Единственное мое желание – успешно завершить экспедицию, даже ценой крайнего переутомления. Но в то же время я не позволяю себе нервничать, бездумно торопиться. Я не собираюсь неразумно рисковать, вступать в поединок с излишними опасностями. Поэтому мы постоянно начеку. Готовы к опасности в любое мгновение. Наша лодка требует молниеносной реакции. Запоздание даже на доли секунды может оказаться решающим, а возможно, и роковым. Каждая волна требует трезвой оценки, чтобы преодолеть ее наилучшим образом. Вечно не спускаем глаз с парусов. Фордевинд – опасное для лодки направление ветра, когда он дует прямо в корму. Если мачта опять сломается, мы уже не сможем ее починить. Парадокс нашего положения в том, что бывают ситуации, когда необходимо реагировать молниеносно, а бывает и наоборот – должен сдерживать себя, не торопиться.
Джу
Свет из глубин
В этих экспедициях я совершенно «очистилась» – теперь никогда не переживаю, если что-нибудь испортилось, разбилось или потерялось. Я и раньше не слишком уж дорожила вещами, а сейчас вообще не придаю им никакого значения.
Льет всю ночь и весь день. Уже целый месяц идут проливные дожди. Если бы это происходило на суше, то давно бы наступило наводнение. А здесь вода обрушивается в воду. Здесь у ливня, наверное, одна-единственная задача: мочить нас. Другого видимого результата нет. Самое интересное, ни один атлас, справочник или карта не показывают, что в этих местах должны идти дожди. Наоборот, всюду отмечается ясная, солнечная погода. В марте дожди шли почти непрерывно. И сейчас дождь не прекращается уже целую неделю. Промокли до нитки, и, пожалуй, мы теперь самые мокрейшие существа во всем Тихом океане.
Перед обедом, во время вахты Дончо, хлынул ливень с сильным порывистым ветром. Измерили его скорость анемометром: почти восемь баллов! Величайшая для нас на сегодняшний день радость – мачта выдержала! Значит, она крепкая, надежная. И все равно мы с нее глаз не спускаем: не сломается ли, не рухнет ли? Не стрясется ли с ней еще какая беда? Но уж коль она выдержала такой штормовой ветер, то есть большая надежда – послужит нам до Таити.
Когда я приняла вахту, снова разразился ливень, но уже предназначенный мне. Океан стал похож на как-то виденный мной на картине пейзаж пустыни Сахара: небольшие песчаные волны, все бело и все кажется нереальным.
Хорошо еще, что костюмы у нас прочные. Я готова поверить рекламе, что это самая лучшая в мире водонепроницаемая одежда. Но облачаться в нее через каждые три часа – целая эпопея. Особенно ночью. Поверх хлопчатобумажной фуфайки надеваю шерстяной свитер, потом шерстяной костюм, затем душегрейку, куртку и поверх всего – водонепроницаемый костюм. На ноги натягиваю сапоги. Задыхаюсь от множества одежды и еле передвигаюсь. Кое-как добираюсь до румпеля и тут уж сижу, не шелохнусь. Но главное в другом – мне холодно! Такова погода в южном Тихом океане, вблизи от экватора, в конце апреля.
Ночью в воде сияли огромные световые круги. Многие часы подряд они скользят мимо лодки. Создается впечатление, будто откуда-то из глубины океана зеленоватым лучом светит прожектор. Я утверждаю, что это морской скат. Дончо со мной не соглашается. Ну, да это его дело. В данный момент он заступает на вахту и вслух развивает свою теорию: силы добра и зла ведут упорную борьбу подобно тому, как и в любой симфонии противоборствуют музыкальные темы света и тьмы. Стоит только показаться кусочку синего неба, как тотчас налетают черные тучи, поглощают его и начинает лить дождь. Но силы добра одержат победу, как это и положено.
На всякий случай
Позади и нынешняя ночь. Дождь льет как из ведра, С таким ожесточением, словно от этого зависит судьба самого неба.
Охватывает тяжелое чувство, которое не поддается описанию. Сидишь, сжавшись в комочек, взгляд впился в компас, где мерцает слабый свет. Сверху на тебя низвергаются потоки воды и так лупят по одежде, что ты совершенно оглушен и ошеломлен. Вокруг не видно ни зги: кромешная, угнетающая тьма.
Сидишь, а в голове ни единой мысли. И кажется, ты да этот «светлячок» у компаса – единственные живые существа на всем белом свете.
Пытаюсь разглядеть стаксель. Ничегошеньки не видно, хоть глаз выколи. Ветер часто меняет силу и направление. Несмотря на заглушающий шум ливня, слышно, как хлопают паруса.
Во время одной из вахт Дончо налетел очень сильный ветер. Он ревел, свирепо бил, колотил. Но мачта и на сей раз выдержала – молодчина!
Время от времени уже довольно вяло думалось: да наступит же когда-нибудь конец и этому проклятому дождю! Ведь нет ничего вечного на этом свете.
Ночью Дончо вышвырнул за борт веник. По морским поверьям, веник и женщина на борту судна приносят несчастья. Может, теперь настал и мой черед?
Когда кончается мое дежурство, я сбрасываю водонепроницаемый костюм и в остальной одежде, которая тоже мокрая, ложусь отдыхать. Спим на койке Дончо по очереди, потому что моя совершенно залита водой. Единственное, о чем я теперь мечтаю, – успеть за два с половиной часа хоть немного просушить одежду. Ради этого поднимаю в себе температуру, начинаю даже пылать – в результате моя одежда к следующей вахте становится полусухой. Предложила свой метод и Дончо. Но он заявил, что я зря трачу калории на сушку барахла, и, как был в мокрой одежде, так и улегся спать прямо на палубе. Для меня так, конечно, лучше и спокойнее: то и дело налетают недобрые ветры, и я смогу при необходимости быстро его разбудить.
Дончо
В опасном районе
Уже пятые сутки мы находимся в районе жестоких ветров, по силе превышающих 8 баллов. Буйствуют здесь юго-восточные и северо-восточные ветры. Четко определена и зона их действия: широта от 5° до 10° и долгота от 110° до 130°. Хотим ли мы того или нет, но нам придется быть в этой зоне дней двадцать и преодолеть в общем около 1300 миль. А если обрушится на нас штормовой ветер? Что тогда будем делать со своей самодельной мачтой? В возможности лодки я верю, в Джу – тоже. Значит, все одолеем! Найдем выход из затруднительного положения.
Словно пытаясь охладить мой оптимизм, сверху полило как из прорвы. Всю ночь небо низвергало потоки воды. Типичный тропический ливень. Густой и плотный. Долго не прекращался. Без ливня почти и дня не проходит.
Джу увидела огни судна. Вероятно, это пассажирское. Все сияло огнями. Было великолепно видно, как легко скользит оно в темноте. Прошло мимо. Но даже если бы с судна и заметили нас, не верится, чтобы свернули с курса. Для пассажирских лайнеров расписание – превыше всего.
Пересекаем морскую линию из Панамы к Таити – Сидней. Надеюсь, рано или поздно мы переживем радость реальной встречи с судном и тогда сможем послать о себе весть в Болгарию. Давно уж тревога владеет нашими родными и близкими. Все рассчитывали на нашу радиостанцию, но поломка антенны спутала карты.
