Едва слышно застонав, она тут же откликнулась на его поцелуй, приоткрыв губы.
– Мне нужно идти, – пробормотала она, не отрывая губ.
– Ты в этом уверена?
– Нет. Да. Да!
Она решительно отстранилась от него. Сверкающие синие глаза, порозовевшие щеки, взъерошенные его рукой волосы – он не мог оторвать глаз от этого прелестного зрелища.
– Перестань на меня так смотреть, – сказала она, снова берясь за ручку дверцы.
– Кара, завтра, когда я привезу тебя домой после ресторана, я останусь у тебя.
– Обещаешь?
Он кивнул.
– А теперь иди.
Засмеявшись, она выпрыгнула из машины и побежала к входной двери. Он подождал, пока она скроется за дверью, и только потом уехал.
Глава 9
Майк вошел в дом своих родителей со страхом: он боялся предстоящего разговора. Элла просила его прийти в субботу вместо пятницы. И вот он приехал. В прихожей его встретил радостным лаем Коджак, и Майк подхватил маленького песика на руки.
– Майк! – воскликнула мать, встречая сына на пороге гостиной с распростертыми объятиями и целуя его в щеку.
– Здравствуй, мама, – обнял ее Майкл.
– Я так рада, что ты приехал.
– Я тоже рад, – улыбнулся Майкл. – Как хорошо видеться с тобой чаще, чем раз в пару месяцев!
– Правда? – недоверчиво спросила она.
Он откинулся на удобные подушки дивана и на мгновение задумался. Потом ответил:
– Здесь, в Серендипити, мне нравится больше, чем я ожидал.
– Ты имеешь в виду работу? Или родной дом?
На матери был шоколадно-коричневый спортивный костюм, в котором она выглядела, как всегда, жизнерадостной и энергичной, несмотря на усталые морщинки на все еще красивом лице.
– И то и другое, – не колеблясь ответил он. Пока что он действительно не испытывал ни малейшего желания бежать из родного города.
– Да? Это хорошо, – с едва заметным удивлением сказала мать. – Это из-за Кары?
– Ма, разве я когда-нибудь обсуждал с тобой свою личную жизнь? – чуть укоризненно улыбнулся Майк.
– Ну да, зачем обсуждать, если у тебя с ней все в порядке, – по-своему поняла его мать.
Майку пока что не хотелось говорить с ней о Каре, поскольку мать стала бы задавать вопросы, на которые у него еще не было ответов. По опыту прошлых лет он знал, что в нем в любой момент может проснуться тоска по Манхэттену и собственному холостяцкому жилищу.
– Ну хорошо, хорошо, – успокоила его мать. – Просто я хочу, чтобы ты знал: мы с отцом одобряем твой выбор. Если тебе, конечно, вообще интересно наше мнение.
На самом деле он не нуждался в их одобрении. Как и прежде. Но теперь от слов матери ему стало почему-то необыкновенно тепло на душе. И тут он вспомнил, зачем пришел.
– А где отец? – поинтересовался он.
– У себя, дремлет. Знаешь, доктор им доволен. Он хорошо переносит химиотерапию, и уже есть положительные результаты.
– Это очень хорошо, я так рад за него, – выдохнул Майк.
– Я тоже. Врачи говорят, что эта слабость и быстрая утомляемость исчезнут, как только он закончит курс лечения. Надеюсь, они не ошибаются.
– Я слышал, полная реабилитация занимает довольно долгое время, – осторожно сказал Майк. Ему хотелось подготовить мать к возможным проблемам. – Некоторым так и не удается полностью восстановиться.
Она кивнула, тяжело вздохнув:
– Знаю, сынок. Но я должна не терять оптимизма.
– Согласен. – Он наклонился вперед, положив локти на колени. – Мам, мне нужно поговорить с тобой.
– О чем, сынок?
Его неожиданно бросило в холодный пот. Практически никогда он не говорил с матерью о Рексе. Хотя Майк был уверен в силе характера своей матери, разговор им обоим предстоял не из приятных.
– У меня есть несколько вопросов о Рексе Брансоме.
Элла мгновенно побледнела.
– Ма, что с тобой? – встревожился Майк.
– Все в порядке, – кивнула Элла. – Извини, я просто не ожидала…
– Знаю. Но всплыли кое-какие дела прошлого, и мне необходимо задать тебе несколько вопросов.
Она снова кивнула. К ней медленно возвращался естественный цвет лица.
– Ты можешь задавать мне любые вопросы.
Убедившись в том, что первый шок прошел, Майк объяснил ей сложившуюся ситуацию, рассказав о требовании нового мэра навести порядок в нераскрытых делах, о том, как обнаружились меченые деньги в хранилище вещественных доказательств, о разговоре с судьей Бейном и его бреде, вызванном болезнью Альцгеймера.
– Но в том, что он сказал, есть зерно правды. Должно быть. По крайней мере не вызывает сомнения, что он был как-то связан с Рексом, и они оба что-то скрывали от Саймона. А отец… Сэм пытался поговорить с ним о том времени еще до его болезни, но отец категорически отказался. Не сказал об этом ни слова.
Элла встала и принялась расхаживать взад-вперед по комнате.
Дав ей время на размышление, Майк спросил:
– Ма, в чем был тогда замешан Рекс?
Элла молчала.
– Ма, ты слышишь меня?
– Понимаешь, – заговорила наконец мать, – в то время я была полностью поглощена своей неожиданной беременностью и ужасной реакцией Рекса на это, а потом он и вовсе пропал… Это правда, – она нервно сжимала и разжимала кулаки, – могу тебе сказать одно наверняка: Рекс любил риск, он всегда ходил по краю.
– Совсем как я, – пробормотал Майк скорее самому себе, чем матери.
– Да, но ты никогда не ведешь рискованную игру на грани преступления. У Рекса были и хорошие черты, именно их ты унаследовал от него. Перестань мучить себя.
Майк сокрушенно покачал головой, лишь частично соглашаясь с матерью.
– Значит, я снова у точки отсчета, – сказал он. – Придется либо давить на отца, что я не могу сделать, поскольку он очень слаб, либо найти Рекса и получить все ответы от него.
Элла чуть покачнулась, словно теряя сознание.
Майк, чертыхнувшись, тут же подскочил к ней и крепко обнял за плечи.
– Тебе нужно сесть, – сказал он, подводя ее к дивану.
Элла послушно села.
– Постой! Сейчас я принесу тебе чего-нибудь попить.
Он пошел на кухню и принес оттуда стакан апельсинового сока.
– Вот! Выпей это.
Он сел рядом с матерью и с тревогой смотрел на нее, пока та пила сок.
– Спасибо, – тихо сказала она.
– Не за что. Извини, это все из-за меня.
Она покачала головой:
– Будь то по работе или нет, ты имеешь право задавать вопросы о своем отце.
Некоторое время они сидели молча, потом она взглянула на сына и погладила его по голове, ласково, как это делает только мать, проведя пальцами по слишком длинным волосам. Этот жест Майк помнил с детства.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
