в суде! Я мог бы рассказать вам столько интересных историй!
Именно это он и делал следующие двадцать минут, не выключая при этом громко оравшего телевизора. Теперь Кара воочию убедилась в том, что у людей с болезнью Альцгеймера нет проблем с долгосрочной памятью.
Гораздо хуже обстояло дело с краткосрочной. Неожиданно судья остановил свой рассказ и посмотрел на Кару:
– Простите, мы знакомы?
Она замялась, не зная, что сказать.
– Она со мной, ваша честь, – пришел ей на помощь Майк.
– Ах, Рекс, я же просил тебя не приходить ко мне домой!
Глаза Кары расширились от изумления. Майк вздрогнул и слегка отшатнулся, словно судья Бейн влепил ему пощечину, назвав именем его биологического отца.
– Я Майк, Майк Марсден, сын Саймона, – нарочито внятно произнес он, глядя на старого судью.
– Помни, ты не должен рассказывать об этом своему напарнику. Он на редкость честный человек и не должен ни о чем узнать, – предостерегающе сказал судья.
Кара метнула вопросительный взгляд на Майка, но тот был полностью поглощен разговором с судьей.
– О чем Саймон не должен узнать? – осторожно спросил он.
Неожиданно судья стал лихорадочно оглядываться по сторонам.
– Ты слышал? Тут еще кто-то есть. Нас подслушивают. Я же говорил, здесь нельзя вести серьезные разговоры, – со страхом проговорил он.
– Это всего лишь телевизор, – попыталась успокоить старика Кара, но из этого ничего не вышло.
– Мэри! Мэри! – громко позвал старик, сбрасывая плед на пол. – Кто здесь еще?
Майк и Кара встали со своих мест, и в эту минуту в комнату поспешно вошла его жена.
– Я так и знала, что этим кончится. Вы успели задать ему свои вопросы, прежде чем он вошел в это состояние? – спросила она, одной рукой обнимая встревоженного мужа.
– Да, мы узнали все, что хотели, – заверила ее Кара.
Словно по негласной договоренности, Кара и Майк одновременно двинулись к двери, понимая, что визит подошел к концу.
– Надеюсь, вы найдете обратную дорогу? Мне бы не хотелось оставлять мужа одного в таком состоянии, – извиняющимся тоном сказала миссис Бейн.
– Разумеется, найдем, не стоит беспокоиться, – кивнула ей Кара.
Вслед за Майком она вышла в коридор, потом на крыльцо и вместе с ним пошла к машине. Он не сказал ни слова, пока заводил двигатель. Кара тоже молчала. Она понимала, что ему необходимо осмыслить то, что он услышал, и сделать собственные выводы.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
